Эрик Поладов – Крюгер (страница 3)
Компания «Андроиды Крюгера» не скупилась на хронометраж рекламного ролика. Он настолько продолжительный, что в нём успели перечислить едва ли не все плюсы, которые обретёт клиент с покупкой крюгера.
2039 год. Лондон. Офис компании «Андроиды Крюгера». Очередное плановое заседание руководителей структурных подразделений. Все расселись по местам в кабинете для совещаний, расположившись за столом овальной формы.
Глава корпорации, сорокачетырёхлетний президент Джеймс Крюгер, сидя во главе стола, расправив пиджак, уверенно сложил руки перед собой и начал доносить до сотрудников информацию о потребности в новом векторе развития компании:
– Мы являемся монополистами на рынке андроидов, но, как уже успели заметить многие из вас, наши продажи неуклонно падают. За отчётный квартал темп роста составил менее 96%. На прошлой неделе я слышал немало интересных идей. Много практически значимых идей, способных значительно усовершенствовать наших андроидов. А учитывая то, что динамика продаж идёт по нисходящей уже восемь месяцев подряд, наш товар как никогда нуждается в радикальном изменении и модернизации своих параметров и возможностей. Как бы не было печально это признавать, но наша компания дожила до тех времён, когда апгрейд стал для нас головной болью. – Указав рукой на одного из своих заместителей, Джеймс Крюгер начал излагать первое предложение по усовершенствованию товара: – Отдел мистера Хоффмана несколько дней назад предлагал внедрить в новое поколение крюгеров функцию анализа физического состояния организма и дальнейшего диагностирования патологии без визита к врачу. Эта идея показалась мне многообещающей. Но я хотел бы услышать мнение остальных. Каков на ваш взгляд потенциал этой технологии?
Первым своё мнение высказал один из самых молодых заместителей президента корпорации Лесли Грин:
– Визиты к врачу и длительное обследование отнимают много времени и нервов, а некоторые методы обследования довольно болезненные. И к тому же, учитывая нынешнее состояние здравоохранения, за такую опцию клиенты будут готовы платить в первую очередь. Поэтому с коммерческой точки зрения это произведёт настоящий фурор на рынке.
Следующим прозвучал голос одного из наиболее опытных инженеров Грегори Борна, возглавляющего отдел экспериментальных испытаний:
– Вот именно. С коммерческой точки зрения. Выполнять роль горничной, монтёра или садовника – это нормально. Но играть в доктора – непозволительная роскошь, которая граничит с безумием.
– При всём уважении мистер Борн, – в дискуссию вступил руководитель отдела по разработке и модернизации программного обеспечения Майкл Кор, – никто и не говорил, что мы играем в доктора. Мы проводим тщательные исследования перед тем, как внести изменения в работу крюгера. Мы создадим достаточную базу с данными о болезнях и симптомах. Насколько я слышал, в отделе мистера Хоффмана уже есть миниатюрный прототип рентгена, что уже говорит о практическом и небезосновательном подходе к этой идее. Это хоть и не моя специализация, но по такому же принципу можно создать и прибор для забора и анализа крови, миниатюрный магнитно-резонансный томограф и прочие приборы. Мы имеем довольно внушительную базу для реализации и продвижения этого проекта, а опытный образец рентгена можно считать первым шагом, фактически сдвигом в подобного рода разработках.
Грегори Борн оторвался от спинки стула и продолжил с ещё б
– Выставляя на рынок крюгера с функциями медика, мы несём прямую ответственность за жизнь и здоровье клиента. Чтобы назначить в качестве лечения один вид таблеток, медики проводят всестороннее и сложное обследование. Есть история болезни конкретного человека, которая может содержать целую базу с результатами обследований за десятилетия. Пациент может быть аллергиком, и тогда не получится прописать ему первый попавшийся препарат, который подходит по своим лечебным свойствам.
– Но мы ведь не говорим о лечении раковой опухоли или вируса иммунодефицита. На начальных стадиях можно предложить диагностирование лёгких форм заболеваний. И потом, эти диагнозы робот будет выдавать, сопровождая его информацией о вероятности точного диагностирования. И тогда уже клиенту решать – довериться андроиду или перестраховаться и на всякий случай обратиться в клинику.
Отношение коллег к данному новшеству Борн счёл халатным и продолжил говорить ещё более раздражённым тоном:
– Так вы хотите, чтобы клиенты раскошеливались за вероятность? А сколько денег, времени и сил наша компания потратит на исследования в этой области? Насколько целесообразными окажутся эти затраты? На сколько процентов вырастут издержки и снизится рентабельность?
В разговор включился Николас Хоффман, активно стремившийся защитить свою идею, которая сулила ему внушительные дивиденды в случае успешного внедрения:
– Мистер Борн, внедряя эту опцию, мы сведём к минимуму возникновение ошибки в процессе диагностирования. Вы думали об этом? Сколько людей пострадало от врачебных ошибок? Человеческий фактор – я говорю именно о нём.
Это уже мало напоминало привычную дискуссию. Спор становился слишком ожесточённым, все стремились перебивать друг друга, не позволяя договорить, а голоса звучали всё громче.
Президент корпорации продолжал пристально и молчаливо наблюдать за спором между своими подчинёнными. Джеймс Крюгер всегда гнался за сумасшедшим прогрессом своего детища и порой шёл на неоправданно большой риск. Перед тем как решить окончательно, он предпочитал выслушать чью-нибудь критику. Это позволяло выявить все слабые места и избавить андроида от недостатков. Но в последние годы он стал слишком уверенным в себе.
Джеймс настолько жаждал вписать своё имя в историю, что не только назвал изобретение в честь себя, но и запатентовал все разработки, напрочь отказываясь продавать права кому-либо. Этим он гарантировал себе статус единственного производителя андроидов, основанных на таких комплектующих, без которых невозможно придумать нечто подобное. Таким образом Крюгер заблаговременно пресёк появление конкурентов, которые могли бы потеснить его по части изобретательности. Его интересовала ни сколько прибыль, которую можно выручить за новую модель, сколько быстрая эволюция андроидов, их стремительный прогресс и погоня за совершенством инженерной мысли.
Тем временем Грегори Борн, слегка ослабив петлю галстука, продолжал отмечать риск данной затеи:
– Допустим, нашим клиентом оказалась доверчивая пожилая женщина. И она не сочла подозрительной вероятность правильного диагноза в двадцать или тридцать процентов. Несмотря на это, она доверилась крюгеру и стала принимать препараты. Пока она будет глотать не те таблетки, у неё продолжат развиваться метастазы и окажутся поражёнными ещё пара тройка органов. – Постукивая указательным пальцем по столу, он добавил: – Кто будет нести за это ответственность?
– …
– И даже если эти утопические планы окажутся хотя бы наполовину явью, я не думаю, что в ведомстве одобрят этот замысел. Нам не выдадут сертификат на внедрение такой опции.
Лишь после этих слов Грегори Борн прислонился обратно к спинке своего стула, окончательно высказав своё мнение по поводу нового проекта.
– Господа, – твёрдо произнёс Джеймс, – глядя на вас, теперь я понимаю, почему в споре рождается истина. Каждый из вас прав так или иначе. Мы создадим узкий перечень заболеваний, которые диагностировать нетрудно и можно обойтись без визита к врачу. Начнём с малого. Мистер Боуман, – президент компании обратился к финансовому директору, – пусть ваши сотрудники подсчитают издержки на исследования, вычислят производственные затраты и фондоотдачу при производстве ста тысяч экземпляров.
Поставив точку в первом пункте, президент взглянул на цифру «два» в списке, лежащем перед ним, после чего произнёс:
– В прошлом квартале упоминалось об увеличении ёмкости аккумулятора, что позволит существенно замедлить расход заряда у старых моделей и сделать более мощной предстоящую серию. Неделю тому назад мне доложили о первых результатах проведённых испытаний.
Собрание продлилось почти до десяти вечера. Покинув комнату для совещаний, Джеймс отправился в свой кабинет. Закрыв за собой дверь, он глубоко вздохнул, снял пиджак и, положив его на кожаный диван, подошёл к металлическому шкафу матового серебристого цвета, расположенному около рабочего стола. С утомлённым видом он достал распечатанную бутылку виски и наполнил стакан менее чем на половину. Он поднял стакан со стола, подошёл к фасадной стене кабинета, состоявшей из панорамных окон с живописным видом на город, который в тот момент уже заполнили ночные огни. Джеймс совершал маленькие глоточки элитного спиртного напитка и смотрел сквозь окно на город. Где-то там на территории Лондона уже передвигались свыше одиннадцати миллионов созданных им человекоподобных машин. Восемь миллионов в Париже, тринадцать в Москве, семь в Риме, семь в Берлине, семнадцать в Нью-Йорке, четырнадцать в Лос-Анджелесе, двадцать один в Шанхае и ещё более одного миллиарда по всему остальному миру. Его корпорация радикальным образом изменила представление современного человека о естественной бытовой жизни. Купивший крюгера теперь ни за что не станет самостоятельно стричь газон на лужайке перед домом или наводить порядок в гараже. Его творение предоставило многим людям больше свободного времени и меньше головной боли. Особенно сильно крюгеров стали ценить клиенты с ограниченными возможностями.