Эрик Ластбадер – Возвращение в темноте (страница 75)

И в этот момент он услышал за своей спиной какой-то звук, словно скрипнула дверь. Он прислушался — тихо. Очевидно, нервы стали сдавать от страшного перенапряжения. И все же инстинкт самосохранения заставил его развернуть снайперскую винтовку туда, откуда могли появиться телохранители Барбасены. Но вместо этого он с удивлением увидел ползущего к нему на четвереньках Майера. С ним был кто-то еще! У него упало сердце — это была Дженни.

— Майер! Какого черта вы привели ее с собой?! — яростно зашипел Кроукер. — Через пару минут здесь начнется стрельба! Немедленно уберите ее!

— Лью, пожалуйста, выслушай меня! — взволнованно произнесла Дженни.

— Дженни, как ты могла оставить Рейчел?

— Лью, прошу тебя, поверь, она осталась в надежных руках. Я собрала у ее постели целую врачебную бригаду.

— Но ей нужна ты! — неожиданно для самого себя резко выпалил Кроукер. Он поглядел вниз — к ресторану подъезжал серый «роллс-ройс». Вот теперь все пропало! — Ты же обещала быть рядом с Рейчел, когда доставят донорскую почку! — отчаянно воскликнул он.

— Сэр, я бы ни за что не притащил ее сюда, если бы... — попытался вмешаться Майер.

— Лью, ради Бога, — взмолилась Дженни.

— А теперь заткнитесь вы оба! — сжав в руках снайперскую винтовку, выпалил Кроукер. — Я должен сделать свое дело, несмотря ни на что! Рейчел будет спасена! Только это имеет сейчас значение...

— Но ведь именно поэтому я и пришла сюда, — жалобно проговорила Дженни. Теперь она была совсем близко, и Кроукер чувствовал тепло ее тела, нежный запах ее духов.

Окна «роллс-ройса» были затемнены, на крыше торчали три короткие антенны. Что могло быть внутри машины, кроме сотовых телефонов? Портативный компьютер, подключенный к Интернету? Или еще что-то более интересное и неожиданное? «Роллс-ройс» плавно остановился, открылась задняя дверца. Телохранители Барбасены сгрудились вокруг машины хозяина. Сейчас должен был появиться сам Барбасена!

Кроукер навел на цель свою снайперскую винтовку, оснащенную двумя спусковыми крючками — один позади другого. Для того чтобы нажать на передний курок, требовалось стандартное усилие. Для спуска второго курка нужно было лишь слегка прикоснуться к нему.

— Майер пришел проведать Рейчел, — зашептала ему в ухо Дженни. — И я рассказала ему о своем открытии, потому что никак не могла тебе дозвониться.

Кроукер осторожно коснулся указательным пальцем переднего курка винтовки.

— Я отключил телефон, — сказал он. — Только телефонных звонков мне сейчас не хватает!

Из машины появилась женщина, высокая, худая, восточного типа. На ней был шелковый костюм цвета морской волны. Очевидно, это и была таитянка, которая пробовала подаваемые хозяину блюда.

— Я заставила Майера привести меня к тебе, — шепотом продолжала Дженни. — Я же говорила тебе, что не собираюсь сидеть сложа руки. Когда ты рассказал мне о Стански, я задумалась — что могло вызвать у Рейчел почечную недостаточность? Стански хорошо знал ее организм, он незаметно для медицинского персонала заражал ее болезнетворными бациллами. А что, если именно он отравил Рейчел с самого начала, вызвав у нее приступ острой почечной недостаточности?

Кроукер не сводил глаза с площадки перед рестораном, где телохранители Барбасены методично расчищали для своего хозяина дорогу к входу. Внезапно до него дошел смысл сказанных Дженни слов.

— Он отравил Рейчел?

В его мозгу молнией сверкнула догадка! Теперь он понимал значение того факта, что клубом «Разбитая колымага» владели братья Бонита. Причиной страшного приступа Рейчел послужила не передозировка наркотиков. Ее намеренно отравили братья Бонита! Впрочем, что с того? Все равно ему придется убить Барбасену, чтобы спасти жизнь племянницы.

Тем временем таитянка завела негромкий разговор с одним из телохранителей. Потом она наклонилась к дверце машины, словно пересказывая содержание разговора кому-то, кто все еще сидел внутри, не решаясь выйти. Барбасена! Таитянка что-то сказала телохранителю, и он послал в ресторан двоих помощников.

Таитянка сделала шаг в сторону от «роллс-ройса», и из машины появилась чья-то фигура. Черные мягкие туфли из слоновой кожи, черный костюм из тонкого хлопка, белая шелковая рубашка с воротником-стойкой, на запястье — золотой браслет.

Это был сам Хуан Гарсия Барбасена. Кроукер сразу узнал его! Долгожданная цель! Кроукер осторожно положил палец на курок, готовый в любой момент нажать на него. Теперь его жертву отделяло от смерти лишь одно движение пальца.

Он почувствовал, как Дженни положила руку ему на спину, но постарался не обращать на это никакого внимания.

— Поэтому я и пришла сюда, чтобы остановить тебя, — горячо зашептала Дженни. — Рейчел была отравлена, в ее крови найдены следы продуктов распада этиленгликоля.

Все еще держа на прицеле голову Барбасены, Кроукер встрепенулся.

— Этиленгликоль? Это же антифриз!

— Правильно, — сказала Дженни. — Но это еще и отличный яд! Без запаха и вкуса. Нужно только проглотить три унции. Его можно подмешать в кофе или газированную воду, и никто даже не заметит этого. Те, кто отравил Рейчел, знали, что у нее от рождения всего одна почка и к тому же она регулярно принимает наркотики. При такой картине трудно заметить следы отравляющего вещества. И их расчет почти оправдался!

Таитянка уже стояла на тротуаре. Через секунду Барбасена войдет в ресторан, и единственный удобный момент для его ликвидации будет упущен!

Целясь прямо в голову Барбасене, Кроукер сделал глубокий вдох и очень медленный выдох, собираясь нажать на курок.

— Какое это теперь имеет значение? — шепнул Кроукер. — Я только еще больше возненавидел братьев Бонита.

— Я начала новый курс лечения, — продолжала шептать Дженни. — Теперь ей внутривенно вводят этанол, который замедляет процесс образования гликолевой кислоты. Кроме того, мы продолжаем промывать ее почку.

Кроукер снял палец с курка.

— Что ты хочешь сказать? Ведь продукты распада уже повредили почку.

— Повредили, но не смертельно. Человеческий организм — удивительная машина. После того как нам удастся окончательно вымыть гликолевую кислоту, почка начнет восстанавливаться, процесс полного выздоровления займет несколько месяцев. — Дженни схватила его за плечи. — Теперь ты понимаешь, Лью? Рейчел не нужна операция по пересадке почки! Значит, тебе не нужно выполнять условия этой чудовищной сделки!

Глядя в оптический прицел, Кроукер видел, как вслед за таитянкой Хуан Гарсия Барбасена вошел в ресторан. Он скрылся из виду, словно сорвавшаяся с крючка рыба, радостно нырнувшая в родные океанские глубины.

Кроукер отложил в сторону винтовку и сел.

— Все кончено, — пробормотал он. Но на душе у него лежала страшная тяжесть — ведь только что он чуть не убил человека, расчетливо и хладнокровно. И сейчас вместо облегчения он испытывал боль от сознания того, как близок он был к краю пропасти.

От избытка адреналина в крови у него кружилась голова.

— Но почему ты раньше не догадалась об этом?

Дженни села рядом с ним и тихо сказала:

— Рейчел — хроническая наркоманка, она была доставлена в больницу в состоянии тяжелого наркотического опьянения. Вполне естественно, что никому и в голову не могло прийти, что причиной приступа были не наркотики, а совершенно иное отравляющее вещество... — Она не сводила глаз с Кроукера. — Но когда я получила более глубокие анализы ее крови, сделанные в специальной лаборатории по наркотическим веществам, то призадумалась. Если бы мы сделали биопсию почки, то сразу же увидели бы следы этиленгликоля, но состояние Рейчел было слишком тяжелым для такой опасной процедуры. Однако когда я увидела результаты анализов крови, то поняла, что уровень кислотности слишком высок. Сам по себе этиленгликоль почти безвреден, но при расщеплении в организме человека он дает гликолевую кислоту, которая оказывает разрушительное действие на внутренние органы. Однако нам повезло: во-первых, из-за того, что у Рейчел от рождения всего одна почка, потребовалась минимальная доза для того, чтобы вызвать приступ, и, во-вторых, мы сразу начали промывание почки, и это было наилучшим средством для Рейчел в той ситуации. Если бы не сепсис, развившийся благодаря стараниям Стански, она, возможно, уже сейчас чувствовала бы себя значительно лучше.

Кроукер взял ее за руку:

— Какая ты смелая, что пришла сюда, на крышу!

— Похоже, я не такая дура, как ты думаешь, — улыбнулась она.

— Это был очень рискованный шаг, — сказал Кроукер, глядя на стоявшего поодаль Майера.

— Уже десять минут второго, — проговорил Майер. — Я должен был позвонить Антонио самое позднее в час.

— Нужно немедленно убираться отсюда, — торопливо сказал Кроукер, оставляя на месте все снайперское снаряжение. У него не было ни малейшего желания снова брать его в руки, а уж Майеру оно было и вовсе ни к чему.

Все трое двинулись к лестнице, и Кроукер на ходу сказал Майеру:

— У меня плохие новости — Пабло и Эстрелла убиты.

Майер остановился как вкопанный. Порыв ветра взъерошил ему волосы и задрал полу пиджака.

— Боже мой... Эстрелла?

Кроукер кивнул:

— Хейтор убил их обоих. Я приехал к ним слишком поздно.

Лицо Майера окаменело.

— Этого она боялась больше всего, хотя знала, что рано или поздно братья Бонита расправятся с ней. — Майер сокрушенно покачал головой. — Бенни страшно расстроится.