Эрик Гарднер – Кровь черного мага – 6 (страница 29)

Я выписал несколько заклинаний и мы увидели на Чистославе охранную магию.

— Барри, похоже Алойзиус прознал про твое умение распознавать мертвых. Это заклинание, отводящее взгляд оборотню. Теперь понятно, почему ты его не просек.

— Но если Алойзиус мёртв, почему я еще жив? — выдавил из себя Чистослав.

— Потому что он не некромант и не питается жизненной энергией, — произнес я. — Он же учил вас некромантии. Есть какие-то предположения? Не знаю, сохранил он вам дух или нет, но вдруг вам повезет?

— Надо тут всё обыскать, — Чистослав подскочил, стал оглядывать всё вокруг.

— Алойзиус тут жил? — спросил Карлфрид. — Может, у него был дом в Праге?

— Нет. Он сказал, что считает, что тут ему безопаснее всего. Он и в город редко выходил.

Я указал на устройство, которое так и осталось неразобранным.

— Поглядите еще на всякий случай, где оно изготовлено. И нет ли там внутри каких-то сюрпризов.

Чистослав кивнул, взял в руки отвертку и наколдовав магические огоньки принялся его разбирать.

Я подошел к Маделиф, видя что ее волнение всё не проходит. Глянул на кобольда и тот, поняв без слов, принес ей чашку с чаем.

— Успокойтесь, Маделиф, — прошептал я. — Вам уже больше ничто не угрожает. Попробуйте снова подремать.

— Но если он добрался до кого-то еще из Глав Гильдий? — прошептала она с ужасом.

— Сомневаюсь. Будь иначе, вы стали бы первой. Чистослав же оказался у него «под рукой».

— Но я и стала первой.

— Только сделал это не Алойзиус. Поспите.

Я отошел и стал выводить заклинания. На одной из стен кабинета, полностью заставленной книжными шкафами, вырисовался золотом прямоугольник, обозначив, проход. Я толкнул шкаф и потайная дверь открылась.

Мы с Карлфридом и Финбарром прошли внутрь и оказались в просторной квадратной комнате с высокими потолками. Обстановка была аскетичной и мрачной одновременно. Темный паркет и панели на стенах, выше которых шли черные с объемным узором обои. На окнах — черные, непроницаемые шторы. Кровать, точно в центре комнаты, убранная таким же черным покрывалом. Вдоль стен стояло несколько витрин и имелось еще пара дверей. За одной оказалась ванная с уборной, за другой — винтовая лестница, ведущая вниз.

Мы осмотрели витрины. Внутри них стояли ёмкости в которых пульсировали сердца. И ни один сосуд не был подписан — видимо владелец и без того знал, кому какое принадлежит.

— Думаете, тут есть и сердце Чистослава? — тихо спросил Карлфрид.

— Может быть, хотя Алойзиус недавно утверждал, что сердца у него быстро идут в дело.

— Уверен, сердца важных персон он сохранил.

— Зачем?

Карлфрид только пожал плечами.

Мы вернулись в кабинет, подошли к столу. Перед Чистославом лежали две половинки некромагического устройства и он изучал содержимое.

— Внутри стоит клеймо пражского завода, — мрачно сообщил он, показав на печать отверткой. — Но это явно не моя изначальная модель. Ее прилично модернизировали. Вот тут добавили блокиратор магии. Такой же мы устанавливали в нашем антимагическом оборудовании. По определенной команде маг уже не мог пользоваться магией. Еще есть программа, запускающая процесс самоуничтожения… — Чистослав смолк и его снова мелко затрясло.

— Как я вам недавно говорил, этот путь самоубийственный. Правда в вашем случае не люди обратили ваше оружие против вас, а ваш «соратник», — произнес я. — Что-то еще есть новое в устройстве? И как вообще оно работает?

— Больше ничего нового нет. Внутри довольно сложная программа. Она поддерживает функционирование организма, а также контролирует поведение. Если по-простому, человек продолжает вести себя точно так же, как записано в его памяти — обычные рутинные дела, те же самые реакции, слова, мимика. Даже способность рассуждать не меняется, — Чистослав горько усмехнулся. — Но потом при определенной команде поведение меняется. Человек начинает выполнять данные ему приказы.

— Программа, в смысле заклинания? — спросил Карлфрид.

— Да. Очень много. Сотни. Это всё весьма сложная магия, вот здесь, в этом черном кубе, — Чистослав указал, а потом поджал губы с досады, осознавая, что угодил в свою собственную ловушку.

— Там в соседней комнате у Алойзиуса склад сердец. К сожалению, ни одно не подписано, — произнес я. — Но если вы найдете свое, возможно у вас появится шанс вернуться.

Чистослав подскочил и спешно вышел в потайную комнату.

Я повел пальцем и из куба в устройстве, словно струйка черного дыма, потянулась тонкая вязь заклинаний. Я остановился и вернул всё обратно, понимая что разбирать их сейчас точно нет времени. Через пять минут пришел Чистослав и на лице его было ужасное разочарование.

— Его тут нет.

— Вы уверены? — спросил Карлфрид.

Тот покачал головой.

— Тогда, не стоит больше терять время, поехали на производство. Возможно, там мы выясним что-то еще, — я сложил устройство и завернув в большой лист плотной бумаги, нашедшейся в столе Алойзиуса, передал Карлфриду. — Не потеряйте. Ноткер, сможешь все эти книги переправить в мой кабинет в Хоэцоллерне?

— Да. Я мигом. В несколько подходов, правда, придется.

Ноткер исчез с первой стопкой книг. Я посмотрел на Маделиф, которая так и не заснула и наблюдала за нашими действиями.

— Я тут не останусь, Ваше Величество, — тихо произнесла она.

— Вам придется ждать нас в машине.

— Это не страшно, — она едва заметно, устало улыбнулась.

Финбарр помог ей подняться.

— Могу снова вас понести, госпожа Халевейн, — произнес он.

— Не стоит, спасибо, я уже могу сама.

Дождавшись когда Ноткер перенесет последнюю стопку книг, мы отправились вон из Университета. Проходя через лабораторию, я на несколько мгновений задержался — бросил в имеющийся там саквояж инструменты, которые использовал во время операции Алойзиус.

Сонного грифона я завел в прицеп для перевозки лошадей, мы сели в «Бронко» и Чистослав стал указывать, куда нам ехать.

Через полчаса езды по ночной Праге внедорожник оказался у нужного нам здания. Ворота открылись, мы заехали во внутренний двор и вышли из машины, оставив в салоне только Маделиф и Ноткера. Графиню, заснувшую в прицепе, я тоже не стал беспокоить.

Даже во дворе был слышен отчетливый гул от конвейера. Мы переглянулись и направились ко входу на фабрику антимагического оборудования.

Глава 14

Первый цех не работал, тут было темно, а имеющийся конвейер был остановлен. Чистослав, наколдовав магические огоньки, поспешил дальше, туда, откуда продолжал доноситься гул. Я ненадолго остановился, взял с ленты в руки деталь, явно являющуюся частью оружия против магов.

— Как думаете, сколько они уже успели создать? — спросил Карлфрид, смотря на деталь.

— Не знаю. Но наверняка тут должны иметься какие-то книги учета.

— Надо найти тот цех, где изготавливают ружья против оборотней, и я лично его сожгу, Харди, без твоей помощи, –прорычал Финбарр.

— У тебя же там аллергия на серебро начнется, Барри, — я чуть улыбнулся.

— Ради такого я потерплю, — решительно заявил кузен.

Мы дошли до двери, за которой скрылся Чистослав, и услышали спорящие голоса.

— Господин Чёрный, может быть вы запамятовали, но вам нельзя выключать этот конвейер, — сказал кто-то и в голосе явно прозвучала издевка.

— Почему?

— Потому что… вы сейчас явно не в себе!

Мы вошли в небольшой зал как раз в тот момент, когда двое схватили Чистослава под руки, а третий начал вычерчивать в воздухе заклинание. Я выдохнул драконье слово и заклинателя отбросило к стене, припечатав так, что он почти потерял сознание. Двое уставились на меня.

— Отпустите господина Чёрного, если хотите жить, — произнес я. — Хотя, какого чёрта мне нужны живые некроманты?

Две тонкие струйки пламени, потекшие из моих пальцев, разрослись до мощного потока и сожгли обоих за миг. Силуэты некромантов еще пару секунд висели в воздухе горячим, дышащим огнем пеплом, а потом осыпались, остывая и исчезая, не оставив от себя даже зольной крупинки. Чистослав, потрясенный, провел рукой по слегка обожженной щеке.

Я подошел к работающему конвейеру. Он был небольшим. По круговой ленте двигалось примерно дюжина некромагических устройств разной степени готовности. На столах по-соседству находились коробочки, из которых детали вставлялись в механизм. Чуть в стороне стоял ящик с десятком готовых устройств. На стенке ящика на бирке была написана сегодняшняя дата.

— К счастью, производство этих штук маленькое, — заметил Карлфрид.