Эрик Гарднер – Кодекс Оборотня - 1 (страница 12)

К менгиру тем временем шло несколько желающих заполучить лишний год жизни. Я огляделся. Судя по лицам и настрою, зрелище пляшущих мертвецов никому по душе не пришлось. Но, вероятно, наша с Джил удача вдохновляла. Люди встали на менгире в ожидании. Испуганные, но решительные, с надеждой во взглядах.

Я залез на стол, в моих руках возникла флейта из темного дерева.

— Мистер Салливан! — проорал я, покрутив флейту в руках. — Может быть, вы передумаете?

— Ты ничего не изменишь!

— Ну как хотите! Я предупредил!

Я поднес флейту к губам. Тихо полился ее голос, бархатистый, глубокий и темный, как ночь, набирая мощь и перекрывая ритм застучавшего баурана, громче вступившей волынки, забивая визг скрипки.

Воздух вибрировал, золотые искры разбегались от нас по изумрудной траве. Тягучая, неспешная мелодия обволакивала, уносила ввысь, в расчистившееся небо. Ветер пролетел по роще, растрепав кроны дубов, на миг превратив их в конские гривы.

Инструменты мертвецов, подчинившись иной силе, вторили за флейтой, чисто, без фальши. Когда флейта смолкла, я открыл глаза в полной тишине. Прямо передо мной, у самой границы охранного круга, стоял некромант, уставив на меня свой рыбий взгляд. А за моей спиной кто-то зашептал слова только что сыгранной колыбельной:

— Иди спать, иди спать,

Иди спать, малыш.

А когда проснешься, скушай киш

И на лошадках иди скакать.

На вороных, гнедых, серых и рыжих,

Скачи по лугам, облакам — все выше…

Я обернулся. Миссис Салливан стояла, обняв за плечи Виарда и Джил. По лицу измученной женщины катились слезы. Взгляд ее прояснился, словно она очнулась от многолетнего морока.

— Ты больше не получишь ни одного моего ребенка, Салливан! — выкрикнула она.

— Еще посмотрим! Особенно когда на твоем красивом личике появятся морщины, — голос его дрожал от злости. — Откуда у тебя эта флейта, Руари?

— Вы меня спрашиваете? — удивился я.

— У кого ее стянул?

— Флейту нельзя украсть. Магия не будет подчиняться вору.

Салливан смотрел на меня в неверии.

— Это невозможно… — сказал он, словно в ответ каким-то своим мыслям.

— Вы как, ботинки у тех десяти смотреть будете? Они ждут, — я указал на гостей, которые удачно все закончили с моей помощью и теперь ожидали у менгира.

— Сейчас вернусь, — скрипнул зубами Салливан.

Я обернулся к Брайану. Поняв меня без слов, он забрался на стол, встал рядом.

Некромант, отпустив «счастливчиков» и разогнав остальных гостей, возвращался. За его спиной, гремя костями, двигалась его армия.

Брайан принялся водить пальцем в воздухе. Вычерченные руны горели изумрудно-зеленым.

Дойдя до охранного круга, мертвые остановились.

Салливан теперь выглядел на десять лет старше, отдав годы жизни тем, кто ни разу не ошибся в его мертвых танцах.

Глава 6

Некромант посмотрел на меня и на Брайна, словно оценивая.

— А вы, мальчики, умеете колдовать. Ладно, не буду вас трогать. Считайте это полезным уроком, который так сложно получить в вашей глуши…

— Вы о практике забыли, — отозвался я. — Давай, Брайан.

Тот, шепча заклятия, развел руками. Висевшие в воздухе руны зеленым огнем обрушились на мертвецов. Вздымались охваченные пламенем руки, царапая незримые стены охранного круга.

Я выдохнул три слова власти над землей в поднесенную к губам флейту. От земли полетели золотистые искры, добавляя мощи в защиту стены, на которую напирали мертвые.

Брайан продолжал выжигать огнем мертвецов, войдя в раж. Лопались в пламени черепа, разлетались горящими щепками ребра, кости рук и ног поленьями опадали на землю, превращались в угли. И среди этого дикого зеленого пожара стоял Салливан. Застыв черной мрачной фигурой, он ждал, пока все кончится.

— Жги, Брайан, жги! — прошептал отрывисто Ардан, как завороженный, следивший за битвой.

И, не выдержав, заразившись боевым азартом, заскочил к нам на стол. Под его пальцами засияли ослепительно-белые руны, которые сорвались раскаленным добела пламенем. Изумрудные и белые языки огня переплетались, крушили мертвую армию.

Через миг оставшиеся четверо парней были с нами. Кобальтовый огонь Игана, желтый — Олила, рыжий — Каса, пурпурный — Нолана, за десять секунд испепелили последних мертвецов.

— Вот теперь все, мистер Салливан, — произнес я, соскочив со стола и пройдя мимо некроманта по жаркому еще пеплу.

— Руари…

— Я знаю, где ваш дом. Я к вам еще зайду. Я серьезно — вы можете здесь остаться на год. Если не будете звать Ее… Отсидеться в нашей «глуши», отдохнуть от своих дел.

Я подошел к менгиру. Золотые искры окутали «Павшего воина», изгоняя последнюю мертвенную тьму. Махнул парням, что можно уходить. Чуть задержался, глядя на некроманта. Тот задумчиво курил, наблюдая за мной, потом едва заметно кивнул.

— Добро пожаловать в Клонмел, мистер Салливан.

Вечерний город окутывал туман. На набережной все уже тонуло в белесой мгле. Я прошел по мосту к расположенному на другом берегу бару «Олд Бридж». Шумела невидимая в тумане река Шур. Тревожней и громче, чем обычно, но я не обратил на это внимания, занятый другими мыслями. Дальше темнели холмы начинавшихся Комергаских гор, помигивая редкими огоньками. Я толкнул выкрашенную в зеленый дверь бара. У Сида сегодня было битком, но я все же нашел свободное место за стойкой. И почти тут же мне на плечо легла рука. Я вздрогнул.

— Что ты здесь делаешь, Руари? — спросил отец, опустившись на соседний стул и сверля меня взглядом.

— Привет, Ри, — Сид привычно бухнул передо мной стакан с «Джеймсоном» и направился к другим клиентам.

— Да ты тут завсегдатай, я погляжу.

— Па…

Отец схватил меня за ворот рубашки.

— Кто-то утверждал, что он ходит в школу и готовится к университету? А ты по пабам шляешься? И не просто по пабам. Знаешь, что говорят об этом месте?

— Эй, друг! — послышался жесткий голос Сида. — У меня тут под стойкой заряженное ружье. Убери от парня руки. А следом убирайся сам подобру-поздорову.

— Это мой отец, Сид. Так что не стоит его злить, — заметил я, бросив многозначительный взгляд на хозяина паба. — Познакомься, это Мак Конмэл.

— Киар Брок, у которого кроме волшебного прозвища есть куда более подходящее? Вас ведь также называют Угрем? — отец смерил бармена взглядом. — Ну и компанию ты себе завел, Руари.

На лице Сида обозначилось недоумение. Я наступил отцу на ногу.

— У па очень плохо с юмором, Сид, не обращай внимания. Странно, что он тебе еще не сказал шуточку про то, что ты наливаешь несовершеннолетнему.

Я опрокинул стакан и, облизнув губы, показал глазами на дверь.

Мы вышли на улицу. После жаркого паба здесь показалось промозгло. Я сунул руки в карманы, поднял плечи, поежившись. Посмотрел на отца.

— Ты сам-то что здесь делаешь? — спросил я, нарушив молчание.

— Увидел тебя. Думал, показалось. Так я жду объяснений, Руари.

Я развел руками, снова сунул их в карманы.

— Что ты хочешь услышать?

— Так ты знаешь, что говорят об этом типе?

— Да я лучше всех остальных знаю, что он из себя представляет, па.