Эрик Дешо – Проводник (страница 8)
– Достал, – устало выдавил из себя Куро и направил на меня один из пистолетов, лежащих на столе.
– Труп, – бросил я лениво, а фамильный клинок засверкал зелёной вязью рун.
Тем временем девушка, что медленно переводила взгляд с одного на другого, вскочила, встав меж нами.
– Немедленно прекратите! – Её глазки пылали гневом с капелькой страха.
Хороша. Особенно вздымающаяся от тяжёлого дыхания грудь. Щёки пылали румянцем. Губы решительно сжаты. Умрёт, но не даст аристократу обидеть красивого простолюдина. Скорее гадал, чем угадывал. Каламбур.
У скотины Куро ведь не менее потрясающий вид сзади, ведь девушка не стояла спокойно, а слегка переминалась с ноги на ногу, нервничая от нашего молчания. И хвостик…
Тут напарник заржал, испортив весь момент. Я – следом. Сначала она непонимающе закрутила головой, а эмоции на её лице сменялись со скоростью анимации. Что, как полагается, вызывало у нас новые пароксизмы смеха. А потом мне прилетело ладонью по голове, Куро досталось ногой в грудь.
– Придурки! Озабоченные! Настоящие! Мудаки! Уроды! Шовинистические!
Наверное, она сейчас подобна богине. Но, честно, мне не до этого, в башке серьёзно шумело. Неужто сотряс? Вот это удар!
На второй рабочий день проблема с комбинезоном никуда не делась, но хотя бы узнала о наличии специального нижнего белья. Поделились «подруги». Ведь вся ситуация с сидением в кабинке женского туалета повторилась, с одним отличием. Сегодня её пригласил вчерашний симпатичный мужчина в свой кабинет для разбора отчёта об операции. Забыла даже о стыде, который охватил её, когда он называл её имя, стоя у дверей женского туалета. Быстро прошмыгнула за спиной невозмутимого следователя, который с улыбкой выполнил роль щита и проводника.
Рабочее место полицейского разочаровало её. Малюсенькая каморка с большим окном. Низкий и широкий прямоугольный стол. Один стул со спинкой для него и кривой табурет – для подозреваемых. Ощущение проходного двора. А ещё горы бумаг и оружия, которые были везде, на столе, стенах и полу. Лишь большой, пустой и мягкий с виду подоконник казался самым уютным местом в этой комнате. На него она и села, не желая стоять новичком, что отчитывается перед боссом.
Следователь лишь усмехнулся на её демарш. Неспеша уселся на стул и начал читать какие-то бумаги.
– Я слушаю.
Ирана посмотрела на него с непониманием.
– Читай вслух, а я буду слушать, – объяснил он, не отрывая глаз от документов.
Её покоробило столь демонстративное пренебрежение. Но девушка, засунув гордость пониже, достала новенький смартфон, подарок семьи за первый выход на работу, открыла файл и начала читать вслух то, что вчера накропала.
Ирана честно внесла в отчёт свою промашку (надела артефакт не с первой минуты операции). Зато не внесла в отчёт болтовню парня с патрульными, хотя подумала о подростке плохо. Лишь потом поняла, что это был не мандраж, а время ожидания исполнения приказов. Далее подробно описала всю операцию, мысленно удивившись профессионализму аристократа. И закончила детальным изложением его поведения при убийстве одержимого. Вдруг ей следует следить за психологическим портретом? Ведь немало магов превращались из нормальных людей в кровожадных чудовищ.
– Хороший отчёт, – резюмировал Куро, откинувшись на спинку стула. – Только советую добавить все его команды. Ты же догадываешься, какие они были, исходя из последующей операции?
Девушка кивнула.
– И… последнюю сцену, советую, сократи. Ты за ним поставлена не шпионить, а помогать.
– И вся моя работа заключается в том, чтобы смотреть на операции через артефакт и потом писать изложения?! – не удержала она в себе недовольство.
– В том числе, – спокойно ответил он и заложил руки за голову. – Ты знаешь, что это за артефакт?
– Следилка какая-то.
– В мире существует два вида видеожучков. Это технокамеры и магосхемы, или артефакты, что выполняют ту же функцию. Догадываешься?
– Нет.
– Цк… – Он недовольно цокнул. – Советую быть всё же внимательнее. Разве тебе попадались технологии, которые позволяют видеть, словно ты присутствуешь на месте штурма, и читать поверхностные эмоции человека?
Точно. Тогда она не подумала о этом, её охватили одновременно азарт последующей схватки и спокойствие профессионала, уверенного в своих силах. Она и не заметила, что это не совсем её эмоции, потому что она испытывала точно такие же чувства.
– Не удивляйся. Тим просто спроецировал на тебя своё отношение к наблюдению. Для него работа с артефактом – привычное дело.
– Он что, может читать мои мысли?! – ужаснулась Ирана, выделив главное для себя.
– Нет, – поморщился мужчина. – Да и ты можешь считывать только поверхностный фон его эмоций.
Фу-ух, выдохнула про себя девушка. Но смущение спрятать не удалось, о чем свидетельствовала кривая улыбка следователя.
У Ираны перед началом любой операции где-то глубоко непроизвольно мелькали крайне непристойные картинки. Они не только смущали её, но заставляли мобилизоваться.
«Когда-нибудь с кем-нибудь я обязательно буду плохой девочкой…» – Она не шептала эти слова, они просто изредка мелькали во тьме её сознания.
– Если мы всё выяснили насчёт телепатии, то вернёмся к артефакту и твоим обязанностям, – прервал мужчина её самокопание.
Девушка заинтересованно кивнула.
– Сами чары секретны, так что советую не болтать о них. И это несмотря на то, что все, кому надо, о них знают.
– Кто это они, кому надо? – не сдержала девушка любопытства.
– Кланы, сильные роды, все государства. Короче, правители мира сего. Не об этом речь. Этот артефакт позволял соединить разумы мага и простых людей, превращая один отряд в единого многоголового и многорукого человека. Никаких тренировок, только физика, и отряд из обычных крестьян становится очень эффективным соединением мастеров меча и лука. Кстати, это один из секретов побед наших императоров.
– Но как же?! Такое сильное оружие – в занюханном полицейском участке?!
– Говорю, это было давно. И все, кто мог, уже создали подобные артефакты, включая противодействие им. Так что это прям не великий секрет. Но болтать всё равно очень не советую.
– А почему в армии не используются такие крутые заклинания для тренировок? Это ж как можно подтянуть рядовых бойцов!
– Не интересовался, не знаю. Поэтому вернёмся к нашему артефакту. Амулет представляет собой более слабую версию боевых чар, то есть он не связывает вас ментально, лишь при удачном совпадении аур позволяет мысленно общаться и, соответственно, видеть глазами друг друга.
– И это всё?
– Нет. Ментальные команды мгновенны и понятны буквально. То есть напарнику не требуется объяснять «зайди в комнату и стреляй в противника справа от двери, который прячется за шкафом». Всю информацию ты примешь так, будто сама видела всё своими глазами. Ещё ты точно будешь знать, в какой момент и каких действий ждать от своего напарника. Именно поэтому тень, а не потому, что всюду ходит за ним.
– Это круто! Но тогда почему подобные артефакты не используют все?
– Повторю: не знаю. И мой тебе совет: лучше тебе тоже не копать в этом направлении.
– Убьют? Отправят в Форт Мертвецов?
– Не советую с этим шутить, – склонился следователь над документами.
– Ладно, ладно. Поняла. А почему мне никто не рассказал об этом?
– Секрет. Тим пока всегда справлялся сам.
– Вот гад. Значит, всё-таки ему нужна секретутка.
Мужчина промолчал, всё ещё читая. Затем в его руках появилась ручка, и он стал делать заметки в блокноте, который достал из кармана.
– Что-то со вчерашним делом нечисто.
– Что?
– Помолчи, я работаю.
Ирана выполнила, проигнорировав грубость. Таким же хамом становился её последний командир, если что-нибудь шло не так. А в Пустошах всё время идёт что-то не так, привыкла.
Долго тишина не продлилась, вошёл её… всё же, наверное, босс. И подросток сегодня показал всё то, за что она ненавидит аристократов. Его надменный вид вызывал омерзение, а тон, с которым он обратился к напарнику, звучал, как слова к вонючей крысе. Ответ Куро ей понравился, но она впала в шок от того, что сейчас должно произойти. Лорд был обязан убить простолюдина за такие слова.
Как она выскочила меж ними, не помнила. Надменно-злое лицо аристократа вызывало ответный гнев, а сила его фамильного меча пугала. А когда поняла, что это была всего лишь шутка, то врезала обоим, не дозируя силы. И высказала им всё, что о них думала, краснея от смущения. Потому что вспомнила, как аристократ косил глазами вниз. Она думала, от еле сдерживаемой злости, а пошляк просто пялился на её грудь! Как, скорее всего, его напарник – на её задницу! Оба уроды! А всё этот непристойный комбинезон, который ничего не скрывал, а делал всё наоборот. Из-за чего ей казалось, что она голая. Даже более чем…
Выговорившись, она оглядела повреждения. Если следователь уже вставал, болезненно морщась и потирая грудь, то аристократ вяло крутил головой.
«Сотрясение?! Я покалечила лорда?! Меня казнят?! Я покалечила лорда?! Меня казнят?!» – панически запрыгали её мысли по кругу, и она бросилась к пострадавшему.
Картинка ещё какое-то время прыгала перед глазами, но вскоре всё прояснилось. Передо мной были самые фиалковые глазки в мире и самые манящие губки, верхняя чуть пухлее. Никто из мужчин не сможет меня осудить: я потянулся видению навстречу и поцеловал. Какая мягкость! Какой вкус! Никогда не забуду! Во тьму я упал с дебильной улыбкой до ушей.