Эрик Дешо – Гоблин с мечом и магией (страница 43)

Мы не стали ничего отвечать на его обвинение, виноватыми мы себя не чувствовали.

— Две наши деревни попали под власть вампира, — сказал он, успокоившись. — В моей было 32 жителя, а в Больших Колосках 44, - на последних цифрах у него вырвался рык.

Я подсчитал максимум 76 хоббольдов с двух селений. Мы же убили 44 монстра, включая восьмерку, что в плену. Убежало, на мой взгляд, еще где-то полсотни тварей, значит во владении кровососа минимум три деревни.

— Чем займетесь дальше, хоб… больды? — насмешливо спросил у них гнолл, пока я считал.

— Эта тварь, рр-ры, отравлял нас, превращая в послушных монстров. Я хочу ррвать ей горрло! — зарычал взрослый мутант, ему вторил ребенок. — И не зови нас хоббольдами! Это он нас так назвал! — предупредил он Галана с угрозой.

— И как вас звать, не хоббитами же? Может хомячками? — продолжил гнолл шутить. — Неее, боевые хомяки, — воскликнул он, как озарение.

Сэм зарычал и вскочил на ноги. Младший сородич повторил его движения.

— Слушай, может они все-таки они чудища? Так реагировать на безобидную шутку, — обращался он ко мне, но взгляд от них не отводил.

Мутант подавился своим рыком на столь откровенную подначку. Ребенок же атаковал, но безуспешно. Галан ждал этого и Тим отлетел на пару метров, хрустнув ребрами. Гнолл, как все мое оставшееся войско, был в доспехах. Мера поздняя, но мы боялись, что вампиры нападут, пока мы растерянны после нападения.

— Тихо! Хватит, Галан. Они не монстры, — остановил я гнолла, увидев что взрослый бросился к ребенку, а не на него. — Они жертвы. Мы будем звать вас кобольдами, — озвучив слово, что всплыло у меня при виде этих существ. — Это значит злой дух, — объяснил я. — Такими вы и станете для кровососа. Хотите?

Сэм кивнул, а второму кобольду было сложно это сделать, кашляя кровья. Подбежала дриада, укоризненно сверля нас глазами. За ней подошла нага с шестью оставшимися у нас пленными хомяками.

— Все вопросы к ним, — указал я на первых в этом мире кобольдов. — Мири, закончишь с ними, подходи. Солнышка пошли, — раздал я указания и мы двинулись к еще одному пленнику.

— Не зови меня Солнышка, — напряженно произнесла нага, когда мы немного отошли от кобольдов. — Меня зовут Солиса исса Таросс. Можно звать Солой, но не Солнышком. Так меня называет, только дед. И близкие друзья, но не ты.

Опять я виноват?! Змей все уши своим Солнышком прожужал, вот и я забыл. Ну и ладно, Сола, так Сола, все равно Солнце.

Тем временем, волкоглав нам достался только один. Видом своим он был очень похож на гнолла. Но выше, сильнее, быстрее и массивнее. Шерсть была густой, черная с серебром. Никаких гребней и волос на макушке, только длинный мех повсюду. Голова была на вид очень близка к волчьей, только челюсть подлинее и пошире, а зубы скорей подошли бы акуле. Еще регенерация была у этих тварей невероятной, поймали его только потому что ему один из наг отрезал обе ноги выше колен, но сейчас они у него почти отросли.

— Он тоже под контролем вампира? — спросил у магесс, когда подошла дриада, до этого просто его разглядывал.

Ни одна из них мне не ответила, только подошли к волкоглаву и повторили процедуру освобождения, но проделали это намного быстрее.

— А как вам вообще пришло это в голову? — поинтересовался у дриады, когда она выполнила свою часть работы.

— Я заметила, что на них висит какое-то заклинание, — тихо ответила Мири, не отводя взгляда от шипящей наги. — Оно снималось на секунды, только чтобы вернуться обратно. Увлеклась, не заметила, как он освободился. Хорошо, Сола была рядом. Вот она и поймала его «Гипнозом», чтобы я смогла его связать. Взяла веревку, а Сола, как сейчас, что-то ему говорит. Решила подождать, что из этого выйдет. После глянула магическим взором, поняла что проклятье исчезает, — шепотом рассказала она.

Тем временем, нага закончила свой разговор. Повернулась к нам, покраснела, прошипела что-то ругательное себе под нос и отошла.

— Здорово, непонятный родич? — начал гнолл расспросы. — Ты откуда такой красивый взялся?

Волкоглав ничего не ответил. Галан нахмурился, очень ему не нравились эти странные гноллы, потому что именно они убивали псоглавцев. Он сделал к пленнику еще шаг, а тот будто размылся в воздухе и вместо твари оказался обычный голый человек. Вожак не растерялся и врезал ему в грудь. Следующим движением он прыгнул к освободившемуся пленнику и зажал его, вывернув руки ему назад.

— Вы че творите, бурки кастрированные! — завопил мужик. — Я не виновен, мамой клянусь! — на этих словах его тело выгнулось, подернулось дымкой и обмякло.

Галан был на страже и приложил его кулаком по затылку.

— Оборотень! — потрясенно выдохнула дриада.

Я согласно кивнул, думая чем связать эту тварь.

— Не может быть?! Таких существ не бывает, — продолжила удивляться Мири. — Этот вампир настоящий чернокнижник.

— Сола, когда он очнется зажги «Молнию». А ты, — обратился ко второй магессе, — покажи ему «Стрелу». Надеюсь, это убавит ему желание бежать, — объяснил свои указания.

После моих слов, пленник очнулся. Магессы выполнили мои приказы.

— Эй, эй, — замахал он руками. — Я ни при чем. Это все кровосос.

— Продолжай.

— Че продолжать-то? — изобразил он дурачка.

— Как докатился до жизни такой. Расскажи, поведай миру.

— Че говорить-то? Ничего не помню, господин, — заюлил оборотень.

— Мири, — сказал я дриаде, надеясь, что она поймет, и сможет выполнить мою просьбу.

Мирели была умницей, поэтому в землю рядом с мужиком ударило заклинание. Он прыгнул на тройку метров назад, что явно превышает возможности людей, но бежать не рискнул, потому что там стояли наги.

— Давай, давай. Не заставляй общество ждать. Или принимать крайние меры, — спокойно попросил его.

— Ну ты че, господин, сразу начинаешь?! Я Готфри Безлошад, парень правильный. Все скажу. Короче, значит, дали нам наводочку, что близ Тираксора обитается гусь жирный во дворе без псов. Ну мы с парнями смекнули, от-он шансик-то золотишка чутка поднять и главу нашей гильдии подвинуть. Собралось нас пятьдесят лихих ребятишек, еще, на край, два десятка лесных братишек подтянули. Ну и мы поскакали гусака жирного щипать. Но падла, который наводку дал и проводником был, на кровососа работал. Короче, сели недалеко от двора гусиного, бухнули, порешали кому сколько денюжек капнет. А с утра, амба, лихачи приплыли. Короче, значит, опоил паскуда нас и очнулись мы уже за решеткой вампирской. Вот так все и было, Эльратом клянусь, — поведал он нам свою историю, поминутно хватаясь за шею, вероятно надеясь найти на ней какие-то религиозные амулеты, чтобы было чем клясться.

— Дальше.

— Че дальше, господин. Ниче не помню. Сижу за решеткой, потом раз и здесь, — с самыми честными глазами ответил оборотень.

Но я ему не поверил, дело даже не в том, что вор должен уметь врать с самым невинным видом, а потому что он неплохо контролировал превращения. Первый раз он хотел обернуться, еще не понимая обстановки, просто реагируя на боль, зато во второй раз, испугавшись, он остался человеком.

— Сола, — ровно произнес я, надеясь что нага поймет меня правильно.

«Молния» ударила в мужика. Его истошный крик ударил по нервам, и запахло паленой шерстью и мясом, рядом выворачивали желудки девушки. Но через мгновение перед нами стоял вполне целый волкоглав.

— Че ты творишь, сука?! — заревел он.

— Мири, ты не рассказала своей подруге о контроле маны в заклинаниях? — разговаривал я все так же спокойно и ровно.

— Рассказала, — рявкнула она, пошатываясь от слабости. — Просто к каждому заклинанию нужен свой подход, а лучше начинать это упражнение после умения контроля маны, — пришла она в себя.

— Сука, я с тобой разговариваю?! — закричал оскорбленный невниманием оборотень.

— Превратись обратно, — приказал я ему.

— Че?! Да я порву тебя, тварь?!

— Мири, покажи.

Дриада показала. «Стрела» летела за «Стрелой». Да, слабенькая, но била она быстро и по разным местам. Ни прыжки, ни блоки не помогали зверю. И вообще, после того, как она заинтересовалась магией, когда поняла ограниченность волшебства, то стала спокойнее и инициативнее. С вкачиванием разного количества маны в заклинание это вообще ее идея.

— Хорошо, хорошо, — глухо взвыл оборотень, свернувшись в клубок.

— Мири.

Обстрел прекратился. На ноги встал уже человек. Все такой же голый и без единой царапины, хотя может только несколько худее. Надо же ему энергию на превращения и регенерацию откуда-то брать.

— Ну ты и зверь, господин, — кажется его голосе было уважение. — Все помню, почти все, — тихо признал свою ложь вор, не став испытывать моего терпения.

Не догадывался оборотень, что все спокойствие было игрой и давалось мне нелегко. Мое проклятье исчезало, поэтому держать эмоции в узде мне становилось сложнее. В этот момент, мне хотелось порезать человека на куски, чтобы он покаялся за свою ложь.

— На третий день пришел вампир и предложил нам выбор. Или с ним, или быть пищей для него. Отказавшихся не было, — усмехнулся оборотень, намекая, что выбора не было. — Предложил кубок с кровью, а потом тьма. И голод, — нервно произнес он. — Очнулся уже таким. Сначала, даже не жалел. Че, сила есть? Здоровье на зависть троллю. Зато потом… Он натаскивал нас, как своих псов, пуская первыми в атаку. Знаешь сколько невинной крови мы пролили? Я же вор, а не душегуб. Душа моя черна, но не в крови по маковку… была, — горько исповедовался преступник. — Он держал нас в звериной форме, чтобы мы не могли ослушаться. Да и кровожадны мы были без меры, когда волками оборачивались. Никакого поводка и контроля не надо, сами рвать готовы были все живое. Эх, никогда не отмолю грехов перед Богами, — закончил он.