Эрато Нуар – Мой невозможный жених (страница 5)
Потому что пси-излучение та ещё дрянь. Воздействует на центры мозга, и что-то мне подсказывало, Свон планирует использовать его отнюдь не в терапевтических целях.
А потом ударили лучи, пробрались в голову, сковали тело, разыскивая самые слабые и уязвимые участки. Спину опалило безжалостным огнём, воспоминания о котором до сих пор заставляли колотиться в ознобе. От мысли, что буду валяться тут, прямо на полу, сгорая в старых, въевшихся в душу кошмарах, кричать от фантомных болей, снова и снова проживая наиболее ужасные мгновения жизни, хотелось забить на всё огромный болт и выпустить дар’морна. Но реальность уже заволакивалась туманом, на горизонте забрезжил Утёс Отверженных.
Если у них есть возможность расшифровать картины моих видений… последним усилием воли я перешёл в сознание дар`морна. Таких картин точно нет в базе данных. Как и языка.
Здравствуй, друг. Давно я тут не был, останусь ненадолго. Нет, пока наружу нельзя. Да, к сожалению, будет больно. Снова. Прости…
ГЛАВА 3
Всё свободное время я посвятила изучению корабля – хоть к этой информации доступ был свободным. Сначала с детьми во время игры облазили заманчивые уголки, а когда малыши устали и угомонились – нашла дальний зал со множеством виртуальных экранов, информационное хранилище, где и засела.
Больше всего волновало одно: на какое расстояние способен перемещать этот луч?
В голове брезжил сумасшедший план. Дурацкий, невозможный, я не собиралась воплощать его в реальности, потому что понимала: провал неизбежен. Но картина о том, как на станцию гармов является эсса Лэвель за очень ценным пленником, буквально преследовала по пятам.
Я проштудировала всю доступную информацию о хенлорах, которая хранилась в местных архивах, включая данные о корабле самой эссы и её предпочтениях, а также общие сведения о планете, о которой имела только приблизительные представления. Хенлоры, слава богам, не пользовались услугами андрогинов, но из-за высокого уровня технологий пробраться к ним могли лишь самые опытные и сильные из нас.
Совесть приобрела вид крылатого зверя с золотыми глазами, внезапно врезавшись в мой мозг, вышибая холодный пот.
Это же Берт Свон, мразь, подонок, который не гнушается ничем, который получает удовольствие от чужих мук, и Дирайм у него. И зверь с огненными глазами тоже…
Почему-то в воображении вставали картины одна страшнее другой, и никак не удавалось их отогнать.
– Лундан? – холодная рука коснулась плеча.
Вздрогнув, я даже вскрикнула от неожиданности, распахнула глаза, не понимая, где нахожусь. Всё мерещился то серый бокс, то мрачный пустынный пейзаж с одинокой скалой посередине.
– Рассказывай.
Мирра уселась в кресло с другой стороны круглого стола, и оно тут же приняло удобную форму. А я-то полагала, будто сюда никто не доберётся.
Чуть нахмурилась, промолчав.
– Ты не сменила внешность.
– Она мне нравится.
– Я знаю твою историю, – кивнула Мирра. – И понимаю, почему не истинный. Но этот?
– Он тебя смущает? – я взглянула ей в глаза, пытаясь прочувствовать как можно больше. Почему-то казалось, она намекает именно на отношение Дирайма.
– Твоё право, – пожала плечами Мирра. – Так когда химера тебя спасла?
– Когда Форт пытался убить.
Она встала, прошлась меж столами.
– И теперь ты хочешь отдать долг?
– Тебе не кажется, что удерживать её в анабиозе… не честно? Как мы сами относимся к тем, кто так обращается с нами?
– Мы идём на контакт, в отличие от химер.
– Не удивляюсь, почему они не идут, – буркнула я. – Между прочим, малыши установили с ней замечательный контакт.
– Малыши, – задумчиво пробормотала Мирра. Замолчала ненадолго, после бросила пристальный взгляд на экран передо мной:
– А для чего ты ищешь информацию о хенлорах?
– Интересно, – пожала я плечами, и тут же пожалела.
– Лундан, – Мирра резко приблизилась. Взяла за подбородок моё лицо, поднимая к себе. – Не скрывай от меня ничего. Ты должна была его привязать? Тебе дали средства?
Её глаза властно сверкали, притягивая, заставляя всё рассказать! Мелькнула мысль, что она и под меня подстраивается, играет на образах и каких-нибудь давно забытых детских ассоциациях, побуждая выдать всю доступную информацию.
– Капсулы, – неохотно отозвалась я. – Три штуки. Одна осталась у Дирайма.
– Я так и думала, – кивнула Мирра, отпуская. – Кто кроме тебя мог снять привязку?
– За что ты с ним так?
Мирра отвернулась, сделала пару шагов по залу, поёжившись. После распрямила спину и возвратилась в кресло:
– Значит, ты должна была догадаться, что он не гарм. Он драг, Лундан.
– У нас с драгами какие-нибудь личные счёты?
– Драги – это сила. Небывалая, могучая сила! Ты знаешь, сколько мы пытались проникнуть к ним?
– Я знаю, что мы не оставляем привязки у тех, кто нам больше не нужен.
– У меня было долгосрочное задание. Я не планировала убегать, так вышло. Я должна была прожить в Драг-алиле несколько лет… если уж удалось пробраться.
– Ты не любила его?
– В каких облаках ты летаешь, девочка?
– А он тебя любил!
– Какая любовь? Ты не знаешь, как действует наша привязка? Конечно, он меня любил, но вот только давай без сентиментальных глупостей. Любил, пока мне было нужно.
– А ты… предала его. Ещё и кого-то убила!
– Много же ты знаешь.
– Пришлось собирать по крупицам. Но хотелось бы услышать от тебя полную версию. Ты ведь ждёшь от меня откровенности… так вот хотелось бы рассчитывать на взаимную.
– Думаешь, мне нужно было убивать одного из них? Это была самооборона, он напал на меня!
– Небывалая могучая сила?
– Я метаморф, – с явной гордостью заявила Мирра. – Мы никогда не используем силу против силы. Если ты забыла. И редко действуем по своему желанию! И я как могла заметала следы, приходилось изображать сразу двоих, я почти не спала, я расходовала столько энергии, что день за год проходил, была на грани истощения! Если бы удалось привязать дар’морна… то меня уже никто не тронул бы. Но не удалось. Дар’морн из камня Овои не хотел идти на контакт, а тот, которого вызвали мне – погиб. Не выдержал силу метаморфа.
– Что такое этот дар’морн?
– А ты не знаешь? – как-то странно усмехнулась она.
В памяти всплыл зверь с золотыми глазами. Мощный, красивый. Крылатый…
Зверь, который появляется из ниоткуда и исчезает в никуда, но в то же время постоянно присутствует внутри Дирайма, и откликается на потрясающую мелодию, каких я никогда больше не слышала…
Знаю ли? Наверное, где-то в глубине души – знаю. Но вопросов всё равно выше крыши… Только вот едва ли кто-нибудь даст мне ответы.
– Я чувствовала что-то… очень глубоко.
– Музыку?
Я неопределённо повела плечами.
– Их музыка… – Мирра на миг мечтательно прикрыла глаза.
– И ты выдала всё гармам? – с ужасом воскликнула я, не сдержавшись. Спиральные завихрения! Если Дирайма с его дар’морном ещё и песнями мучают…
– Нет, конечно, – качнула она головой. – Перебьются. А вот про драгов камень пришлось. Жаль, что он не оставил кольцо тебе.
– Оно очень дорого ему, – даже не знаю, зачем отозвалась я. И вдруг как-то само собой вырвалось: – Но уверена, что если бы мы предложили обменять на Шиззи…
Это было бы отвратительно, подло и… Но из двух зол – я почему-то почти не сомневалась, что он выберет Шиззи. В конце концов, камень это всего лишь камень. Хотя что-то он там говорил о почернении… Но ведь спасти химеру для него важнее?