Эр Ген – Вечная воля. Том 4 (страница 99)

После этого он соединил руки, прощаясь. Затем Бай Сяочунь и Ли Хунмин наблюдали, как Чжао Тяньцзяо и Чень Юэшань пошли попрощаться со своими друзьями и последователями за другой стол. Затем они покинули двор в сопровождении нескольких Сдирателей Кожи, чтобы выйти за великую стену и отправиться в дикие земли. А их друзья и последователи не отправились вместе с ними, а ушли своей дорогой.

— Береги себя в пути, старший брат Чжао! — прошептал Бай Сяочунь, наблюдая, как все они уходят. В своём сердце он восхищался Чжао Тяньцзяо — и его основой культивации, и его характером. Он даже ощутил порыв последовать за ним в дикие земли. Однако он смог быстро подавить этот ужасающий порыв, прежде чем успел хоть что-нибудь предпринять.

«У старшего брата Чжао своя дорога, а у меня… У меня есть мой собственный путь». Глубоко вздохнув, он поднял чашу и осушил её. «Мой путь ведёт обратно в город Восточного Моря, — подумал он. — Я найду там место, где можно будет провести несколько лет, а потом решу, что делать дальше. Я определённо не хочу оставаться в этом чёртовом месте дольше, чем это необходимо». Полностью убеждённый в правильности своего решения, он поднялся на ноги, чтобы попрощаться с Ли Хунмином.

— Брат Бай, я знаю, что ты спешишь продолжить свой путь, да и у меня не так много свободного времени. У меня есть приказы, которые нужно выполнить, я надеюсь, что мы ещё свидимся с тобой в будущем. А теперь позволь мне проводить тебя к боковым воротам.

После этого он повёл его к боковым воротам города Великой Стены. Пока они шли, их дорогу освещало яркое утреннее солнце. Бай Сяочунь время от времени бросал взгляды в сторону неба за пределами великой стены и от души желал всего лучшего Чжао Тяньцзяо и Чень Юэшань. Вскоре они достигли боковых ворот. Ему оставалось только выйти наружу и проследовать той же дорогой, которой он пришёл сюда. Повернувшись к Ли Хунмину, он вздохнул и сказал:

— Брат Ли, если судьбе будет угодно, то она сведёт нас снова.

Ли Хунмин помедлил немного, а потом сказал:

— Сяочунь… Ты знаешь, мне кажется, что лучшее место для тебя — это здесь. Почему бы тебе не подумать о вступлении в ряды Сдирателей Кожи? Если ты запишешься, то я определённо смогу протолкнуть твоё зачисление!

— Что? — как только Бай Сяочунь услышал слова Ли Хунмина, то все сантименты растаяли в его сердце, и вместо них там появился страх. Он совсем не хотел оставаться рядом с великой стеной дольше, чем необходимо. Тут было слишком опасно. Он уже хотел покачать головой и отказаться, но понял, что это будет немного неуместно. Вздохнув, он ответил:

— Да я бы и хотел присоединиться. Но, к сожалению, я хорошо знаю, насколько сложной является процедура зачисления в ряды Сдирателей Кожи. Я не хочу добавлять в твою и без того занятую жизнь лишние хлопоты. Однажды, когда я смогу сделать это благодаря своим заслугам, я определённо присоединюсь к гильдии Стальной Воли… Ну что ж, думаю, теперь мне пора!

Испугавшись, что Ли Хунмин может сказать ещё что-то, чтобы оставить его в городе, он заторопился на выход. Однако прежде чем он успел сделать хоть шаг, раздался жёсткий, мрачный голос:

— Ты правда хочешь присоединиться к Сдирателям Кожи?

472. Призван на службу на срок в десять лет!

Голос не только был серьёзным и мрачным, но ещё и очевидно принадлежал кому-то очень влиятельному, кто не потерпел бы и намёка на неподчинение. Все, услышавшие голос, сразу же ощутили потрясение. После этих слов перед ними появился мужчина средних лет в длинных чёрных одеждах. Только что он был довольно далеко, но, сделав всего один шаг, мгновенно переместился к воротам, вставая на пути у Бай Сяочуня и не давая ему пройти.

— Что? — глаза Бай Сяочуня стали величиной с блюдца. Кем бы ни был этот мужчина, двигался он неимоверно быстро. Настолько быстро, что смог появиться перед Бай Сяочунем прежде, чем отзвучали его слова.

Он был хорош собой, длинные чёрные волосы делали его внешность очень бросающейся в глаза, несмотря на то что он уже достиг средних лет. Ещё в его облике было нечто многозначительное, словно в его глазах отражалось само звёздное небо. Один взгляд на него потряс Бай Сяочуня до глубины души. Хотя его одежда, казалось, не была тщательно подобрана, то, как он стоял, заставляло его выглядеть так, словно он составляет единое целое с небесами и землёй. Хотя он и не достигал в этом отношении уровня дэва, но, создавалось впечатление, что он может достичь этого уровня в любой момент. Казалось, что он мог пользоваться силами небес и земли и превращать их в бесконечную боевую мощь.

Он ещё не достиг царства дэвов, но уже превзошёл великую завершённость зарождения души. Он добрался до того уровня, где уже понимал некоторые магические законы земли и небес, что означало, что он стал псевдо-дэвом. Бай Сяочунь внезапно ощутил, что у него перехватило дыхание и он не может вымолвить ни звука. Всё случилось очень быстро. Когда Ли Хунмин увидел, кто перед ним, то его выражение тут же стало очень серьёзным, а в глазах засияло рвение. Соединив руки, он чрезвычайно низко поклонился.

— Приветствую, генерал!

Сердце Бай Сяочуня тут же подпрыгнуло, когда он понял, кем являлся этот человек. Учитывая, что Ли Хунмин назвал его генералом, становилось очевидно, что это… генерал, командующий Сдирателями Кожи. Бай Сяочунь тут же соединил руки и поклонился.

— Приветствую, генерал!

Мужчина в чёрном спокойно посмотрел на Бай Сяочуня, а потом сказал:

— Я только что спросил тебя: ты действительно хочешь попасть в ряды Сдирателей Кожи?

Бай Сяочунь тут же пожалел о своих словах. Видя, что генерал выжидательно смотрит на него, он занервничал и начал заикаться:

— Эм… ну… Я не…

Прежде чем он успел договорить, глаза мужчины в чёрном начали враждебно сиять.

— Хм? — неожиданно от него начала исходить убийственная аура, превратившаяся в волны ярости, готовые потопить крохотную лодочку жизни Бай Сяочуня. — Как следует обдумай свой ответ, прежде чем говорить.

Несмотря на то, насколько спокойно он произнёс это, его слова прогрохотали, словно раскаты грома, в сознании Бай Сяочуня. Бай Сяочунь ощутил, как на него оказывается невероятное давление, которое заставляло его буквально задрожать на пороге слёз. Его глаза покраснели, внезапно он ощутил, что если не согласится вступить в армию, то его могут убить прямо на месте. С трудом сглотнув, он сказал:

— Эм… Я заложник… Тут могут возникнуть проблемы…

— Заложник? — удивившись, генерал взмахнул правой рукой, и в его ладони появилась нефритовая табличка. Изучив её содержимое, он на какое-то время погрузился в задумчивость.

Сердце Бай Сяочуня быстро билось от переживаний. Он был абсолютно уверен, что не должен оставаться рядом с великой стеной, здесь было слишком опасно. Если не уйти сейчас, то ему, возможно, придётся расстаться со своей бедной-несчастной жизнью. Однако из-за того что происходило сейчас, он уже начал впадать в полное отчаяние. После продолжительного молчания мужчина в чёрном убрал нефритовую табличку и сказал:

— Это не важно. Раз ты желаешь остаться здесь, я смогу решить проблему с твоим статусом заложника. Ну что ж, тогда всё решено. С этого дня ты — солдат в рядах Сдирателей Кожи!

У Бай Сяочуня глаза полезли на лоб. Видя, как мужчина в чёрном уже повернулся, чтобы уйти, он быстро воскликнул:

— Я избранный. Я нахожусь в десятке лучших среди суперзвёзд секты Звёздного Небесного Дао Противоположностей! Я могу делать так, как считаю…

— Избранный? — сказал мужчина, даже не оборачиваясь, в его голосе звучала решимость, способная гнуть гвозди и разрубать железо. — Так даже лучше!

Внутри Бай Сяочуня закипел гнев, и он воскликнул:

— Я… Я не хочу в армию! Я забираю свои слова назад, понятно?

— Это ничего не изменит. Тебя призвали на службу сроком на десять лет, — мужчина остановился, а потом протянул правую руку, в которой появился командный медальон с ужасающим, убийственным знаком Сдирателей Кожи. — Как у генерала одного из пяти легионов здесь, на великой стене, у меня есть власть призывать на службу любого, кого я пожелаю. Вчера ты использовал отличные лекарственные пилюли, они нам здесь очень пригодятся. Давай-ка я выражусь яснее, Бай Сяочунь, ты остаёшься здесь, хочешь ты того или нет.

Взмахнув рукавом, он посмотрел на Ли Хунмина.

— Ли Хунмин!

— Да, сэр! — громко ответил Ли Хунмин.

— Выдай ему униформу и посели в оружейном квартале, — после этого мужчина ушёл, полностью игнорируя реакцию Бай Сяочуня на его слова.

Бай Сяочуню хотелось расплакаться, но слёз не было. Ещё хуже было то, что после слов человека в чёрном вокруг появилось несколько десятков культиваторов, которые излучали убийственные ауры. Все они, очевидно, были ветеранами боёв и убивали так много, что их глаза светились ярко-красным. Уже от одного их взгляда Бай Сяочунь напрягся и ощутил себя неуютно.

Очевидно, что если бы он решил отказаться выполнять приказ, то живым бы его не отпустили. Бай Сяочунь одновременно был разъярён и полон сожалений. Он знал, что всё это произошло только потому, что он решил немного покрасоваться до этого… «Если бы я только мог повернуть время вспять, — подумал он, хмурясь и чуть не плача, — я бы никогда не стал высовываться и красоваться…» Затем он посмотрел на спину человека в чёрном, пока тот удалялся всё дальше, и решил поставить всё на кон.