Эр Ген – Вечная воля. Том 4 (страница 3)

Их жильё располагалось в восточной части города и было простым и убогим. Оно напоминало Бай Сяочуню дом, в котором он жил в детстве в деревне. Более того, плата за полгода стоила половины денег, выделенных ему сектой Противостояния Реке. Они бродили целый день, и все очень сильно проголодались. К этому моменту у всех громко урчали животы. Вздохнув, Бай Сяочунь кинул мастеру Божественных Предсказаний сумку с духовными камнями и попросил найти какой-нибудь еды. Мастер Божественных Предсказаний обрадовано поймал сумку и выбежал наружу, после чего вскоре вернулся с целым набором духовной еды, которую поделил поровну. Получив еду, все, погрузившись в свои мысли, стали молча её поглощать. Что касается Бай Сяочуня, то он постоянно думал о том, как он скучает по секте Противостояния Реке.

Ночь прошла в тишине. На утро следующего дня Бай Сяочуня разбудило урчание его собственного живота. Оглядев всех вокруг, он заметил, что они уже успели немного похудеть. «Проклятье! Что за напасть? Как мы должны с этим справиться?!» Ситуация ужасала, он был настолько голоден, что с трудом сидел. Достав ещё духовных камней, он снова отправил мастера Божественных Предсказаний за едой.

И так прошёл их первый день. Потом прошли второй, третий, четвёртый… За это время все успели сходить и исследовать город, но потом, возвращаясь, садились со скрещёнными ногами и хмурились, переставая двигаться, чтобы не тратить энергию. Даже экономя энергию где можно и нельзя, все они, включая Бай Сяочуня, сильно похудели. Особенно это касалось Сюй Баоцая, который уже начинал походить на кожу да кости. Однако не это пугало их больше всего. Самым страшным казалось то, что у них кончались духовные камни, и, скорее всего, через два дня… Даже личная бездонная сумка Бай Сяочуня с духовными камнями уже опустела на девяносто процентов.

— Нам нужно придумать план, — воодушевлённо сказал он, оглядывая всех с очень серьёзным лицом. — Дальше так продолжаться не может. Вы, народ, мои защитники Дао. Идите и заработайте денег!

Как только он произнёс эти слова, Сун Цюэ поднялся на ноги и в его взгляде появилась решимость, а также немного одержимости. Бай Сяочунь с любопытством смотрел на него, уже собираясь спросить, что тот намерен делать, когда Сун Цюэ выпалил:

— С меня довольно! Довольно, слышишь, Бай Сяочунь? Защитник Дао? Забудь, я ухожу! Сун Цюэ может сам о себе позаботиться. Теперь действуй без меня. Всё упирается в баллы заслуг, верно? Может быть, я не мог сравниться с тобой в секте Кровавого Потока или в секте Противостояния Реке, но здесь, в секте Звёздного Небесного Дао Противоположностей, я собираюсь стать учеников с жёлтыми одеждами, опираясь на свои собственные заслуги, чтобы попасть на радугу.

Глаза Бай Сяочуня широко распахнулись от гнева, он уже хотел что-то сказать в ответ, когда внезапно поднялся и мастер Божественных Предсказаний…

381. Безвыходная ситуация

Мастер Божественных Предсказаний на мгновение стиснул зубы в нерешительности, а потом продолжил:

— Младший патриарх… Младший патриарх, я тоже ухожу. Если мы будем тут все торчать, то проблему голода не решим никогда. Послушай, почему бы тебе…

Внезапная мысль, что все, очевидно, собирались пойти своей дорогой, заставила Бай Сяочуня вскочить на ноги.

— Народ, не уходите. Вы же мои защитники Дао. Я привёз вас сюда с собой. Что же я буду делать здесь без вас?..

Особенно ужасающим было осознание того, что выданные сектой духовные камни уже почти закончились. То, что все уходили, подождав, пока это произойдёт, было самым болезненным.

— Я привёз вас сюда с собой, чтобы вы помогали мне…

Несмотря на его протесты, Сун Цюэ лишь холодно хмыкнул, а затем ушёл. Он планировал отправиться на задания, чтобы заработать всё необходимое для себя.

— Цюэрчик… — позвал за его спиной Бай Сяочунь. Но Сун Цюэ даже не оглянулся через плечо. Мастер Божественных Предсказаний тоже хотел уйти, но Бай Сяочунь схватил его за локоть. — Мастер Божественных Предсказаний, — сказал он жалостливо, — я больше не буду звать тебя мастер Хрюкохмык, хорошо? Не уходи…

— Младший патриарх, у меня нет другого выбора. Прежде чем приехать сюда, никто из нас не знал, что даже просто остаться в живых в секте Звёздного Небесного Дао Противоположностей будет настолько сложно. Думаю начать делать предсказания, чтобы заработать на еду…

Хотя он и аккуратно подбирал слова, но про себя злился и в то же время не мог перестать думать о том, насколько он скучает по секте Противостояния Реке. Стряхнув с себя руку Бай Сяочуня, он в мгновение ока покинул духовное пристанище.

— Народ, не могу поверить в то, что вы творите, — разозлено воскликнул Бай Сяочунь.

По его мнению, Сун Цюэ и мастер Божественных Предсказаний поступили так совершенно без оснований. Если бы они ушли раньше, то это ещё можно было стерпеть, но ведь они дождались, когда духовные камни начнут подходить к концу, и только тогда бросили его. Пока Бай Сяочунь стоял и злился, Чень Маньяо вздохнула и тоже поднялась на ноги. Посмотрев на Бай Сяочуня, она сказала:

— Это моя вина, у меня была неполная информация. Младший патриарх, я отправляюсь на поиски своих друзей. Если судьбе будет угодно, то встретимся вновь на радуге.

Не дав Бай Сяочуню даже возможности ответить, она вылетела из духовного пристанища. Внезапный уход Чень Маньяо ещё сильнее разъярил Бай Сяочуня. В конце концов, она сама пришла к нему и напросилась с ними, а теперь просто бросила на произвол судьбы. Благо Сюй Баоцай и Большой толстяк Чжан по-прежнему оставались с ним.

— Хм! Ну и хорошо, если они так хотят, пусть проваливают. В конце концов, у старшего брата и Маленького Сокровища есть представление о том, что такое преданность, — посмотрев на них, он ударил себя в грудь и сказал: — Вы не волнуйтесь, я…

Однако в этот момент Сюй Баоцай неловко поднялся на ноги:

— Младший патриарх, я…

— Эй, что ты делаешь? Сядь обратно!

С быстро бьющимся сердцем Бай Сяочунь уже готовился закрыть собой путь к выходу, но тут он заметил, что в глазах Сюй Баоцая не только твёрдая решимость, но ещё и слёзы.

— Младший патриарх, — взмолился он, — прошу, отпусти меня. Я не хочу умереть от голода! Посмотри на меня! Я самый слабый из всех и уже похож на кожу да кости. Если так продолжится и дальше, то я умру первым. Будь милостивым, умоляю тебя! Отпусти меня! Прошу, младший патриарх…

Он стал тянуть Бай Сяочуня за рукав. Злость испарилась с лица Бай Сяочуня, и он вздохнул.

— Ну хорошо, у всех есть право идти своей дорогой. Если хочешь, можешь уходить.

— Большое спасибо, младший патриарх!

С благодарным взглядом Сюй Баоцай покинул духовное пристанище. Вскоре он уже был на улице и вдалеке увидел мастера Божественных Предсказаний. Они обменялись взглядами, а потом вместе, посмеиваясь, пошли дальше. С гордым видом мастер Божественных Предсказаний вынул кусок духовного мяса из своей бездонной сумки, начал его жевать и сказал:

— У Сун Цюэ много амбиций, и он не умеет подстраиваться под ситуацию. Спорю, он правда считал, что находится в затруднительном положении. Ну, а мы — другие. Наконец мы вырвались из оков зла.

Сюй Баоцай немного помедлил, а потом тоже достал кусок духовного мяса. Откусив от него, он спросил:

— А ты уверен, что это хорошая идея? Всё-таки мы всё равно числимся защитниками Дао.

Очевидно, что у этих двоих скопилось довольно много запасов. В конце концов последние несколько дней они ели только ту еду, которую покупали на деньги Бай Сяочуня.

Мастер Божественных Предсказаний немного помедлил. Подумав, он ответил:

— Ну, с этим ничего не поделаешь. Если бы мы не ушли, то всё равно бы рано или поздно остались голодными. Почему младший патриарх не предпринял ничего дельного… Не беспокойся, давай сначала позаботимся о себе, потом мы сможем встретиться с ним снова на радуге.

Ещё немного обсудив планы, оба отправились искать себе новое жильё.

В это время в духовном пристанище остались только Бай Сяочунь и Большой толстяк Чжан. Большой толстяк Чжан посмотрел на то, насколько разозлён Бай Сяочунь, потом закрыл глаза и погрузился в медитацию. Несмотря на ярость, Бай Сяочунь ничего не мог поделать в данной ситуации. В конце концов у него оставался Большой толстяк Чжан. Однако на следующий день не выдержал даже он. Когда наступил вечер, он подошёл к Бай Сяочуню и сказал:

— Девятый толстяк…

Бай Сяочунь тут же занервничал.

— Самый старший брат, и ты…

— Девятый толстяк, не то что бы я не заботился о тебе. Но если так пойдёт и дальше, то я умру. Я собираюсь начать духовно улучшать вещи, чтобы заработать на еду. Не волнуйся, девятый толстяк, когда я накоплю немного денег, то я вернусь и позабочусь о тебе.

Большой толстяк Чжан очевидно тоже уже всё для себя решил, поэтому Бай Сяочунь не стал пытаться отговаривать его. Большой толстяк Чжан похлопал Бай Сяочуня по плечу, потом глубоко вздохнул, его глаза заблестели, словно он возложил на себя священную миссию. После этого он покинул духовное пристанище…

Так Бай Сяочунь остался совсем один. Солнце медленно опускалось за горизонт, и он вышел на улицу, выглядя как никогда одиноко. Наконец он испустил длинный вздох.

«Ушли. Они все ушли…» Он подавленно вернулся в духовное пристанище и сел со скрещёнными ногами, ощущая, как голод становится всё сильнее.