Энже Суманова – Кровь и страсть (страница 11)
Я взяла сухие дубовые веники и прикрыла ими переднюю часть тела.
С Богом!
Отворив дверь, я высунула голову и прислушалась. Осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружила.
Я медленно вышла на улицу, и тут же меня охватил леденящий холод. Неистовый ветер трепал мои почти высохшие волосы, а мелкие камешки больно впивались в босые ступни. Стиснув зубы, я торопливо зашагала в сторону библиотеки, но обнаружила, что окно было заперто на засов.
О, как же я зла!
Я непременно отомщу воришкам за своё унижение.
Пригнувшись, я стремительно пронеслась под окнами, стараясь остаться незамеченной, но все мои усилия оказались тщетными. Из окон донёсся звонкий девичий смех.
Весело вам, да? Но будьте уверены, возмездие не заставит себя долго ждать.
Я проникла в помещение через парадный вход, стараясь не издавать лишнего шума. Мне улыбнулась удача: сторож, охранявший дверь, крепко спал, склонив голову и скрестив руки. Его сон был крепок, и лишь изредка он издавал лёгкое похрапывание.
Едва я приблизилась к лестнице, как внезапно раздался зычный голос Карлы, доносившийся с верхнего этажа.
– Что за ребячество в столь поздний час? – возмутилась она. – Смешно вам стало на ночь глядя?
– Больше не будем. Честное слово! – ответил кто‑то.
Надо мной раздался стук каблуков, и я вздрогнула, едва не выронив веники.
– Раз вам не спится, всем немедленно встать на колени и поднять руки вверх. Будете стоять так, пока я не велю идти спать.
Зазвучали недовольные возгласы, а на моих губах появилась злорадная ухмылка. Поделом им.
– Так и знал, что с тобой что‑то случилось, – шёпотом произнёс Тариан. – Тебя долго не было. Я не мог из‑за тебя уснуть.
Меня охватила волна жара, а во рту пересохло. Мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Затаив дыхание, я повернулась к нему.
«Ну почему мне сегодня так не везёт?» – мысленно посетовала я.
Он окинул меня пронзительным, испытующим взором, задержав внимание на области груди и ниже пояса. Мне стало нехорошо, и я едва не выпустила венки из рук. Казалось, что он не просто смотрел на меня, но и касался…
Я бы хотела ощутить его
«Только не падай в обморок, Мильяна, – мысленно скомандовала я себе. – Соберись, дыши глубоко. Не хватало ещё потерять сознание и упасть перед ним голой».
Я глубоко вздохнула, пытаясь подавить желание убежать, но не могла сделать этого, пока девушки находились на втором этаже.
– Из‑за меня? – растерялась я.
Его губы изогнулись в улыбке, и он начал расстёгивать пуговицы на своей рубашке.
– Да, из‑за тебя. Всё время ворочался.
От его низкого голоса по моей коже пробежала дрожь.
– А при чём здесь я?
Он продолжал расстёгивать пуговицы, являя моему взору загорелую кожу и рельефные мышцы. Мой взгляд невольно скользнул ниже, ненадолго задержавшись на тёмной полоске волос, что скрывалась под поясом брюк.
– Твоя комната находится прямо над моей, и пока я не услышу неприятный скрип лестницы, ведущей на чердак, я не могу заснуть. Пока не удостоверюсь, что с тобой всё в порядке, и ты не попала в какую‑нибудь передрягу. И, как видишь, мои опасения были не напрасны.
Я ощутила, как краска смущения заливает мои щёки. Моё глупое сердце, как масло на горячей сковороде, снова растаяло от его
– Перестань беспокоиться обо мне.
– Замёрзла, моя маленькая? – заботливо спросил он, протягивая мне свою рубашку.
Он стоял полуобнажённый, столь величественный и… недосягаемый.
– Кто здесь? Кто не спит в столь поздний час? – с лёгким раздражением произнесла Карла Хоуман. – Оставайся здесь, Вайлет, – обратилась она к младшей наставнице, – а я пойду узнаю, кто же это бродит в столь поздний час.
Тариан схватил меня за руку и потащил в небольшой чулан под лестницей, служивший кладовой для уборочного инвентаря. Бесшумно затворив дверь, мы оказались лицом к лицу в этом замкнутом пространстве.
Я не только слышала его прерывистое дыхание, но и чувствовала его тепло, словно лучи весеннего солнца. От столь близкого присутствия по моей коже пробежали мурашки. Хотелось прикоснуться к его телу, рельеф которого был отточен годами изнурительных тренировок.
Ни малейшего изъяна не было на теле этого мужчины, ни царапины, что свидетельствовало о высочайшем уровне его бойцовских навыков. Я сотни раз пыталась обнаружить хотя бы самый незначительный шрам на его теле, когда он купался в озере или во время наших тренировок, но все мои попытки были напрасными.
Тариан был безупречен во
Пыль, осевшая на моих волосах и плечах, вырвала меня из мира грёз, вернув в суровую реальность. С каждым шагом наставницы, спускавшейся по лестнице, мелкий мусор падал на нас. Я невольно отступила назад и случайно задела полки с инвентарём, отчего один из предметов, находившихся на верхней полке, соскользнул и устремился вниз. Тариан успел схватить его на лету, почти вплотную прижавшись ко мне. Моё сердце забилось быстрее.
Мы были на волосок от катастрофы. Я не желала, чтобы меня обнаружили голой, да ещё и в компании с ним.
– Патрик, ты опять заснул? – проворчала сердито Карла.
– Нет, госпожа, я не спал, – хрипло отозвался тот.
– Ещё одна подобная выходка, и ты вылетишь отсюда, как пробка. Такого старого работника, как ты, навряд ли куда‑нибудь возьмут, так что впредь не разочаровывай меня.
– Обещаю, больше не повторится подобное.
– Кто‑то нарушил комендантский час. Надо его найти. В этот раз у них не получится прикрыться баней. Отправляйся на улицу. Осмотри окрестности, а я тем временем обыщу первый этаж.
– Будет исполнено!
Хоуман продолжила свой путь, но внезапно остановилась у чулана.
Я оцепенела от страха.
Это был мой первый день в качестве зрячей, и я оказалась в такой нелепой ситуации. Прямо злой рок какой‑то!
К счастью, женщина прошла дальше по коридору. Когда звук её шагов стих, я вздохнула с огромным облегчением.
– Тебе следует переодеться, – отступил он в сторону. – Встань у другой стены. Не хватало только, чтобы ты ещё что‑нибудь уронила.
Я покорно переместилась.
– Но у меня нет одежды для переодевания…
– Надень мою.
– А как же ты?
– Я не могу допустить, чтобы ты щеголяла голой по приюту.
Я выразила свою благодарность и положила веники на пол, но он не спешил снимать одежду.
– Ты так прекрасна… Твои формы безупречны, – неожиданно проговорил Тариан хриплым тоном. – Я больше не в силах сдерживаться, – и прижал меня к стене.
Его губы прильнули к моим, нежно и осторожно, словно пробуя на вкус, медленно исследуя, скользя языком. Мир вокруг снова перестал существовать. Я растворилась в этом поцелуе, как сахар в чае. Его рука коснулась моей шеи, другая легла на талию и слегка сжала её, словно он боялся, что я исчезну.
Разум вопил, что это неправильно, а сердце требовало продолжения.
Я неохотно прервала поцелуй и, прерывисто дыша, пробормотала:
– Нам срочно нужно уходить отсюда, пока не пришла Карла.
– И куда? На улице Патрик, на первом этаже – наставница, на втором – ребята. Нам некуда идти. Лучше остаться здесь, пока все не разойдутся. К тому же я не раз проделывал подобное. Это идеальное место для тайных встреч.
Я уверена, что сейчас он едва заметно улыбается краешком губ, той самой самодовольной улыбкой, которая так и засела у меня в памяти. Всё бы отдала, чтобы сейчас увидеть его лицо.
– И сколько же раз ты приводил сюда девушек? – закралась в меня жгучая ревность.