Энтони Троллоп – Виновата ли она? (страница 42)

 -- И что мнѣ всего противнѣе въ мистерѣ Боттѣ, признавалась лэди Гленкора своему мужу, это привычка его потирать руки и безпрестанно ухмыляться, точно онъ собирается сказать тебѣ что нибудь, между тѣмъ, какъ въ сущности онъ ничего не хочетъ сказать.

 -- Съ какой стати, милая, ты обращаешь на него вниманіе, замѣтилъ мистеръ Паллизеръ.

 -- Но какъ же мнѣ не останавливаться передъ нимъ, когда онъ такъ на меня смотритъ, что думаешь -- вотъ, вотъ, что нибудь скажетъ. А онъ только спроситъ: -- Могу ли я чѣмъ нибудь услужить вамъ, лэди Гленкоуреръ.

 Тутъ она замѣтила, что мужъ ея хмуритъ брови и продолжала:-- Не сердись на меня, другъ мой; ты и самъ долженъ сознаться, что онъ довольно несносный господинъ.

 -- Я нисколько не сержусь, Гленкора, отвѣчалъ онъ; если ты этого непремѣнно желаешь, я постараюсь такъ устроить, чтобы онъ уѣхалъ отъ насъ и, въ такомъ случаѣ, ужь конечно, не приглашу его въ другой разъ. Но это можетъ послужить мнѣ во вредъ; въ политикѣ онъ человѣкъ надежный и можетъ мнѣ со временемъ очень пригодиться.-- Само собою разумѣется, лэди Гленкора отвѣчала, что мистеръ Ботъ можетъ оставаться у нихъ въ домѣ, сколько ему и ея мужу будетъ угодно, и никогда болѣе не упоминала его имени въ разговорахъ съ мистеромъ Паллизеромъ. Но съ этой минуты она стала смотрѣть на мистера Бота какъ на врага, и чувствовала, что и онъ на нее точно также смотритъ.

 Когда въ непосвященныхъ политическихъ кружкахъ сдѣлалось извѣстно, что герцогъ Сентъ-Бонгэй гоститъ въ Мэтчингѣ, всѣ заговорили, что- мистеръ Паллизеръ навѣрное сдѣлается канцлеромъ казначейства. По всѣмъ вѣроятіямъ прежній министръ сдавалъ дѣла новому министру. Но я сильно подозрѣваю, что между нимъ и мистеромъ Паллизеромъ не было и рѣчи о дѣлахъ во все время пребыванія герцога въ Мэтчингѣ. Герцогъ охотился, читалъ газеты, и съ видомъ знатока осматривалъ сельское хозяйство мистера Паллизера.-- Славный у васъ управляющій, говаривалъ герцогъ.-- Это вы про Габбинса говорите? отвѣчалъ мистеръ Паллизеръ. Да онъ достался мнѣ по наслѣдству отъ дяди, тогда тотъ передалъ мнѣ Мэтчингъ. Я имъ очень доволенъ. Само собою разумѣется, онъ не сдѣлаетъ помѣстье доходнымъ, но придаетъ ему такой видъ какъ будто оно дѣйствительно приноситъ доходъ, а это только и нужно. Я никогда не могъ добиться доходовъ отъ земель, которыя воздѣлывалъ самъ, не отдавая ихъ въ наймы.-- Да, это мудреное дѣло, отвѣчалъ герцогъ, которому собственно до всего этого было очень мало дѣла. Ни одного намека не вырвалось у него касательно видовъ мистера Паллизера на министерство, кромѣ словъ, сказанныхъ имъ лэди Глевкорѣ за обѣдомъ.

 За то мистеръ Ботъ удостоивался порою слышать кое-какіе намеки отъ герцога.

 -- На то похоже, ваша свѣтлость, что наша возьметъ, сказалъ ему мистеръ Ботъ какъ-то послѣ обѣда.

 -- Это будетъ зависѣть отъ того, какъ пойдутъ перемѣны.

 -- А перемѣны, какъ видно, будутъ?

 -- О да, непремѣнно будутъ. И вѣтеръ перемѣнится къ вашу пользу.

 -- И въ пользу Паллизера?

 -- По крайней мѣрѣ, я такъ думаю, если онъ только самъ не откажется. Кстати.... и разговоръ перешелъ въ шопотъ. Мистеру Ботту было дано одно изъ тѣхъ порученій, за которыя лэли Гленкора прозвала его сплетникомъ.

 

XXIII.

ВЪ КОТОРОЙ УЗНАЕТСЯ КОЕ-ЧТО ИЗЪ ИСТОРІИ СЕМЕЙСТВА ПАЛЛИЗЕРОВЪ.

 По прошествіи десяти дней Алиса успѣла освоиться, какъ нельзя лучше, съ своей новой обстановкой. Она обѣщалась прогостить у Паллизеровъ до половины декабря, т. е. вплоть до того времени, когда ей предстояло отправиться въ Вавазоръ-Кэстль, и съѣхаться тамъ съ отцомъ и кузиною Кэтъ. Паллизеры намѣревались провести Рождество у герцога Омніума, въ Барсетшейрѣ.-- Это ужь такъ заведено у насъ, сказала Алисѣ лэди Гленкора. Въ Гэдерумъ-Кэстлѣ Рождество справляется всегда съ большою торжественностью, но вся эта исторія продолжается не больше недѣли. Оттуда мы отправляемся... ай, ай, ай, до чего я договорилась!

 -- Что значитъ это восклицаніе?

 -- Видите-ли... ну нѣтъ, лучше я вамъ не скажу.

 -- Въ такомъ случаѣ, я не стану приставать къ вамъ съ разспросами.

 -- Какъ я узнала васъ, Алиса, въ этомъ отвѣтѣ! Но я тоже умѣю быть твердою и не скажу вамъ ничего, нова вы сами меня не спросите.-- Алиса и не подумала спрашивать, но тѣмъ не менѣе лэди Гленкора не долго устояла въ принятомъ ею твердомъ намѣреніи.

 Итакъ, какъ я уже сказалъ, Алиса совершенно освоилась съ своей новой обстановкой. Она дошла до того, что съ удовольствіемъ выслушивала тѣ немногія слова, съ которыми удостоивалъ обращаться къ ней герцогъ; у нея даже явилось терпѣніе выслушивать болтовню герцогини, такъ что та замѣтила лэди Гленкорѣ: -- а ваша кузина премилая дѣвушка, очень, очень милая. Какъ жаль, что съ ней такъ безсовѣстно поступаетъ этотъ джентльменъ изъ Оксфордшейра.-- Лэди Гленкора объяснила ея свѣтлости, что джентльменъ былъ изъ Кэмбриджшейра и что онъ-то ужь въ жизнь свою ни съ кѣмъ не поступалъ безсовѣстно.-- Другими словами, вы хотите сказать, что она его... одурачила? проговорила герцогиня почти со свистомъ и широко разскрывая глаза. Жаль, жаль, этого бы я никакъ отъ нея не ожидала.-- И при слѣдующей встрѣчѣ съ Алисой она заговорила строго-величественнымъ тономъ, который впрочемъ очень скоро смягчился, подъ вліяніемъ любезности Алисы.

 Алиса научилась между прочимъ и ѣздить верхомъ. Ея постояннымъ спутникомъ въ этихъ верховыхъ прогулкахъ былъ Джефри Паллизеръ. Она сошлась съ нимъ на столько, что могла съ нимъ ссориться и мириться, такъ что разъ лэди Гленкора шутя сказала, что дѣло у нихъ скоро зайдетъ и еще дальше.

 -- Этого я никакъ не думаю, отвѣчала Алиса.

 -- Это еще ничего не значитъ. Кто же когда думаетъ объ этихъ вещахъ?

 -- По крайней мѣрѣ я объ нихъ положительно не думаю въ настоящую минуту.

 -- А право, славно бы было, если бы это состоялось. Быть можетъ, въ одинъ прекрасный день вы сдѣлались бы герцогиней.

 -- Гленкора! будетъ вамъ говорить такой вздоръ.

 -- Но я разстроила бы всѣ ваши разсчеты и на зло вамъ убила бы себя, чтобы онъ могъ жениться на другой.

 -- И не стыдно вамъ говорить такіе ужасы?

 -- Вотъ увидите, что я, рано или поздно, это сдѣлаю. Какое право имѣю я портить всю его жизнь? Еще намедни онъ заговорилъ со мною о томъ, что положеніе Джефри теперь измѣнилось, и я поняла, что онъ хотѣлъ этимъ сказать, или вѣрнѣе, чего онъ не хотѣлъ сказать, но что было у него въ мысляхъ. Но убить себя, я все-таки не убью.

 -- Еще бы?

 -- Есть, правда, еще одинъ выходъ, проговорила леди Гленкора.

 -- Вы думаете о такихъ вещахъ, которыя никогда не должны бы были приходить на мысль, сказала Алиса съ жаромъ. Развѣ вы не вѣрите, что Богъ все устроиваетъ къ лучшему?

 Мистеръ Ботъ, къ великому удовольствію леди Гленкоры, уѣзжалъ изъ Мэтчинга, но, къ сожалѣнію, снова возвратился. По возвращеніи его леди Гленкорѣ снова досталось за неумѣнье предупредить междоусобія между герцогиней и мистрисъ Спарксъ.-- Я еще не разсказывала вамъ, обратилась леди Гленкора къ Алисѣ, что мои догадки подтвердились; онъ и въ самомъ дѣлѣ оказывается сплетникомъ.

 -- Такъ это онъ все наушничалъ?

 -- Да. Мнѣ была головомойка, и я знаю, что по его милости, хотя мистеръ Паллизеръ этого мнѣ не сказалъ. Но за то онъ сказалъ мнѣ, что герцогиня чувствуетъ себя оскорбленной обращеніемъ этой женщины.

 -- Но вы же не можете за всѣхъ отвѣчать.

 -- Я ему такъ и сказала. Самъ, же онъ велѣлъ мнѣ пригласить мистрисъ Конуэй-Спарксъ. Я совсѣмъ не была рада ей. Она ѣздитъ ко всѣмъ, и всякій считаетъ за особенную честь залучить ее къ себѣ. Но мнѣ, право, было бы все равно, хоть бы она утонула въ Черномъ Морѣ. Когда я ему сказала все это, онъ объявилъ, что я несу дичь, что и было совершенно справедливо, и потребовалъ, чтобы я заставила ее поукоротить ея язычекъ. А я ему, конечно, отвѣчала, что не могу этого сдѣлать. Мистрисъ Спарксъ на меня, конечно, не обратитъ и вниманія. Если она ее мнѣ станетъ приставать, то я, конечно, съумѣю себя оборонить, хотя бы она еще въ десять разъ была умнѣе, чѣмъ теперь, и писала бы стихи лучше самаго Теннисона.

 -- Нѣкоторые изъ ея стиховъ дѣйствительно хороши, замѣтила Алиса.

 -- О да, еще бы! Я многіе изъ нихъ знаю наизусть, только я не желала бы доставить ей удовольствіе знать, что я такого высокаго мнѣнія о ея произведеніяхъ. За тѣмъ я объявила ему, что не могу же ходить нянькой за герцогиней, а онъ сказалъ, что я сущій ребенокъ.

 -- Онъ сказалъ это любя.

 -- Нѣтъ, я и въ самомъ дѣлѣ ребенокъ, я и сама это знаю. Его вина, что онъ не женился на какой нибудь свирѣпой бой-бабѣ, которая умѣла бы заправлять его домомъ и держать на привязи злой язычекъ мистрисъ Спарксъ. Я въ этомъ не виновата.

 -- Этого вы не сказали ему?

 -- Нѣтъ, сказала. За тѣмъ онъ поцѣловалъ меня и прибавилъ, что ничего, съ годами я конечно поумнѣю. А я ему на эта отвѣтила, что съ годами и язычекъ мистрисъ Спарксъ станетъ еще злѣе, и герцогиня еще поглупѣетъ. Съ этими словами я; и ушла. Охъ, если бы только я не боялась унизить себя, ужь какъ бы я проучила этого мистера Бота. Онъ склабится передо мною и потираетъ свои неуклюжія руки еще усерднѣе, чѣмъ прежде, потому что знаетъ, что виноватъ передо мною. Ну не ужасно ли жить въ одномъ домѣ съ такими людьми?

 -- Мнѣ кажется, вамъ нечего обращать на него особенное вниманіе.