Энтони Троллоп – Бриллиантовое ожерелье (страница 37)
Разговоръ этотъ происходилъ въ маленькой гостиной леди Гезлеръ, въ Парк-Ленѣ. Три дня спустя тѣже самыя леди встрѣтились въ Портмен-скверѣ, въ домѣ у леди Чильтернъ, бывшей Віолетты Эфингамъ, въ которую когда-то былъ такъ влюбленъ
-- По моему мнѣнію, лордъ Фаунъ сдѣлаетъ прекрасную партію, замѣтила леди Чильтернъ, обращаясь къ леди Гезлеръ, когда разговоръ ихъ коснулся предстоящей свадьбы Лиззи.
-- А вы ничего не слыхали о брилліантахъ? спросила леди Гленкора.
-- О какихъ брилліантахъ? чьихъ? воскликнули обѣ ея собесѣдницы. Оказалось, что. ни та, ни другая понятія не имѣли объ исторіи съ брилліантами, и съ наслажденіемъ готовы были выслушать повѣсть о нихъ отъ леди Гленкоры.
-- Леди Эстасъ, заговорила она,-- нашла всѣ брилліанты Эстасовъ запертыми наглухо въ кладовой Портрэ-кэстля и, конечно, завладѣла ими, какъ собственностію, находящеюся въ ея домѣ. Джонъ Эстасъ вмѣстѣ съ епископомъ условились отобрать у нея это сокровище въ пользу наслѣдника и начали процессъ. Брилліанты эти извѣстны во всей Англіи; едва-ли у многихъ изъ частныхъ лицъ найдутся подобные; они оцѣнены въ 24 тысячи фунтовъ стерлинговъ. Лордъ Фаунъ поспѣшилъ отказаться отъ руки леди Эстасъ, когда до него долетѣлъ слухъ, что ее подозрѣваютъ въ неправильномъ завладѣніи чужой собственностью. Леди Эстасъ объявила, что она затѣетъ противъ лорда Фауна дѣло объ оскорбленіи ея чести, а между-тѣмъ брилліанты все-таки припрятала!
Переданный леди Гленкорою разсказъ очевидно былъ полонъ преувеличеній и основанъ больше на сплетняхъ, чѣмъ на истинныхъ фактахъ, тѣмъ не менѣе, онъ служилъ доказательствомъ, что исторія съ ожерельемъ начинаетъ уже оглашаться въ свѣтѣ.
-- Не хотите-ли вы сказать этимъ, что свадьба лорда Фауна совсѣмъ разошлась? спросила леди Гезлеръ.
-- Конечно, разошлась, отвѣчала леди Гленкора.
-- Бѣдный лордъ Фаунъ! воскликнула леди Чильтернъ.-- Онъ, какъ видно, никогда себя не пристроитъ.
-- Мнѣ что-то не вѣрится, чтобы у него достало храбрости отступиться отъ своего слова, замѣтила леди Гезлеръ.
-- Это правда, сказала леди Чильтернъ,-- тѣмъ болѣе, что слухи о доходахъ леди Эстасъ сильно подтверждаются, а бѣдный лордъ Фаунъ такъ нуждается въ деньгахъ.
-- А вѣдь это крайне непріятно, прервала ее леди Гленкора:-- Примите во вниманіе, что человѣкъ собирается жениться въ полной увѣренности, что у его будущей жены чуть не лучшіе брилліанты во всей Англіи, и вдругъ узнаетъ, что они принадлежатъ не ей, а она ихъ украла. Я считаю, что лордъ Фаунъ былъ въ правѣ оскорбиться. Если человѣкъ женится изъ за денегъ, онъ и долженъ требовать деньги на лицо. Я, впрочемъ, удивляюсь, какъ она могла принять его предложеніе. Что она красавица, объ этомъ и спорить нельзя; по моему мнѣнію, она могла-бы выбрать себѣ партію гораздо лучше лорда Фауна.
-- Зачѣмъ-же вы унижаете бѣднаго лорда Фауна? возразила леди Чильтернъ.
-- Вы находите, что она могла-бы найдти себѣ партію лучше этой? воскликнула леди Гезлеръ.-- Чѣмъ-же эта партія для нея дурна? Онъ пэръ и будущій сынъ ея былъ-бы также пэромъ. Мнѣ кажется, что лучшаго выбора она не могла сдѣлать.
Всѣ три леди, спорившія такъ горячо о лордѣ Фаунѣ, были сильно заинтересованы предметомъ разговора; у каждой изъ нихъ была своя задняя мысль, не высказанная ими. Леди Гленкора когда-то сама думала выйдти за этого лорда, не смотря на то, что онъ ухаживалъ за ней ради ея состоянія. Леди Чильтернъ, въ свою очередь, отказалась отъ чести сдѣлаться леди Фаунъ. Наконецъ, леди Гезлеръ не приняла его предложеніе, не смотря на то, что онъ англійскій пэръ. Немудрено, если всѣ три леди вели теперь разговоръ, имѣвшій характеръ свѣтскаго поединка.
-- Она будетъ у васъ на вечерѣ въ пятницу, леди Гленкора? спросила леди Гезлеръ.
-- Она дала мнѣ слово быть, но такъ какъ лордъ Фаунъ обѣдаетъ у насъ въ этотъ день, то, вѣроятно, она, узнавъ объ этомъ, не пріѣдетъ.
-- Не думаю, возразила леди Чильтернъ.-- Я убѣждена, что она, нарочно пріѣдетъ, если узнаетъ, что можетъ встрѣтиться съ лордомъ Фауномъ: это не такая женщина, которая струсила-бы передъ кѣмъ-нибудь.
-- Она въ правѣ такъ дѣйствовать, если онъ безчестно съ ней доступилъ, замѣтила леди Гезлеръ.
-- Вы увидите, что она пріѣдетъ вся въ брилліантахъ, изъ за которыхъ поднялось дѣло, заключила леди Чильтернъ.
Разговоры въ этомъ духѣ не умолкали во всѣхъ аристократическихъ салонахъ Лондона.
Между людьми служащими шло разсужденіе объ этой исторіи нѣсколько въ другомъ тонѣ.
-- А что, свадьба лорда Фауна состоится или нѣтъ? спрашивалъ м-ръ Баррингтонъ Ирль, м-ра Леджа Вильсона, статсъ-секретаря Индіи.
-- Честное слово, ничего не знаю, отвѣчалъ Вильсонъ.-- Въ министерствѣ объ этомъ толкуютъ -- вотъ и все, что мнѣ извѣстно. Но самъ лордъ Фаунъ не объявлялъ мнѣ о своей женитьбѣ и потому я съ нимъ ни слова объ ней не говорилъ.
-- Развѣ нѣтъ объ этомъ офиціальныхъ свѣденій?
-- Въ газетахъ я еще ничего подобнаго не читалъ, замѣтилъ м-ръ Вильсонъ.
-- Да и странно было-бы печатать о такой свадьбѣ, сказалъ Баррингтонъ Ирль.-- Что они были помолвлены,-- это не подлежитъ сомнѣнію, но есть положительные слухи, что онъ отказался отъ руки невѣсты, не объявляя никому причины.
-- Вѣроятно у нея не нашлось всѣхъ денегъ на лицо? замѣтилъ Вильсонъ.
-- Нѣтъ, идутъ толки о какихъ-то брилліантахъ. Никто не можетъ опредѣлить до сихъ поръ, кому они принадлежатъ, и, говорятъ, будто Фаунъ обвинилъ ее въ присвоеніи этихъ драгоцѣнностей. Онъ настаиваетъ, чтобы она отдала ихъ ему, а она не соглашается. Кажется, что судъ уже запустилъ туда лапу. Мнѣ жаль Фауна, это дѣло можетъ сильно повредить его репутаціи.
-- Вы увидите, что онъ выйдетъ сухъ изъ этой исторіи, сказалъ Вильсонъ.-- Онъ человѣкъ осторожный, какихъ въ Лондонѣ мало. Если окажется что нибудь дурное...
-- Да тутъ пропасть дурного, воскликнулъ Баррингтонъ Ирль.
-- Тогда онъ свалитъ все на нее.
-- А она употребитъ всѣ средства, чтобы свалить все на него. Ей не занимать стать ума. Скажите-ка лучше, кто будетъ у насъ новымъ епископомъ?
-- Грэшемъ еще ничего мнѣ не передавалъ, сказалъ Вильсонъ,-- однакожъ я не думаю, что бы утвердили Джонса.
-- А кто такой этотъ Джонсъ?
-- Пасторъ изъ самыхъ отсталыхъ.
Изъ этого разговора читатель можетъ видѣть, что м-ръ Вильсонъ имѣлъ свой собственной взглядъ на дѣла церкви и что люди высокопоставленное въ свѣтѣ чрезвычайно интересовались дѣлами Лиззи. Не смотря на м-ра Кампердауна и всевозможныя непріятности, лэди Эстасъ явилась въ пятницу на вечеръ леди Гленкоры. Леди Чильтернъ сказала правду, что Лиззи не такая женщина, что-бы могла струсить; она пріѣхала на вечеръ, зная, что встрѣтится тамъ съ лордомъ Фауномъ, и пріѣхала въ знаменитыхъ брилліантахъ. Она въ первый разъ надѣла ожерелье послѣ того дня, когда покойный сэръ Флоріанъ надѣлъ его на нее; но, по правдѣ сказать, она довольно долго собиралась съ духомъ, прежде чѣмъ рѣшилась надѣть ожерелье, о которомъ шло такъ много толковъ. Со времени ея разлуки съ лордомъ Фауномъ въ Фаун-Кортѣ, прошло уже двѣ недѣли; оба они считались еще женихомъ и невѣстой, оба не выѣзжали изъ Лондона, но съ тѣхъ поръ она его ни разу не видѣла. Франкъ Грейстокъ предостерегъ ее, сказавъ что лордъ Фаунъ считаетъ за лучшее не встрѣчаться имъ обоимъ до тѣхъ поръ, пока всѣ недоразумѣнія не прекратятся. Франкъ представилъ лорду условія Лиззи, и все дѣло осталось между ними въ тайнѣ. Порученіе Фауна было принято Лиззи съ негодованіемъ и съ благодарностію: съ негодованіемъ противъ человѣка, обѣщавшаго жениться на ней, и съ нѣжной благодарностію къ кузену, согласившемуся быть между ними посредникомъ.
-- Конечно, и я не желаю его видѣть послѣ того, какъ онъ поступилъ со мной такъ дурно, говорила съ жаромъ Лиззи,-- но избѣгать встрѣчъ съ нимъ я никогда не стану. Надѣюсь, что и вы, Франкъ, не считаете нужнымъ, чтобы я его избѣгала? прибавила она, ласково глядя на молодого человѣка.
Получивъ пригласительную карточку на вечеръ отъ леди Гленкоры, Лиззи рѣшилась непремѣнно быть на этомъ вечерѣ. "Лордъ Фаунъ, вѣроятно, тамъ будетъ, подумала она,-- если только его не остановитъ нежеланіе со мной встрѣтиться".
До назначеннаго вечера оставалось еще 10 дней; было время поразмыслить: надѣвать ей брилліанты, или нѣтъ? Лиззи была смѣла, но ее мучила неизвѣстность: имѣетъ-ли право м-ръ Кампердаунъ сорвать ожерелье съ ея шеи, напримѣръ, на лѣстницѣ леди Гленкоры? "Лучше всего, думала она,-- держать въ строгой тайнѣ мое намѣреніе";-- и дѣйствительно, никто въ домѣ, начиная съ миссъ Мекнэльти, не зналъ о дерзкомъ планѣ молодой женщины. Она явилась передъ приживалкой въ полномъ блескѣ только въ ту минуту, когда карета стояла уже у крыльца.
-- Какъ! вы рѣшилось надѣть, ожерелье? воскликнула въ ужаса миссъ Мекнэльти.
-- А почему-же-бы мнѣ не надѣть своего ожерелья? возразила Лиззи, едва сдерживая свой гнѣвъ.
Пріемныя комнаты леди Гленкоры были уже полны гостей, когда появилась Лиззи. Брилліанты были узнаны всѣми, прежде чѣмъ, она переступила порогъ главной гостиной, конечно, общество не могло навѣрно опредѣлить, какое именно на ней ожерелье, но слухи объ исторіи съ ея брилліантами настолько уже распространились по городу, что при одномъ взглядѣ на ярко сверкавшіе каменья, мужчины и женщины тотчасъ догадались, что это и есть, то именно ожерелье, изъ-за котораго поднялась буря...