Энтони Горовиц – Пойнт-Блан (страница 9)

– Мне очень мало о тебе рассказали, – начал он. – Алан Блант связался со мной и попросил меня поселить тебя тут до конца недели, притворяться, что ты мой сын. Должен сказать, что ты вообще на меня не похож.

– Я и на себя-то не похож, – сказал Алекс.

– Ты поедешь в какую-то школу во Французских Альпах. Они хотят, чтобы ты там всё разведал. – Сэр Дэвид ненадолго прервался. – Моего мнения никто не спрашивал, – сказал он, – но я всё равно тебе скажу. Мне не нравится сама идея использовать четырнадцатилетнего мальчика в качестве шпиона. Это опасно…

– Я могу за себя постоять, – вставил Алекс.

– Я имею в виду, что это опасно для правительства. Если тебя там убьют и кто-нибудь об этом узнает, премьер-министр попадёт в очень неловкое положение. Я пытался его отговорить, но в этот раз он со мной не согласился. Похоже, решение он принял уже заранее. Эта школа – академия – уже связалась со мной. Заместитель директора приедет сюда и заберёт тебя в субботу. Женщина, миссис Стелленбосх. Южноафриканское имя, по-моему…

На столе сэра Дэвида лежало несколько пухлых папок. Он подтолкнул их к Алексу.

– Ну а пока, насколько я понимаю, тебе нужно узнать побольше о моей семье. Я подготовил для тебя кое-какие данные. Ещё ты найдёшь здесь информацию о школе, из которой тебя якобы исключили, – Итоне. Можешь приступать к изучению сегодня вечером. Если тебе понадобится узнать что-то ещё, спроси. Фиона всё это время будет с тобой. – Он посмотрел на свои руки. – Уверен, это само по себе станет для тебя ценным опытом.

Дверь открылась, и в кабинет вошла женщина – стройная, темноволосая, очень похожая на дочь. Она была одета в простое розовато-лиловое платье, на шее висело жемчужное ожерелье.

– Дэвид… – начала она, затем осеклась, увидев Алекса.

– Это моя жена, – сказал Френд. – Кэролайн, это мальчик, о котором я тебе рассказывал, Алекс.

– Очень рада знакомству, Алекс. – Леди Кэролайн попыталась улыбнуться, но сумела лишь чуть скривить губы. – Насколько понимаю, ты поживёшь с нами несколько дней.

– Да, мама, – сказал Алекс.

Леди Кэролайн залилась краской.

– Ему нужно притворяться, что он наш сын, – напомнил ей сэр Дэвид, потом повернулся к Алексу. – Фиона ничего не знает ни о МИ-6, ни обо всём остальном. Я не хотел её тревожить. Я сказал, что это связано с моей работой… социальный эксперимент, если угодно. Она должна притворяться, что ты её брат. Пожить с тобой неделю, словно ты член семьи. Я бы предпочёл, чтобы ты не говорил ей правды.

– Ужин через полчаса, – сказала леди Кэролайн. – Ты ешь оленину? – Она принюхалась. – Может быть, тебе стоит помыться перед едой? Я отведу тебя в комнату.

Сэр Дэвид передал папки Алексу.

– Тебе предстоит много читать. Боюсь, мне придётся завтра уехать в Лондон – у меня обед с президентом Франции, – так что не смогу тебе помочь. Но, как я уже сказал, если ты захочешь узнать что-то, чего не найдёшь в папках…

– Фиона Френд, – сказал Алекс.

Алексу выделили маленькую, удобную комнату в дальней части дома. Он быстро принял душ, потом снова надел старую одежду. Ему нравилось быть чистым, но он должен был выглядеть неухоженным. Это было вполне в характере мальчика, роль которого он играл. Он открыл первую папку. Сэр Дэвид поработал очень тщательно. Он дал Алексу имена и краткие биографические справки практически обо всей своей ближайшей родне, а также фотографии из отпусков, подробности о доме в Мэйфейре, квартирах в Нью-Йорке, Париже и Риме, вилле на Барбадосе. Вырезки из газет, статьи из журналов… всё, что могло хоть как-то пригодиться.

Прозвонил гонг. Семь вечера. Алекс спустился на первый этаж и прошёл в столовую – комнату с шестью окнами и отполированным до блеска столом, таким длинным, что за ним спокойно могли разместиться шестнадцать человек. Но сейчас там сидели лишь трое: сэр Дэвид, леди Кэролайн и Фиона. Еду уже подали – судя по всему, этим занимался дворецкий или служанка. Сэр Дэвид показал на пустой стул. Алекс сел.

– Фиона рассказывала о «Дон Жуане», – сказала леди Кэролайн. Повисла пауза. – Это опера Моцарта.

– Уверена, Алекса не интересуют оперы, – ответила Фиона. У неё было плохое настроение. – Собственно, сомневаюсь, что у нас вообще есть хоть что-то общее. Почему я должна притворяться, что он мой брат? Это всё совершенно…

– Фиона, – тихо пробормотал сэр Дэвид.

– Нет, пусть он живёт тут сколько хочет, папа, но сейчас мои пасхальные каникулы.

Алекс понял, что Фиона, должно быть, учится в частной школе, и у неё четверть уже закончилась.

– Это нечестно.

– Алекс здесь из-за моей работы, – продолжил сэр Дэвид. Как странно, подумал Алекс: они говорят о нём, словно его вообще здесь нет. – Знаю, у тебя много вопросов, Фиона, но тебе придётся делать так, как я скажу. Он поживёт с нами только до конца недели. Я хочу, чтобы ты за ним присматривала.

– Это как-то связано с супермаркетами? – спросила Фиона.

– Фиона! – Сэр Дэвид явно не хотел дальнейших споров. – Я тебе уже всё сказал. Это эксперимент. И ты должна быть гостеприимной!

Фиона взяла стакан и посмотрела прямо на Алекса – впервые с тех пор, как он вошёл в комнату.

– Это мы ещё посмотрим, – сказала она.

Неделя казалась бесконечной. Через два дня Алекс решил, что если бы действительно был членом этой холодной, самодовольной семейки, то на самом деле взбунтовался бы. Сэр Дэвид уехал на следующий день в шесть утра и до сих пор оставался в Лондоне, общаясь с женой и дочерью по электронной почте. Леди Кэролайн старалась держаться от Алекса подальше. Пару раз она выезжала в ближайший городок, но бо́льшую часть времени, похоже, проводила в постели. А Фиона…

Когда она не цитировала какую-нибудь очередную оперу, она хвасталась своим образом жизни, богатством, каникулами, которые проводила по всему миру. А ещё она не скрывала того, насколько ей не нравится Алекс. Она несколько раз напрямую спросила его, что он на самом деле делает в «Хаверсток-Холле». Алекс пожимал плечами и молчал – и из-за этого он ей ещё больше не нравился.

На третий день она познакомила его с друзьями.

– Я пойду на охоту, – сказала она. – Полагаю, ты вряд ли захочешь со мной.

Алекс пожал плечами. Он уже выучил наизусть почти всю информацию из папок и решил, что может легко сойти за члена семьи, так что просто сидел и считал часы до приезда этой миссис Стелленбосх, которая заберёт его отсюда.

– Ты когда-нибудь охотился? – спросила Фиона.

– Нет, – ответил Алекс.

– Я хожу на охоту и стрельбу, – сказала Фиона. – Но ты же городской, тебе не понять.

– А что такого крутого в убийстве животных? – спросил Алекс.

– Это часть сельского образа жизни. Это традиция. – Фиона уставилась на него как на дурачка. Хотя, собственно, она всегда на него так смотрела. – Да и вообще, животным нравится.

Охотники оказались весьма юными; не считая Фионы, все были мужского пола. Пятеро ребят ждали их на опушке леса, находившегося на территории усадьбы «Хаверсток». Кудрявому темноволосому Руфусу, лидеру группы, было шестнадцать лет, и он был неплохо сложён. Судя по всему, он был официальным бойфрендом Фионы. Остальным – Генри, Максу, Бартоломью и Фреду – было примерно по столько же. Алекс смотрел на них с тяжёлым сердцем. Все они были одеты в одинаковые куртки от «Барбура», твидовые брюки, плоские кепки и кожаные сапоги «Хантсмен». Говорили они с одинаковым акцентом учеников частной школы. У всех в руках были дробовики, которые они держали переломленными. На Алекса они смотрели с едва скрываемым презрением. Фиона, должно быть, уже рассказала им о «мальчишке из Лондона».

Она быстро представила его остальным. Руфус шагнул вперёд.

– Рад, что ты к нам присоединился, – протянул он и оглядел Алекса с ног до головы. – Решил немного пострелять, а?

– У меня нет оружия, – сказал Алекс.

– Ну, боюсь, я тебе своё не одолжу.

Руфус поставил ствол дробовика на место и протянул его Алексу посмотреть. Восемьдесят сантиметров блестящей стали, тёмный приклад из орехового дерева, украшенный резными пластинами из чистого серебра.

– Вертикальная двустволка со съёмным курком, ручное производство «Аббьятико и Сальвинелли», – сказал он. – Она мне обошлась в тридцать штук – ну, точнее, маме. Подарила мне на день рождения.

– Должно быть, завернуть её было непросто, – ответил Алекс. – В каком месте завязывали ленточку?

Улыбка исчезла с лица Руфуса.

– Да ты вообще ничего в оружии не смыслишь, – сказал он.

Он кивнул одному из парней, и тот протянул Алексу куда более простенькое оружие, старое и немного ржавое.

– Можешь взять, – добавил Руфус. – А если ты будешь хорошо себя вести и не путаться под ногами, может быть, мы тебе даже патроны дадим.

Все дружно рассмеялись этой шутке. Потом двое курильщиков потушили сигареты, и все направились в лес.

Через полчаса Алекс понял, что совершил ошибку, согласившись прийти. Мальчишки стреляли направо и налево, целясь во всё, что движется. Вот кролик отлетел прочь, превратившись в бесформенный красный шар. Большой лесной голубь свалился с ветвей и хлопал крыльями на ковре из листьев, не в силах подняться. Оружие, может, у них было и хорошее, но вот стрелять эти ребята не умели. Многие подстреленные ими животные были только ранены, и Алексу становилось всё хуже от вида этих кровавых следов.

Они добрались до полянки и остановились, чтобы перезарядить оружие. Алекс повернулся к Фионе.