Энтони Горовиц – Пойнт-Блан (страница 17)

– Я Якоб Шпринтц, – продолжил он. – Мне сказали показать тебе тут всё.

– Алекс Френд.

– Ты чего натворил, что тебя послали в эту дыру? – спросил Якоб, когда они пошли обратно по коридору.

– Меня выгнали из Итона.

– А меня вышвырнули из школы в Дюссельдорфе. – Якоб вздохнул. – Я думал, что это лучшее, что со мной случилось в жизни. А потом папа отправил меня сюда.

– Чем занимается твой папа? – спросил Алекс.

– Банкир. Играет на валютных рынках. Обожает деньги, у него их целая куча, – пустым, ровным голосом ответил Якоб.

– Дитер Шпринтц? – Алекс вспомнил это имя. Несколько лет назад он попал на первые страницы всех английских газет. «Человек за сто миллионов долларов». Именно столько он заработал всего за двадцать четыре часа. В тот день фунт стерлингов рухнул, а за ним чуть не последовало и всё британское правительство.

– Ага. Фотографию показать не проси, у меня нету. Вот, сюда.

Они дошли до главного зала с драконами на камине. Оттуда Якоб провёл его в столовую – длинный, высокий зал с шестью столами и люком, ведущим в кухню. Потом они побывали в двух гостиных, игровой комнате и библиотеке. Академия напомнила Алексу дорогую гостиницу на лыжном курорте – и не только потому, что стояла на склоне горы. Было от этого места какое-то тяжёлое ощущение, чувство, что ты отрезан от реального мира. Воздух был тёплым и неподвижным, и, несмотря на размер комнат, Алекс не мог не почувствовать приступа клаустрофобии. Если бы это место действительно было гостиницей, то явно не слишком популярной. Гриф сказал, что здесь на обучении всего шесть мальчиков. А ведь жить здесь вполне могло бы и шестьдесят. Пустота была повсюду.

В гостиных никого не было – лишь кресла, столы и стулья, – но вот в библиотеке сидели двое ребят. То была длинная, узкая комната со старомодными дубовыми стеллажами, уставленными книгами на разных языках. В дальнем конце комнаты, в алькове, стояли средневековые швейцарские доспехи.

– Это Том. И Хуго, – сказал Якоб. – Они, наверное, делают дополнительные уроки по математике, или ещё что-то такое, в общем, лучше их не беспокоить.

Ребята подняли головы и кивнули. Один из них читал учебник, другой – что-то писал. Они были одеты намного приличнее, чем Якоб, и выглядели не слишком дружелюбно.

– Долбанутые, – сказал Якоб, как только они вышли из комнаты.

– В каком смысле?

– Когда мне рассказывали об этом месте, то объясняли, что у всех ребят проблемы. Я думал, что тут вообще дико оторвусь. Сигаретки не найдётся?

– Не курю.

– Отлично. А потом я приезжаю сюда, а тут то ли музей, то ли монастырь, то ли… фиг знает что. Доктор Гриф, по ходу, своё дело знает. Все тихие, трудолюбивые, скучные. Вообще не представляю, как у него получилось. Мозги им, что ли, через соломинку высосал. Пару дней назад я решил устроить драку с двумя парнями, ну, чисто по приколу. – Он показал на лицо. – Они меня отметелили, а потом пошли дальше заниматься. Жуть просто!

Они прошли в игровую комнату, и Алекс увидел стол для пинг-понга, дартс, широкоэкранный телевизор и бильярд.

– В бильярд даже не пытайся играть, – сказал Якоб. – Тут пол неровный, все шары скатываются к одному борту.

Потом они поднялись по лестнице. На втором этаже располагались спальни. В каждой комнате стояло по кровати, креслу, телевизору («По нему показывают только передачи, которые разрешает доктор Гриф», – сказал Якоб), гардеробу и письменному столу; вторая дверь вела в небольшую ванную с унитазом и душем. Ни одна дверь не была заперта.

– Запираться нам нельзя, – объяснил Якоб. – Мы все тут застряли, деваться отсюда некуда, так что никто даже не пытается ничего стащить. Хуго Врис – парень из библиотеки – когда-то таскал всё, что под руку подвернётся. Его арестовали за магазинную кражу в Амстердаме.

– Но больше он не ворует?

– Он – живая история успеха. На следующей неделе его отправляют домой. Его отец – владелец алмазных приисков. Зачем воровать что-то, если ты можешь просто прийти и скупить весь магазин?

Комната Алекса была в конце коридора, из неё открывался вид на трамплин. Его чемоданы уже принесли, и они ждали его на кровати. Всё казалось очень неуютным, но, по словам Якоба, ученикам всё-таки разрешали украшать спальни самостоятельно. Можно было выбирать себе одеяло по вкусу и вешать на кровати собственные плакаты.

– Они говорят, что самовыражение – это очень важно, – сказал Якоб. – Если ты ничего не привёз с собой, мисс Страхолюд свозит тебя в Гренобль.

– Мисс Страхолюд?

– Миссис Стелленбосх. Я её так называю.

– А другие ребята её как называют?

– Миссис Стелленбосх. – Якоб остановился в дверях. – Это очень, очень странное место, Алекс. Я во многих школах побывал – потому что меня из кучи школ исключили. Но эта – вообще отстой. Я тут уже шесть недель торчу, а уроков почти не было. Они устраивают музыкальные вечера, дискуссионные вечера, пытаются заставить меня читать. Но в остальном я предоставлен сам себе.

– Они хотят, чтобы ты ассимилировался, – сказал Алекс, вспомнив слова доктора Грифа.

– Да, они это так называют. Но это место… его, конечно, называют школой, но оно больше похоже на тюрьму. Ты видел охранников.

– Я думал, они должны нас защищать.

– Если ты так думал, то ты ещё больший дурачок, чем я считал. Подумай сам! Их тут почти тридцать. Тридцать вооружённых охранников на семь мальчишек. Это не защита, а запугивание.

Якоб ещё раз оглядел Алекса.

– Я был бы очень рад думать, что наконец-то приехал хоть кто-то ещё нормальный.

– Ну так что мешает? – спросил Алекс.

– Да пока ничего. Но сколько это продлится?

Якоб ушёл, закрыв за собой дверь.

Алекс начал раскладывать вещи. Пуленепробиваемый лыжный костюм и инфракрасные очки лежали на самом верху первого чемодана. Они, похоже, ему не понадобятся. У него даже лыж нет. Он нашёл грелки для рук в ярко раскрашенных пакетах и отложил в сторону. Потом – GPS-передатчик со встроенной кнопкой паники. Он вспомнил инструкцию, полученную от Смитерса. «Если всё полетит к чертям, просто нажми кнопку три раза». Ему очень хотелось нажать её прямо сейчас. Было в этой академии что-то пугающее. Он чувствовал это даже сейчас, в своей комнате. Он напоминал себе золотую рыбку в аквариуме. Посмотрев наверх, Алекс почти ждал, что с потолка на него посмотрят огромные глаза – конечно же, в очках с красными линзами. Он взвесил маленькое устройство в руке. Нет, на кнопку паники он не нажмёт. Пока рано. Ему ещё нечего сообщить МИ-6. Никакой информации, которая могла бы связать школу с гибелью людей в Нью-Йорке и на Чёрном море.

Но если здесь что-то и есть, он точно знает, где искать. Почему никого не пускают на целых два этажа здания? Скорее всего, там спят охранники, но, хотя у доктора Грифа в подчинении целая маленькая армия, всё равно свободных комнат должно остаться немало. Третий и четвёртый этажи. Если в этой академии и происходит что-то странное, то там.

Внизу прозвучал гонг. Алекс закрыл чемодан, вышел из комнаты и прошёл по коридору. Перед ним шли ещё двое ребят, о чём-то тихо переговариваясь. Как и те, кого он видел в библиотеке, эти мальчики были чисто и опрятно одеты, коротко подстрижены и хорошо причёсаны. Просто жуть, сказал Якоб. И даже с первого взгляда Алекс не смог не согласиться.

Он дошёл до главной лестницы. Ребята пошли вниз. Алекс посмотрел в их сторону, потом направился вверх. Лестница свернула за угол и закончилась. Перед ним высился огромный лист металла – от пола до потолка и от стены до стены. Эту стену явно здесь поставили недавно, как и вертолётную площадку. Кто-то тщательно и умышленно разделил здание напополам.

В металлической стене виднелась дверь, а рядом – кодовый замок с девятью кнопками. Алекс потянулся к ручке двери, сжал её рукой. Он не ожидал, что дверь возьмёт и откроется – но не ждал и того, что произошло на самом деле. Едва его пальцы коснулись ручки, по всему зданию завизжала тревожная сирена. Через несколько секунд послышались быстрые шаги, и, повернувшись, он увидел двух охранников, целившихся в него из автоматов.

Они не произнесли ни слова. Один из них, оттолкнув его, ввёл код на панели, и сирена стихла. А затем на своих коротких, толстых ножках прибежала миссис Стелленбосх.

– Алекс! – воскликнула она, окинув его подозрительным взглядом. – Что ты тут делаешь? Директор же сказал тебе, что на верхние этажи ходить запрещено.

– Да… ну, я забыл. – Алекс посмотрел прямо ей в глаза. – Я услышал звонок и пошёл в столовую.

– Столовая внизу.

– Точно.

Алекс прошёл мимо охранников, расступившихся по сторонам. Миссис Стелленбосх внимательно разглядывала его. Металлические двери, сирены, охранники с автоматами. Что они скрывают? А потом он вспомнил ещё кое-что. Проект «Джемини». Он услышал эти слова, когда подслушивал у дверей доктора Грифа.

«Джемини». Близнецы. Один из двенадцати знаков зодиака.

Но что означает этот знак?

Прокручивая этот вопрос в голове, Алекс спустился вниз, чтобы познакомиться с остальными обитателями школы.

Щелчки в ночи

Под конец первой недели в «Пойнт-Блане» Алекс составил список из шести ребят, учившихся вместе с ним. Шла середина дня, он сидел один в своей комнате, положив перед собой блокнот. Ему понадобилось примерно полчаса, чтобы записать все имена и немногие известные подробности. Жаль, что не удалось выяснить больше.