Энтони Горовиц – «Громоотвод» (страница 21)

Он добежал до конца коридора, затем отскочил назад, увидев трёх охранников, направлявшихся к двойным дверям. К счастью, они его не заметили. Никто не знает, что он здесь. Всё будет хорошо.

И тут зазвучал сигнал тревоги. Клаксон раздавался во всех коридорах, отражаясь от углов и стен. Над головой замигала красная лампа. Охранники развернулись и увидели Алекса. В отличие от охранника на обзорной площадке, они не колебались ни мгновения. Когда Алекс прыгнул головой вперёд в ближайшую дверь, они вскинули автоматы и открыли огонь. Пули врезались в стену рядом с ним и срикошетили в коридор. Алекс приземлился на живот и тут же толкнул дверь ногой, захлопывая её за собой. Он выпрямился, нашёл засов и задвинул его. Через секунду по двери забарабанили пули охранников. Но она была сделана из прочного металла. Выдержит.

Он стоял на платформе, которая вела вниз, к хитросплетению труб и цилиндров, напоминавших котельную на корабле. Сигнал тревоги был таким же громким, как и в главном коридоре. Он доносился словно сразу отовсюду. Алекс сбежал по лестнице, прыгая через три ступеньки, и остановился в поисках выхода. Он мог пойти по одному из трёх коридоров, но потом услышал топот ног и понял, что выбор остался только из двух. Он пожалел, что не стащил у охранника «Браунинг». Он был один и не вооружён – единственная утка в тире, со всех сторон окружённая охотниками. МИ-6 готовили его к этому? Если да, то одиннадцати дней явно недостаточно.

Он бежал, лавируя между трубами и пытаясь открыть все двери, попадавшиеся на пути. Комната с костюмами химзащиты, висящими на крючках. Душевая. Ещё одна большая лаборатория со второй дверью в противоположной стене, а в середине – стеклянный цилиндрический бак, заполненный зелёной жидкостью. Из бака торчали спутанные резиновые трубки, вокруг лежали подносы с пробирками.

Бочкообразный бак и подносы. Алекс уже видел их – точнее, их расплывчатые очертания на экране «Нинтендо». Должно быть, он стоит с другой стороны той самой двери. Она была заперта изнутри электронным замком; на стене висела стеклянная идентификационная панель. Он ни за что не сможет открыть её. Он в ловушке.

Приближались шаги. Алекс едва успел спрятаться под одним из рабочих столов, когда распахнулась дверь, через которую он сюда попал, и в лабораторию вбежали два охранника. Они быстро огляделись, но его не заметили.

– Здесь нет! – сказал один из них.

– Иди наверх!

Один из охранников ушёл обратно через дверь. Другой подошёл к выходу и положил руку на стеклянную панель. Она засветилась зелёным и издала громкий сигнал. Охранник открыл её и исчез. Алекс на четвереньках бросился вперёд и в последний момент успел удержать дверь рукой. Немного подождав, он встал и открыл дверь. Как Алекс и надеялся, перед ним оказался тот самый недостроенный коридор, в котором его застала врасплох Надя Фоль.

Охранник уже ушёл вперёд. Алекс выскользнул за дверь и закрыл её за собой, приглушив звук клаксона. Он дошёл до металлической лестницы, потом – до двери. Он очень обрадовался, снова выбравшись на свежий воздух. Солнце уже зашло, но взлётная полоса через дорогу была ярко освещена прожекторами, которые Алекс обычно видел на футбольных стадионах. На ней стояло около десятка грузовиков, в которые загружали тяжёлые квадратные красно-чёрные ящики. Грузовой самолёт, который Алекс видел, едва приехав на фабрику, с громким рокотом взлетел и исчез в воздухе.

Алекс понял, что видит самый последний этап сборки и поставки. Красно-чёрные ящики были такими же, как он видел внизу, в подземном зале. «Громоотводы», оснащённые смертоносным секретом, загружали для доставки. К утру они разъедутся по всей стране.

Пригнувшись, он пробежал мимо фонтана, затем по газону. Он подумал, не стоит ли направиться сразу к главным воротам, но понимал, что это безнадёжно. Охранникам уже сообщили. Через забор он тоже не перелезет – тем более что наверху там колючая проволока. Нет. Единственным вариантом оставалась его собственная комната. Там стоял телефон. А ещё там было его единственное оружие – устройства, которые он получил от Смитерса четыре дня – или четыре года? – назад.

Он прошёл в дом через кухню, точно так же, как вышел прошлой ночью. Было всего восемь часов, но дом казался полностью заброшенным. Он взбежал по лестнице и прошёл по коридору к своей комнате, затем медленно открыл дверь. Похоже, ему повезло. В комнате никого не было. Не включая свет, он вошёл внутрь и взял телефон. Связи не было. Ну да неважно. Он нашёл свою «Нинтендо», все четыре картриджа, йо-йо и крем от прыщей и рассовал их по карманам. Здесь оставаться нельзя. Слишком опасно. Он найдёт какое-нибудь укрытие, а потом с помощью картриджа «Немезис» свяжется с МИ-6.

Он вернулся к двери, открыл её и поражённо замер. В коридоре стоял мистер Грин, с его отвратительным бледным лицом, рыжими волосами и багровой кривой улыбкой. Алекс быстро среагировал, нанеся удар правой рукой, но мистер Грин оказался ещё быстрее. Он плавно шагнул в сторону, а затем резко выбросил вперёд руку, ударив Алекса в горло ребром ладони. Алекс хватал ртом воздух, но не мог вдохнуть. Дворецкий промычал что-то нечленораздельное и нанёс второй удар. Алексу почудилось, что если бы не шрамы, он сейчас бы очень довольно улыбался. Он попытался увернуться от удара, но кулак мистера Грина врезался ему прямо в челюсть. Теряя равновесие, он отлетел назад в спальню.

Он даже не помнил, как ударился о пол.

Школьный забияка

За Алексом пришли на следующее утро.

Он провёл ночь, прикованный к батарее в маленькой тёмной комнатке с единственным зарешеченным окном. Возможно, когда-то это был погреб для угля. Когда Алекс открыл глаза, через окошко как раз пробивался первый серый утренний свет. Он закрыл глаза, потом снова открыл. Голова болела, а лицо в месте удара мистера Грина сильно распухло. Его руки были связаны за спиной, а сухожилия в плечах горели. Но хуже всего было чувство, что он провалился. Сегодня первое апреля, день включения «Громоотводов». А Алекс совершенно беспомощен. Именно он остался первоапрельским дурачком.

Около девяти часов дверь открылась, и вошли два охранника в сопровождении мистера Грина. С Алекса сняли наручники и заставили подняться. Охранники подхватили его под руки с обеих сторон, вывели из комнаты, и они вместе поднялись по лестнице. Он по-прежнему оставался в доме Сейли. Лестница вела в холл с огромной картиной «Судный день». Алекс посмотрел на фигуры, извивавшиеся в агонии на холсте. Если он прав, то сюжет этого изображения вскоре повторится по всей Британии. Всего через три часа.

Охранники протащили его через дверь, в комнату с аквариумом. Перед ним стояло деревянное кресло с высокой спинкой. Алекса заставили сесть и снова заковали руки за спиной. Потом охранники ушли, а мистер Грин остался.

Алекс услышал шаги на спиральной лестнице, потом увидел кожаные туфли. Лишь потом появился и сам Ирод Сейли, одетый в безупречный бледно-серый шёлковый костюм. Блант и люди из МИ-6 с самого начала относились с подозрением к мультимиллионеру с Ближнего Востока. Считали, что он что-то скрывает. Но даже они не смогли докопаться до правды. Он не друг страны Алекса. Он её злейший враг.

– Три вопроса, – резко произнёс Сейли. Его голос был холодным как лёд. – Кто ты? Кто тебя сюда послал? Что тебе известно?

– Не знаю, о чём вы, – ответил Алекс.

Сейли вздохнул. Если в нём при первой встрече с Алексом и было что-то комичное, то сейчас все эти черты исчезли. Его лицо было скучающим и деловым, а взгляд – жутким и полным злобы.

– У нас очень мало времени, – сказал он. – Мистер Грин?..

Мистер Грин подошёл к одной из витрин и извлёк из неё нож – острый как бритва, с зазубренным лезвием. Он поднёс нож к лицу, его глаза блестели.

– Я уже говорил тебе, что мистер Грин раньше был экспертом по ножам, – продолжил Сейли. – И остаётся им до сих пор. Отвечай на мои вопросы, Алекс, или он причинит тебе столько боли, сколько ты себе даже представить не мог. И не пытайся мне врать, пожалуйста. Просто вспомни, что случается со лгунами. Особенно с их языками.

Мистер Грин шагнул в его сторону. Клинок ярко заблестел в отражённом свете.

– Меня зовут Алекс Райдер, – сказал Алекс.

– Сын Райдера?

– Племянник.

– Кто тебя сюда послал?

– Те же люди, что и его.

Врать в самом деле не было смысла. Это уже неважно. Ставки слишком высоки.

– МИ-6? – Сейли невесело засмеялся. – Отправляют четырнадцатилетних детишек выполнять грязную работу? Как-то не по-английски, скажу я тебе. Неспортивно, а? – спросил он с преувеличенным английским акцентом, прошёл к своему столу и сел.

– А что насчёт моего третьего вопроса, Алекс? Что тебе известно?

Алекс пожал плечами, пытаясь говорить как ни в чём не бывало, чтобы скрыть страх.

– Достаточно много, – ответил он.

– Продолжай.

Алекс сделал глубокий вдох. За его спиной, словно ядовитое облако, проплыла медуза. Он видел её уголком глаза. Он потянул за наручники – вдруг удастся разорвать цепочку? Вдруг что-то сверкнуло, и нож, который держал мистер Грин, воткнулся в спинку кресла, остановившись буквально на волосок от его головы. Остриё даже чуть задело кожу на шее. Под воротник стекла тонкая струйка крови.