Энни Вилкс – Запах ночного неба (страница 94)
— Ничего себе! Я видела картины, — восхищенно выдохнула Хелки. — Говорят, она вся из камня, и что здания там высокие, с колоннами, террасами и галереями, и стрельчатыми окнами. И что улицы засажены громадными цветущими кустарниками. И везде витражи.
— А еще резные балконы и нездешние фруктовые деревья, которые остаются зелеными даже в холодное время года, — подхватила Алана. — Тебе бы там понравилось.
— В Лаорру очень сложно попасть, она закрытая, даже мой отец никак не мог туда переместиться, — с сожалением сказала Хелки. — Жаль, меня с вами не было. Вот было бы здорово.
— Твой отец был с нами, — улыбнулась Алана. — Он чудесный.
Хелки приоткрыла рот, и Алана поняла, что все-таки сболтнула лишнего. Она оглянулась: никому не было до них дела, никто, кажется, не слушал.
— Я думала, он отбыл домой, нам так сказали, — выдохнула Хелки. — А вы были вместе? У меня столько вопросов…
— Я не отвечу ни на один, — взмолилась Алана. — Я и так сказала лишнее. Пожалуйста, никому, совсем никому! Потом, когда все закончится, с меня длинная и интересная история.
Ей показалось, что в келье стало как-то слишком тихо, так она взволновалась.
— Я готова пойти на это, — хитро сощурилась Хелки, заговорщицки приобнимая Алану. — Если ты расскажешь еще что-нибудь о черном герцоге.
.
— Спроси у меня сама.
— Ой… — вырвалось у подскочившей Хелки.
Так вот почему вокруг все затихли! Алана оглянулась: послушники теснились по стенам, не решаясь поднять взгляд. Похоже, Даора Кариона знали тут все. А еще, судя по всему, в этот раз он не использовал завесу, которая обычно не давала его заметить.
Низкий голос звучал холодно. Алана вздрогнула, услышав знакомые жесткие нотки: так Даор обращался к Юории. Она вскочила навстречу герцогу, готовая, если что, защищать Хелки, но это не потребовалось:
— Маленькая, ты что, считаешь меня умалишенным садистом, готовым отгрызать головы твоим друзьям за упоминание моего имени в спорном контексте? — усмехнулся Даор.
— М-меня зовут Хелки Рианон, — сделала реверанс Хелки. — Простите, я ничего такого в виду не имела. У вас, конечно, ничего спрашивать не имею права. Простите. Мы с Аланой болтали…
И она совсем стушевалась под тяжелым взглядом, не закончив фразы.
Алана решительно встала между Даором и Хелки.
— Давайте уйдем, — тихо предложила она. — Все же смотрят.
— Каждый раз, когда говоришь это, хочу тебя поцеловать, — вплотную приблизился к ней Даор. В глазах его играли искры. — Чтобы ты, наконец, расслабилась.
Хелки сзади шумно выдохнула воздух и, кажется, опустилась обратно на кровать.
— Не надо, — пискнула Алана, тряся головой. — Пойдемте наружу?
Даор протянул руку — и Алана, чуть помедлив, вложила пальцы в его ладонь, стараясь не смотреть по сторонам.
— Пока, — шепнула ей Хелки. Алана мазнула по ней взглядом: подруга явно не была испугана, скорее, смущена. Да еще и улыбалась себе под нос, стараясь сделать вид, что серьезна. Только вот глаз не поднимала, завесив половину лица волосами.
— Пока, Хелки, береги себя и дальше, пожалуйста, — тепло попрощалась Алана.
.
— Спасибо, — выдохнула она на улице.
— За то, что не стал целовать? — задумчиво уточнил Даор, укладывая ее ладошку себе на предплечье и накрывая своей ладонью сверху. — За такое, пожалуй, меня еще никогда не благодарили.
Алана хотела что-то сказать, но не успела, увлеченная в жаркий, горячий, выбивающий дух поцелуй. Это было так неуместно здесь, посреди освещенной солнцем площадки с клумбами, на виду у послушников и наставников, перед окнами целительского корпуса! И вместе с тем не ответить она не смогла. Твердость его требовательных губ наполнила ее предвкушением, в котором ей было сложно признаться даже самой себе. Хотелось вжаться в него сильнее, и еще сильнее…
— Не переживай, нас уже не видят, — выдохнул он. — Прости, что напугал твою подругу. Мне не понравилось, что она пытается убедить тебя, что я брошу тебя после первой же совместной ночи. Не будь она твоей подругой, подавилась бы своими необдуманными словами.
— Вообще-то, — твердо возразила Алана, отстраняясь, — она права. Скажите мне, что у вас никогда не было подобных историй, и только потом осуждайте человека, который искренне заботится обо мне.
Даор не ответил, но кивнул, соглашаясь. Алане захотелось поцеловать его улыбку, и она зажмурилась от силы нахлынувшего чувства, радуясь, что Даор Карион не может читать ее мыслей, как Келлан.
«Ему бы это понравилось, — подсказал ей внутренний голос. — Ты же ощущаешь его огонь».
— У нас есть немного времени?
— Я бы сказал, не больше получаса, — отозвался Даор.
— Мне нужно кое-что забрать из кухни, — объяснила Алана. — Можете меня подождать? Я быстро, тут совсем недалеко, не больше четверти часа, как раз успею вернуться.
— Я пойду с тобой. Открою портал прямо оттуда.
Алана заспешила вперед. Даор шел рядом с ней широкими, размеренными шагами — на каждый его шаг она делала два.
Приют Тайного знания, самое безопасное место континента, как его называла Хелки, был разрушен. Алана с грустью осматривала следы ударов, разбивших дорожки и строения. То и дело приходилось обходить воронки и завалы, даже перешагивать через поваленные деревья. Это место, еще недавно такое умиротворенное и кипевшее жизнью, теперь было бы похоже на заброшенные руины, если бы не изредка встречавшиеся на пути люди.
Так было везде. Вдалеке виднелась каменная галерея, которую Аринелла когда-то украсила громадными гроздьями цветов и огнями — сейчас проемы сложились, превратившись в месиво камня и земли, и только стена прилегающего корпуса осталась стоять, правда, без угла.
Башня, с крыши которой послушники наблюдали за звездами, осела, словно из ее середины кто-то выдрал кусок, но не упала, а осталась стоять скрюченной, как сломанный палец. Хелки рассказывала, что если лечь на спину на той крыше, не видно ничего, кроме звезд, и не слышно ничего, кроме ветра. Алана мечтала однажды оказаться там…
Дорожки вокруг озера, которые так ревностно убирала и хранила от листьев служанка Тадана, просели вглубь почвы и теперь были похожи на рвы. А само озеро обмелело, словно кто-то выпил три четверти его воды, и сухие, уже заледеневшие на беспощадном воздухе водоросли вмерзли в грязную ледяную корку, покрывавшую дно. Большие, клонившиеся раньше к воде ивы теперь были сброшены вниз, а трава под ними взрыта длинными рваными линиями.
— Как можно было осушить озеро? — проговорила Алана задумчиво. — Оно-то кому помешало…
— Скорее всего, его воду использовали для утопления врагов, — отозвался Даор. — Создать материю или элемент намного сложнее и дольше, чем преобразовать уже существующие. Поэтому в повседневной жизни чаще всего шепчущие преобразуют воздух, добавляя к нему разные примеси.
— Ведь воздух — повсюду, — кивнула Алана. И тут же сообразила: — И вот почему некоторые завалы покрыты льдом. Кошмар.
— Син восстановит ландшафт за пару месяцев, — не совсем верно понял ее Даор. — Корпуса, если решит сохранить прежний уровень защиты — еще за год.
— Да, — вздохнула Алана. — Если все будет хорошо, и сюда больше никто не придет, чтобы брать в плен и убивать. Просто это место стало моим домом, когда Юория разрушила Зеленый дол. И мне очень нравилось это озеро. Я читала на берегу. А сейчас все поменялось.
— Пойдем, — улыбнулся черный герцог, увлекая Алану за собой прямо через перекопанный заговорами газон.
— А как же время?
— У нас оно есть.
Они остановились у самого края уходящего вниз оврага, который, углубляясь, и становился озером. Алана заворожено смотрела на черного герцога, не понимая, но догадываясь, что он хочет сделать.
Даор неожиданно поднес ее руку к губам и поцеловал раскрытую ладонь, а затем положил свою с тыльной стороны, словно поддерживал пальцы Аланы в раскрытом состоянии.
— Смотри, — коснулся он другой рукой ее виска, и на Алану снова, как далекой зимней ночью, обрушилась взвинченная красочность и детализация мира, укутанного тысячами нитей и следов, которые она не понимала. Несколько крупных серо-синих потоков тянулись и к озеру.
— Это следы заговоров? — зачарованно прошептала она и тут же снова увидела себя глазами Даора и ощутила совершенно невозможную нежность. Черный герцог смотрел на нее несколько секунд, любуясь — как остро она сейчас чувствовала это! — ее таким неидеальным для нее самой лицом, растрепанными волосами, влажными губами… — Вы меня такой видите?
— Да, — засмеялся Даор, но взгляд все же перевел, напоследок лишь легко коснувшись губами виска Аланы. — Постарайся понять, что я делаю, хорошо?
Алана с готовностью кивнула.
И тут же сквозь его ладонь, а значит, и сквозь ее, потекла сила. Иначе она не могла бы это назвать: то был поток чего-то, перед чем пространство сжималось, рвалось, отступало, а сам поток пронизывал воздух и землю, не встречая сопротивления. Этот объемный свет проник вглубь почвы и завернулся вокруг ручейков, которые пронизывали пятачок, где они стояли, и концентрировались ключами под дном озера. Словно происходящее не было скрыто слоями земли, Алана видела, как вода расширяется, подземные источники просыпаются и полнятся, потревоженные прикосновением, как с напором струи устремляются вперед и вверх, ища выход, и как прорывают окоченевшую землю.