Энни Вилкс – Запах ночного неба (страница 64)

— Не стоило что? — не поняла Алана.

Некоторое время Гвиана смотрела нее, не говоря ни слова. Затем медленно перевела взгляд куда-то за спину Аланы. Девушка обернулась. Даор стоял в нескольких шагах и, легко улыбаясь, наблюдал за этой сценой. Мигом все сложилось воедино. Почему-то кровь бросилась в лицо: она же даже не просила его, точно не просила!

«Позаботился. Снова».

Преодолевая смущение, Алана подошла к герцогу и благодарно наклонила голову.

— Спасибо, герцог Даор. Не знаю, как вас благодарить.

— Ты что, мне кланяться вздумала? — вдруг возмутился страшнейший человек Империи. — Посмотри на меня.

Алана подняла глаза. Он был совсем рядом, всего в полушаге, и смотрел на нее с нежностью. Дыхание перехватило.

— Извините, — машинально выдохнула она.

— Опять? — вздохнул герцог. — Улыбнись.

— Что? — моргнула Алана. И тут же губы сами расплылись в улыбке — робкой, но очень искренней, стоило ей подумать о том, какими причинами он мог руководствоваться, договариваясь с Лианке не только не бросать Гвиану, но и никем ее не заменять.

— Этого достаточно, — шепнул ей Даор. Глаза его сияли, и лицо было радостным.

Кажется, Алана забыла, как дышать, когда он заправил ее выбившиеся пряди обратно под платок. Сердце пропустило пару ударов, когда герцог наклонился, чтобы поцеловать ее — снова в лоб, целомудренно и вместе с тем так жарко! Алана прикрыла неверные глаза, отдаваясь выбивающему дух ощущению его близости, и запах ночного неба заполнил ее целиком, обращаясь где-то внутри в жар, который не опалял ее раньше. Ей хотелось подняться на цыпочки и…

.

— Нам пора выдвигаться! — раздался где-то за пределами поляны голос директора Роберта, и Алана вздрогнула, а затем резко отодвинулась от Даора, смущенно поправляя накидку. Сердце билось где-то в горле, и пресс мелко дрожал от напряжения.

— Нужно идти, — сказала она, чтобы заполнить эту невыносимую паузу.

Но когда подняла глаза, черного герцога рядом не было. Алана недоуменно оглянулась, не понимая, куда делся мужчина и как он мог пропасть так бесшумно, и тут услышала громкий шорох, а потом треск сломавшихся под чем-то тяжелым веток. Забыв осторожность, она бросилась на звуки борьбы — и чуть не споткнулась о тело молодого парня с ошейником на горле. Некоторое время Алана смотрела в его широко раскрытые глаза, не давая своему взгляду скользнуть ниже, туда, где из шеи торчали кости.

— Тут пар-оольцы! — голос не слушался, и получилось что-то вроде писка, а не возгласа.

Кто-то из женщин закричал, кажется, Юория. Алана заглянула за плотные кусты: еще два воина в раскинувшейся внизу лощине лежали так же безмолвно, как и первый, исковерканные, словно поломанные куклы. Не сводя с них взора, Алана шагнула назад, на полянку, и тут же ее плечи накрыли теплые руки. Алана позволила себе опереться спиной на него, не задумываясь о том, как это будет воспринято.

— Все хорошо, Алана, на пол-лиги вокруг больше никого нет, — шепнул ей герцог. — Это случайный отряд, от их рук никто не пострадал. Ты с самого начала была в безопасности. На будущее прошу тебя оставаться на месте, когда происходит что-либо подобное.

Алана с трудом кивнула. Пульс бился на кончиках пальцев.

— Скольких вы убрали, герцог Карион? — выступил из тени директор Роберт.

— Семерых.

— И у меня шестеро, — кивнул воин. — Еще двоих заколол Амен. Заклятий не было?

— Три, — ответил Даор, и Алана похолодела. — Из них два сигнальных.

— Срочно выдвигаемся, — подтвердил ее опасения Роберт. — Остающиеся!

Всего пару мгновений спустя три воина — улыбчивый Миррец из охраны Йорданки, неразговорчивый Дасаг из свиты Сильвиа и Айдена и невозмутимый, похожий на хищную кошку Ривен, ранее следовавший за Лианке — были рядом. Даор жестом подозвал Ривена, и тот повиновался, избегая смотреть черному герцогу в глаза.

— Умеешь вызывать кратковременный ливень?

— На маленькую площадь, — сглотнув, ответил мужчина.

Даор невозмутимо взял его за руку — Алана видела, как поменялось выражение лица Ривена, мигом ставшего испуганным и абсолютно несчастным, — и прошептал:

— Лиааашасаииса иасса.

Воин сглотнул. Рука его повисла как плеть. Вдалеке раздался шум воды, грохотание грома, вот только молний не было видно.

— Отлично, — прокомментировал Роберт. — Ривен, ты хвастался перед друзьями, что умеешь вызывать дождь, но что-то пошло не так. Насколько они близко? — обратился он уже к герцогу.

— Четыре кольца, в ближайшем есть окно, в которое мы успеваем, если они не изменят направления, — ответил Даор. — Между нами и границей двадцать шесть таких отрядов. Заговаривайте лошадей.

Алана рванулась было к Теа, но черный герцог поймал ее за руку. Сейчас в нем не было той расслабленности, что обычно, взгляд глубоких черных глаз стал серьезным.

— Ты едешь со мной.

— Н-нет, — попыталась возразить Алана.

— Это становится опасно, мы можем попасть в засаду, и ты в это время должна быть рядом со мной, Алана, — отрезал Даор.

— Это неприлично, — пискнула Алана, чувствуя, как, несмотря на панику, кровь бросается в лицо. — Сзади я свалюсь, а спереди я… просто не поеду.

Последние слова она говорила, смотря себе под ноги.

— Иди сюда, — неожиданно смягчившимся голосом проговорил Даор. — Смотри.

В седле его коня и правда что-то поменялось. Алана провела рукой по краю — седло разделилось на два сидения, каждое со своими стременами, а между передней и задней частью выросла плотная и довольно высокая спинка с мягкой верхней частью. Поняв, почему это сделано, Алана зажмурилась от смущения, и даже закрыла лицо рукой, настолько невыносимо это было.

— Я… — сдавленно прошептала она. — Дайте мне минутку, пожалуйста.

И тут же Даор Карион снова обнял ее сзади, в этот раз крепко притянув к себе, и этот неожиданный контакт, уже совсем не неприятный, заставил и так гулко стучащее сердце забиться о ребра. Алана вдруг поняла, что он смеется, и это возмутило ее.

— Маленькая, — прошептал ей в волосы Даор. — Я понимаю, правда. Это не тот случай, чтобы упорствовать. Если нам не повезет, уже через четверть часа мы вынуждены будем обороняться от сильных, лишенных страха смерти шепчущих, если повезет — через полтора часа на границе с Черными землями нас точно встретит большой отряд. Конечно, я убью всех, кто попытается причинить тебе вред, и я бы не беспокоился так, если бы у каждого, кого мы встречали, не было спинелевой сети и спинелевой россыпи. Знаешь, что такое спинель?

Думать, когда он стоял вплотную, пусть и сзади, было невозможно. Алана только кивнула.

— Хорошо. Тогда ты знаешь, что спинель прорвет любой щит и парализует тебя. Для меня ее прикосновение неприятно, но не так опасно, поэтому я закрою тебя, если перед нами откроется портал, из которого посыпется спинель.

— А вам точно не опасно? — шепнула девушка.

— Спинель бесполезна против демонов, — пояснил Даор. — Она разрушает связь между пластами мира, затрагиваемыми тайным языком, и человеческой кровью. Во мне достаточно демонического, чтобы она не могла обессилить меня.

— Я все время забываю… — будто сама себе сказала Алана. И действительно, это как-то не держалось в памяти: как кто-то мог не быть человеком? — Но ведь вы сами сказали, что ее прикосновение вам неприятно. Давайте вы не будете меня закрывать?

— Я постараюсь увести нас от спинелевых потоков, — с улыбкой в голосе согласился Даор.

— Отпустите меня, — попросила Алана, уже понимая, зачем герцог делает это: держит ее в крепких объятиях, говорит с ней этим успокаивающим нежным голосом. И Тьма его побери, это действовало: понемногу девушка привыкала и расслаблялась. — Не думайте, что я не понимаю, что вы делаете. Вы приучаете меня к своим… своему присутствию, физически не оставляя выбора. Это действенно, но жестоко.

— Рад, что действенно, — снова засмеялся герцог, помогая Алане забраться в седло и тут же вскакивая следом. — Словом «жестокость», обращенным ко мне, люди что только не называли, но не объятия.

Вокруг уже вовсю гарцевали успевшие заговорить лошадей герцоги. Алана встретилась взглядом с Йорданкой, и ее будто холодной водой окатило, такая ненависть лилась сквозь льдистые глаза. Лихорадочно осматриваясь, Алана скользнула взглядом по вытянувшемуся лицу Амена Рианона, по невозмутимому Лианке, по скрючившейся на седле, но все равно смотрящей во все глаза Сильвиа, все еще закрывавшей обмороженную часть лица платком, по возмущенно-несчастному лицу тут же спрятавшей глаза Юории, по подтягивающей повод Гвиане, по ошарашенно поднятым бровям воинов-мужчин. Разумеется, даже не будь это черный герцог, происходящее считалось бы верхом неприличия. К тому же, воздушной спинки они видеть не могли…

Раньше Алане казалось, что тот миг, когда ее вывели вперед на совете, был страшнейшим для нее, никогда не любившей внимания. Но этот походил на кошмар, и вместе с этим в этом кошмаре крылось что-то, отчего не хотелось просыпаться.

— На нас все смотрят, — еле смогла сказать Алана, но в ответ на ее плечи легли его сильные руки, фактически заключая в объятия. Даор держал повод обеими руками, придерживая и Алану, хотя между ее спиной и его животом оставался воздух, за что девушка была ему благодарна.

— Никто из них не посмеет и слова тебе сказать, — отозвался черный герцог откуда-то сверху. — Мы поедем первыми, остальные за нами. Держись за луку или за мои руки. Если станет сложно, скажи мне.