Энни Вилкс – Запах ночного неба (страница 102)

— Син попросил меня закрыть мир от демонов. Помнишь, я рассказывал тебе о защите Эсгарды? Он хочет, чтобы я завершил ее.

— И что тогда будет? — отступила Алана. — Ты говорил, что не хочешь покидать мир. Тебе придется уйти?

— Строго говоря, я не знаю, — чуть помедлив, ответил Даор. — Я не чистокровный демон. Скорее всего, защита очень сильно ослабит меня, и мне придется каждый миг бороться за возможность находиться здесь. Я собирался активировать периметр лет через пять-десять, когда и если мы будем готовы уйти отсюда. К тому времени я надеялся завершить свои дела в Империи и показать тебе другие миры, чтобы ты могла выбрать, где и чем тебе заняться. Но Бручеасеайе хорошо постарались уничтожить это место, так что оно продержится не больше получаса. Если не сделать все сейчас, никогда больше не сможем. Прости, что приходится решать это так быстро.

— У нас всего полчаса? — проговорила Алана как во сне.

— Меньше. Алана, активировать защиту необязательно. Альвиар прекрасно существовал тысячелетия до этого момента и без защиты.

— Значит, что-то поменялось, если Син только сейчас попросил тебя?

— Да, — подтвердил Даор. — Раньше этот мир было очень сложно найти. Кто-то изменил это. Теперь демоны становятся в очередь, исчисляя свое пребывание в Альвиаре десятками лет, играя на эту возможность и поощряя ею своих вассалов. Син узнал о подобных случаях, когда последний раз покидал Альвиар. Так что Бручеасеайе — лишь первые ласточки. Маленькая, я сделаю это, только если ты согласишься уйти со мной. Ты сможешь посещать Альвиар и сможешь забирать из Альвиара своих друзей, если захочешь с ними пообщаться. Я научу тебя.

— А если что-то случится, и я не смогу вернуться к тебе?

Даор вдруг счастливо рассмеялся.

— Что такое? — не поняла Алана.

— Ты боишься не вернуться ко мне, а не не вернуться в Альвиар. Это очень приятно. Значит, и правда приняла мое предложение, — улыбаясь, пояснил Даор, и Алана зарделась. — Тебе нечего бояться.

— Я не так пуглива, — запустила ему пальцы в волосы Алана. Боль отступила, и счастье, его счастье, ее счастье, общее счастье, затопило ее целиком. — Но ты меня вот так спокойно будешь отправлять в другой мир, где и защитить не сможешь?

— Как ты заговорила, моя маленькая леди! — поцеловал ее в нос Даор. И добавил уже серьезнее: — Конечно, я буду очень волноваться. Но я обещал не привязывать тебя, помнишь? Син лично гарантировал мне и твою безопасность, и твое возвращение во время сотни твоих посещений.

— Ты заранее об этом подумал?

Сердце сжалось от нежности.

— Конечно.

— Но этого ведь мало за такую услугу.

— А это и не все, лишь основное необходимое условие.

— Даор, — выдохнула Алана. — Я люблю Альвиар. Люблю Приют, Зеленый Дол. Даже Лаорру, которую толком не видела. Людей, которых знаю. Я хочу, чтобы этот мир был закрыт от тех, кто пытается выпить его. А я с тобой.

Вот так просто. Озвучить это было так просто!

— Со мной, — выдохнул Даор, словно не веря. Он смотрел Алане в глаза, не отрываясь, и в этом взгляде было больше, чем мог бы передать любой поцелуй. — Я твой, ты знаешь это?

— Догадалась, — расплылась в улыбке Алана.

.

Они сидели так, обнявшись, глядя друг другу в глаза, пока своды не начали трещать, проседая. Алана даже не вздрогнула — она знала, что Даор защитит ее от всего.

И когда он, крепко держа ее за руку, наполнил голодную бездну камня сиянием, она не боялась и не жалела. Только прижалась к любимому сильнее — и вдохнула запах ветра и высоты.

Эпилог

Чудесный ясный день подходил к концу. Громадный оранжевый шар уже коснулся вершин качающихся вдалеке елей, тени от портальных камней удлинились и теперь расчерчивали всю круглую площадку на вершине невысокого холма и темными полосами пересекали мощеную дорожку. Алана остановилась у столба, положила пальцы на теплый камень и напоследок бросила взгляд вдаль, на восстановленные за эти пять лет башни и корпуса, на блестевшее озеро, на высокие каштаны.

Неделя. Так мало рядом с бабушкой и Евой, с Хелки — и так много без мужа. В мире, ставшем им домом, время текло еще быстрее, для Даора должно было пройти дней двадцать.

— Алана, — обняла ее Хелки. — Я буду ужасно скучать!

— По мне или по рассказам о других мирах? — улыбнулась Алана, закрывая глаза.

— По тебе, — просто ответила Хелки. — И, я вообще-то, надеюсь, что ты пригласишь меня в гости, чтобы я посмотрела на другие миры, а не только слышала о них!

— Об этом не может быть и речи, пока ты не закончишь обучение, — оборвал мечты Хелки державшийся в тени одного из столбов Син.

Алана уже почти привыкла к его незаметному, безмолвному, почти незримому присутствию и тут вздрогнула. А Хелки очаровательно улыбнулась, скрывая за этим, Алана знала это, смущение.

— Когда ты снова придешь, леди Алана Карион?

— Пока не знаю. Но я приду к тебе, не пропустишь.

Легкое дуновение ветра охладило спину. Алана обернулась: между столбов стоял Даор. Закатное солнце съедало и вытягивало его высокую черную фигуру, словно фитиль в пламени свечи. Алана даже зажмурилась от радости, не скрывая счастливой улыбки.

— Здравствуйте, герцог Карион, — радостно поприветствовала его Хелки.

Даор преодолел площадку несколькими широкими шагами. Алана видела, как сложно ему давались движения, и ощущала, как воздух Альвиара жег его легкие, вытягивая силу. Чтобы любимый не мучился дольше, она спешно схватила его за руку, готовая перемещаться тут же. Однако, несмотря на боль, Даор торопиться не стал. Он провел пальцами по ее волосам, легонько сжал плечи, словно удостоверяясь, что жена в порядке.

— Здравствуй, маленькая, — шепнул он ей.

Мир словно замер, пока Алана смотрела Даору в глаза, греясь и согревая его. Вот он улыбнулся, и Алана заметила, как бескровны его губы: пребывание здесь все же давалось ему нелегко. Словно очнувшись, она выпустила из себя воздух и обернулась: там Хелки стояла, беззастенчиво разглядывая их, пусть и со смущененной улыбкой на лице.

— До встречи, Хелки! — помахала ей Алана. — Спасибо, директор Син.

— Пока! — подняла руку вверх подруга. Алане показалось, что в светлых глазах искорками горят слезы. — Герцог Карион, спасибо, что спасли наш мир от демонов! — вдруг выкрикнула Хелки. Син что-то сказал ей, но она громко ответила: — А что? Все это знают. Кто-то же должен был просто сказать спасибо!

Не отвечая, Даор рассмеялся, привлекая Алану к себе, и Альвиар, мигнув, пропал.

.

Стоило всему вокруг поменяться, Алана, уже не сдерживаясь, обхватила Даора за пояс, наслаждаясь его близостью. Она и не думала, что так соскучится: ей было мало его, его запаха, жара, прикосновений. Муж подхватил ее и поднял над собой, так, что черные глаза оказались совсем рядом с ее глазами, и Алана с удовольствием обвила его шею руками, зарываясь пальцами в тяжелые и гладкие черные волосы, а потом потерлась своим носом о его, вызвав у Даора еще одну улыбку.

Его поцелуй растекся по жилам огнем, и все вокруг перестало иметь значение, только желание быть к нему ближе, еще ближе, свернуться в кольце его сильных рук, ощутить его в себе. Ей не нужно было озвучивать мысли — он выполнил ее желание, увлекая на пушистый ковер, нависая сверху, заслоняя и заменяя собой весь мир.

.

— Я так соскучилась по тебе, — прошептала Даору в губы счастливая, уставшая Алана, нежась в его объятиях.

— Думаю, я сильнее, — улыбнулся Даор, покрывая невесомыми поцелуями лоб и виски жены. — Моя путешественница. Хотя, когда ты радовалась или грустила, я ощущал тебя через эр-лливи.

— А ты все время спокоен, — вздохнула Алана, укладывая щеку туда, где билось сильное, потревоженное счастьем сердце, и скользя пальчиками по рельефным мышцам пресса.

— Не все время, — покачал головой Даор. — Сейчас же чувствуешь?

— Да, — счастливо выдохнула Алана.

Пламя, уже иссякающее за фигурной решеткой камина, грело спину. Девушка потянулась, переворачиваясь, чтобы видеть красные сполохи. Уже совсем стемнело, и цимофан, из которого был сложен очаг и сам каминный портал, отбрасывал отсветы по всей огромной спальне. Блики только никак не могли дотянуться до потолка, теряясь где-то в высоте и хаотично гладя то нижнюю часть нефов, то простые капители колонн. Граненый черный морион обручального браслета на широком запястье Даора играл гранями. Алана положила свою руку сверху — такой же браслет, только миниатюрнее, звякнул о тот, что носил муж.

Даор задумчиво расчесывал ее волосы. Алана все еще слышала биение его сердца, теперь у своей спины — гулкое, спокойное.

— Как твои родные? — нарушил тишину муж.

— Бабушка хорошо себя чувствует, — отозвалась Алана. — А Ева уже совсем взрослая девчонка. Она плохо помнит маму, но меня узнала сразу. Олеар нашел для меня воина, который ее спас. Я попросила императора подарить ему фамилию и кусок земли, приукрасила немного, сказала, я бы тоже не выжила, если бы не он. Олеар обещал проследить. Но мы же герои, нам так просто не отказывают, — смущенно закончила она, плотнее заворачиваясь в руки Даора.

— Я заметил по реплике твоей подруги, — хмыкнул Даор.

— Да, — пожала плечами Алана. — Есть за что говорить спасибо. Хелки умничка. Знаешь, они сделали день установления защиты праздником. Устраивают карнавалы, почитают погибших, рассказывают друг другу страшные сказки о демонах. Хвалят тебя, а в Лаорре тебе даже установили настоящий памятник. Простые люди, кстати, уверены, что ты героически погиб в пещере, а я была тяжело ранена и то ли ушла в магическое уединение, то ли сгинула под завалом вместе с тобой. Это было так странно: в танцующей толпе, среди гирлянд и магических фейерверков слушать истории о себе самой. И я вдруг поняла, что меня там и правда больше нет, только слова. Понимаешь, о чем я?