Энни Уэст – Самая непокорная жена (страница 4)

И будь она проклята, если позволит этому… животному указывать ей, за кого она должна выйти замуж. Впервые в жизни Жизлан была свободна выбирать, как ей жить дальше. И она не намерена была связывать свою жизнь с этим варваром.

Она обошла стол и остановилась перед Хусейном аль-Рашидом, запрокинув голову, чтобы заглянуть в его светлые глаза. Она почувствовала исходящий от него запах теплой мужской кожи, но проигнорировала его, как и тот факт, что он явно был привлекательным мужчиной, несмотря на бороду, растрепанные волосы и высокомерный вид.

– И вы спрашиваете меня, в чем дело? – Она горько рассмеялась. – Да ни в чем, за исключением того, что вы захватили мой дворец и требуете, чтобы я вышла за вас замуж. Вы не даете мне повидаться ни с моей сестрой, ни с моими слугами. Откуда мне знать, что с ними все в порядке?

– Потому что я дал вам слово. И я не запрещаю вам повидаться с сестрой.

– Могу я увидеть ее?

– Вы встретитесь с ней, когда мы закончим наши переговоры.

– Вы это так называете?

Жизлан была близка к тому, чтобы потерять выдержку. Она изо всех сил старалась держаться спокойно и холодно, понимая, что только так заставит его воспринимать ее всерьез.

– Конечно.

Он опустил руки, и внезапно Жизлан осознала, насколько близко они стоят друг к другу. От него исходило тепло, которое согревало ее, и она чувствовала непривычное возбуждение. Никогда еще она не находилась так близко к мужчине, источавшим такую откровенную сексуальность. В нем было что-то, что бросало ее в дрожь и одновременно в жар.

– Сначала я хочу увидеться с капитаном дворцовой стражи, чтобы убедиться, что с моими слугами все в порядке.

– Никто не пострадал.

– Прошу прощения, но я хочу убедиться в этом сама. А после этого я хочу встретиться с сестрой.

Она собралась отойти от него, но он схватил ее за запястье.

– Я предпочитаю, чтобы до меня не дотрагивались. Я вам не игрушка, Хусейн. Вам следует знать, что большинство женщин не любят, когда к ним прикасаются против их воли.

– Большинству женщин нравятся мои прикосновения.

Он произнес это с чисто мужским самодовольством. Его глаза сияли, и он явно чувствовал себя неотразимым.

– Это вы так считаете, – прямо встретив его взгляд, сказала Жизлан. – Но я полагаю, многие женщины притворяются, что им нравится такая интимность, просто из страха перед грубой мужской силой. Это что-то вроде самозащиты.

Он резко выпустил ее руку, словно его ударили. Его глаза расширились, и было видно, что он шокирован ее словами.

– Я никогда не использую силу в отношениях с женщинами!

– В самом деле? Тогда как вы назовете ваше намерение жениться на мне? Если это просто предложение, я уже ответила вам отказом.

Жизлан видела, что он сжал челюсти, но не собиралась отступать.

– Это попытка избежать кровопролития.

– Но у нас демократия. И нового шейха изберет Совет старейшин, а потом его кандидатура должна быть одобрена парламентом. Никакого кровопролития не будет. А правда заключается в том, что вы хотите стать королем и готовы прибегнуть к силе для достижения своей цели.

Хусейн нахмурился:

– Даже вы должны признать, что я лучший кандидат на роль правителя. Я единственный родственник вашего отца. И что более важно, я обладаю не только военным опытом, но и опытом правления. Наша свадьба просто сделает это решение более легким и ускорит процесс.

Жизлан приподняла бровь:

– Если вы такой идеальный кандидат, Совет и так проголосует за вас.

– Но на это потребуется время, которого у нас нет. Проблема состоит в том, что мы должны защитить свою независимость. После смерти вашего отца Халарк готовится напасть на нас.

– Чепуха. Мой отец был на грани подписания мирного договора с Захратом и Халарком.

– А теперь, когда он умер, старый эмир Халарка мобилизует армию. Разведка донесла, что он сначала собирается захватить спорные территории, а потом продвинуться дальше.

– Но эти территории принадлежат Джейруту уже две сотни лет.

– И тем не менее я сражался в приграничных конфликтах с тех пор, как научился держать в руках оружие. Вы можете не осознавать этого здесь, в столице, но поверьте мне, он уже готов действовать. И чем больше времени у нас уйдет на то, чтобы назначить главу государства, тем выгоднее это будет ему.

Жизлан открыла было рот, чтобы возразить ему, но передумала. В его словах была доля правды.

– Тогда поговорите с Советом. Убедите их поторопиться с решением.

Хусейн покачал головой:

– Большинство членов Совета за меня, но они не любят спешить. К тому же имеются еще два кандидата, хотя их претензии не так обоснованы. Если Халарк нападет на нас, процесс избрания главы Джейрута вообще отодвинется на неопределенное время. Я должен действовать прямо сейчас.

Жизлан несколько раз медленно хлопнула в ладоши:

– Браво, это замечательное представление. Я чуть было не поверила, что вы жертвуете собой ради страны, добиваясь верховной власти. Но если вы считаете, что я пожертвую своей свободой и выйду за вас замуж, вы ошибаетесь.

– Вы не сделаете этого ради вашей страны?

– Ради моей страны или ради вас?

Она не скрывала своего презрения.

Хусейн нахмурился:

– Мне следовало бы знать, что не стоит многого ожидать от вас. Вы даже не поспешили вернуться домой, когда ваш отец умер. Очевидно, у вас другие приоритеты.

Жизлан задохнулась от негодования. Она и правда не вернулась в Джейрут, когда ее помолвка с шейхом Идрисом внезапно была расторгнута. Но она сделала это по просьбе отца, чтобы переждать, пока утихнет скандал. А после этого она занималась бизнесом, стараясь заключить сделки, в которых Джейрут так отчаянно нуждался для воплощения в жизнь своих планов.

– Очевидно, новости с опозданием доходят до вашей провинции, – ядовито произнесла Жизлан. – Из-за пепла от вулкана в Исландии все полеты были отменены на несколько дней. Я прилетела первым же рейсом. Хотя меня не интересует ваше мнение. Я просто никогда не выйду замуж за человека, который с первого же взгляда вызвал у меня презрение.

– Презрение?

– Совершенно верно.

Она вздернула подбородок.

– Тогда как вы объясните это, миледи?

Большие теплые ладони сжали ее плечи, и его лицо склонилось над ней.

Глава 3

Жизлан повернула голову в сторону, но лишь подставила незащищенную щеку этому… бандиту. Теплые губы коснулись ее щеки, и они были мягче, чем она ожидала. У нее перехватило дыхание.

Она не станет кричать. Она не доставит ему удовольствие, обнаружив свой страх. Вместо этого она замерла на месте.

Но она испытывала совсем не страх, когда теплые губы медленно проложили дорожку к ее уху. Жизлан закрыла глаза, удивленная неожиданным ощущением теплоты, которая разлилась в низу ее живота.

Он слегка укусил ее за ухо, и Жизлан подпрыгнула. Ее соски стали очень чувствительными и затвердели. Почувствовал ли он это, прижимаясь к ней всем телом?

– Прекрати это, подонок!

Она уперлась руками в его грудь, пытаясь вырваться из его объятий, но он был выше и сильнее ее. Одним быстрым движением он схватил ее за руки и прижал к своей загорелой мощной груди.

Жизлан увидела огонь, горевший в его голубых глазах, а затем его губы коснулись ее губ. Он впился в них страстным поцелуем, хищным и безжалостным. Это был поцелуй мужчины, желавшего утвердить свою власть над ней.

Страх охватил ее. Пока она с изумлением не осознала, что он слегка отодвинулся от нее, а его губы сделались нежнее.

Жизлан попыталась заглянуть в его глаза, но они были слишком близко от нее. Он ближе прижал ее к себе, и она почувствовала, как затвердела его плоть.

Она ошеломленно ахнула и слишком поздно поняла свою ошибку. Потому что Хусейн аль-Рашид воспользовался этим, чтобы снова прижаться к ее губам.

Но на этот раз он не покорял ее, а соблазнял. Он нежно скользил языком по ее языку, пробуя ее на вкус.

Жизлан с ужасом осознала, что ей доставляет наслаждение его поцелуй. Как в тумане, она боролась с этим удовольствием. Мурашки пробежали по ее телу.

Ее целовали и раньше. Это были приятные поцелуи, которыми она обменивалась с приятными мужчинами. Но никогда она не испытывала ничего подобного. Его поцелуй предлагал ей расслабиться и отдаться на волю приятным ощущениям.