Энни Кей – Алые ленты (страница 2)

Наверное, и в тот раз я не обратила бы внимание на бордовый блокнот, если бы, перекладывая его из захламленного угла в захламленный комод, не заметила небольшой воздушный листок бумаги, выскользнувший из-под обложки, как засохший осенний лист.

Бумага его была тонкой, почти папиросной, а края – ребристыми, как у марки. С одной стороны бледной печатью стояла большая цифра 2, а на обратной простым карандашом, а потому почти незаметно было нацарапано аккуратным детским почерком: “Вскрыть в случае моей смерти. Мисс Долорес Флоренс Хартбит”.

Я села на пол, рассматривая листочек на свет, словно надеясь заметить в нем что-то еще. Слова Долорес Хартбит написала с заметным давлением, поэтому даже на черной двойке с обратной стороны проступал сплющенный обложкой рельеф ее почерка.

Конечно, я полезла в поисковик и набрала имя Долорес Флоренс Хартбит. Никакой информации. В соединении со “смертью” и даже “убийством” результаты не стали лучше. Долорес Флоренс Хартбит была неизвестна всемирной паутине. Может, это был псевдоним? Бархатная обложка детского блокнота, старательный школьный почерк говорили, что едва ли автор успела так прославиться.

Умерла ли уже Долорес Хартбит или нет? Поразмыслив пару секунд об этичности прочтения явно личных записей, я решила, что автор об этом вряд ли узнает. Подходящего ключа у меня не было, поэтому в ход пошли устройства для извлечения сим-карты телефона, шпилька и невидимка. Последняя оказалась самой стойкой, поэтому после небольшого давления замок все же поддался.

Я осторожно положила блокнот на стол и медленно подняла обложку. Форзац был цветастым, как викторианские обои, но больше ничего примечательного в нем не было, поэтому я перевернула страницу.

И уже не могла остановиться.

Из “Дела Алых Лент”, запись первая.

Совершенно очевидно, что в Вишневом Лесу орудует маньяк. Маньяк всегда непременно орудует, ведь у него всегда есть орудие убийства. (Интересно, если убийство произошло с помощью удушения, то руки становятся орудием убийства?) Поэтому я, Долорес Флоренс Хартбит, беру на себя обязанность разобраться в этом деле.

Когда-нибудь эти записи прольют свет на трагические преступления в Вишневом Лесу. Тогда имя Долорес Хартбит будет уже у всех на устах, а эта книга станет самым настоящим артефактом, за которым будут охотиться коллекционеры.

Конечно, нельзя отрицать вклад в это дело и моих помощников (зачеркнуто) коллег – Камиллы Прайд и Питера Паркера (не того, который Человек-паук, просьба не путать). С самого начала мы ведем собственное неофициальное расследование убийств и достигли определенных результатов, которые сыграют свою роль в расследовании и наказании преступника.

Какое-то время мы проводили наши поиски без документального свидетельства, но теперь накопилось столько информации, что ее, как в любом деле об убийстве, необходимо тщательно записывать. Многие дела были раскрыты только потому, что следователь возвращался к самому началу и обнаруживал в нем то, на что раньше не обращал внимания. Поэтому эти записи так важны.

Итак, ПЕРВАЯ ЖЕРТВА (большие буквы выделены розовым маркером).

Мелисса Джонсон, девочка десяти лет, ушла из дома вечером 25 апреля 2006 года. На следующий день утром миссис Крейвен из “Молочной фермы”, гуляя с собакой, обнаружила тело Мелиссы в лесу недалеко от своего дома. Миссис Крейвен вернулась в свой дом и вызвала полицию. Шериф Паркер прибыл на место и констатировал смерть Мелиссы от множественных колотых ран (Прим. Позднее выяснится, что смерть наступила от того, что горло было перерезано. Ни одна из восьми ран не была смертоносной, но точно была очень болезненной). Подозреваемых не было.

Жертва номер ДВА. Джеймс Хейли.

Наверное, самый жуткий случай. У Джеймса были отрезаны ступни и кисти. Рот был заткнут кляпом с землей. Он умер от потери крови, но это не точно. Был обнаружен отцом мисс Долорес Хартбит мистером Джеромом Хартбитом во время утренней прогулки. Смерть Джеймса Хейли была мучительной. Со слов врача Вишневого Леса мистера Роберта Роуза, Джеймс, вероятно, быстро потерял сознание от удара по голове, а потом от боли и уже ничего не чувствовал. Что, конечно, совсем не успокаивает.

ТРЕТЬЯ ЖЕРТВА: Вэнди Вудли.

Мне сложно писать об этой жертве, потому что 1) она самая маленькая 2) она такая была милашка 3) только сегодня благодаря огромному вкладу Питера Паркера (см. список участников расследования) мы узнали, что Вэнди была изнасилована. Не знаю подробностей, что там случилось, но ясно одно: нельзя насиловать маленьких девочек. Нет, то есть никого вообще нельзя, но маленьких девочек – особенно.

Вэнди задушили. Камилла Прайд говорит, что это самая легкая смерть из тех, что случились. Питер Паркер говорит, что это очень зависит от того, когда произошло изнасилование – до или после смерти. Да, все настолько страшно в этом деле, уважаемый читатель. Мы с коллегами долго обсуждали эту сторону дела, строя свои догадки, потому что фактов на эту тему, как и практических знаний, ни у кого из нас пока нет.

Во всех этих преступлениях нет единого подозреваемого. По крайней мере, насколько это удается узнать нашему коллеге со своим человеком в полиции – мистеру Питеру Паркеру.

Запись вторая.

Я пока не решила, как будут структурированы эти записи, поэтому пока пусть будет так. Необходимо подробнее рассказать о каждом случае, о каждой жертве.

Во всех детективных романах и фильмах про маньяков о жертвах почти не говорят, они никого не интересуют, всех интересует убийца. И это логично. Но разве это справедливо?

Получается один сумасшедший убивает несколько человек, лишает жизней тех, кто еще даже жить не начал, но в истории и памяти людей останется он, а не те, кого он убил. Как будто он суперзвезда какая-то, не убил несколько десятков человек, а записал несколько десятков музыкальных альбомов. Несправедливо.

Поэтому нужно начать с начала. Нужно начать с Мелиссы.

Она учится в нашей школе. Ну вот, я уже неправильно пишу: она училась в нашей школе, на три класса младше меня. Что сказать о Мелиссе? Училась она, кажется, неважно, но так учатся все Джонсоны.

Один из братьев Мелиссы, Эрни, учится в нашем классе. На следующий день, после того как Мелисса не вернулась домой, Эрни был в школе. Кажется, он даже не заметил, что ее не было ночью.

Полицейские (точнее, Натали Рипли, добровольная помощница шерифа, потому что все знают, что Натали влюблена в шерифа, потому она и помощница) пришли к нашему третьему уроку и отозвали Эрни и увели. Кажется, он тогда узнал, что Мелисса не ночевала дома.

Но мы уже знали, потому что, как я уже сказала, у нас есть свой человек в полиции. Ладно, не буду ходить вокруг да около: шериф Паркер – отец нашего коллеги Питера Паркера. И он очень хороший шериф, вы не думайте. В смысле, он профессиональный и все такое. И он никогда не обсуждал все эти ужасы с Питером, но Питер, в целях продвижения расследования, добывает нам информацию.

Короче, шериф Паркер, конечно, человек хороший и вообще, но вот уже три убийства произошло, а дело не сдвинулось с мертвой точки, хотя не могу сказать, что он ничего не делает. Ему, конечно, тяжело. У него есть два младших помощника, есть две дежурных секретарши и Натали, которая приходит, когда закрывает библиотеку. Как будто четыре с половиной человека, но чего они добились со всеми своими полицейскими возможностями по сравнению с нашим продвижением? Ладно, это было отступление, не связанное с делом. Но все равно, это важно.

И на тот момент, в тот именно день, мы не так много и знали. Может, мы вообще ничего бы не узнали, если бы мистер Паркер был шерифом в каком-то другом городе. Но когда ему позвонила миссис Крейвен, он так сильно удивился, что тут же сказал об этом миссис Паркер. А Питер услышал. Вот и все.

В общем, когда миссис Крейвен на рассвете гуляла с собакой, она нашла Мелиссу в лесу недалеко от своего дома. Представляете, как она испугалась? Мелисса была вся в крови.

Потом уже, несколько дней спустя, Питер залез в папку отца и сделал для нас моментальный снимок. Хотя он спешил, чтобы его не застукали, и рука у него дернулась, все получилось очень размазано, но Питер говорит, что так все и было на исходной фотографии: типа ничего не понятно. Но лицо у Мелиссы все же было открыто, поэтому ее сразу узнали (мы с Камиллой на этом фото не узнали никого).

На место прибыли шериф и его помощник Джек Кроули, он тоже хороший полицейский. Судя по тому, что для нас наснимал Питер, они все сделали очень профессионально, как в кино, это даже на мутных снимках Питера видно.

Они положили Мелиссу в мешок и отвезли в наш морг. Наш морг – это просто комната при больнице, совсем маленькая. И больница небольшая, ну, потому что кому она нужна большая.

И, конечно, шериф пошел к родителям Мелиссы, к ним домой. Там была ее мама с младшими братьями и сестрами Мелиссы и Эрни, которые еще не ходят в школу.

Шериф узнал, что Мелисса не ночевала дома. И, как сказал Питер, он так сильно удивился, что никто не хватился Мелиссы до утра, хотя ей было всего десять лет, что даже сказал об этом миссис Паркер.

Камилла на это сказала, что на четвертом ребенке Джонсоны, наверное, сбились со счета и им уже, наверное, все равно. Камилла бывает иногда очень жестока, но точна.