Энни Дайвер – Новогодний подарок майора Морозова (страница 2)

Ладно, Морозов, это не рабочая сводка, тут все радостнее закончлось.

Почесав кулаком бороду, возвращаюсь в свою машину. Отряхиваю ноги и только потом сажусь. Внутри тепло, пахнет курицей и пиццей. Снегурочка моя сидит, вжавшись в сиденье. Перевожу взгляд на панель – подогрев работает, и я глупо радуюсь, наконец возвращаясь взглядом к девушке.

Хорошенькая все-таки она! В свете лампочки в крыше еще красивее. Щеки румяные после мороза, она даже улыбается, правда, немного виновато, но это легко исправить.

– Значит, дело обстоит так: машину вытащить сможем только завтра.

– Мне нельзя завтра, у меня там… все, – она поджимает губы и первая отводит взгляд. Сникает моментально, кажется, вот-вот расплачется, и я мысленно бьюсь головой об руль.

Совсем ты одичал, Морозов. Женщинам неприятную правду нужно выдавать дозированно и обязательно акцентировать внимание только на хорошем. Например, мы будем жить в отеле с тремя звездами, но зато целых две недели в Турции. В общем, перекрывать негатив, желательно, в одном предложении.

И пока я думаю, что бы позитивного выдать, Снегурка моя, отогревшись, шмыгает носом.

– Отставить слезы. – Командирский тон действует. – Ты ведь в поселок ехала?

Кивает. Ответить не может – подбородок дрожит, но Снегурка боец – держится и не ревет.

– И встретить тебя, я так понимаю, некому.

Ведет головой из стороны в сторону.

– Тогда поступаем так: сейчас забираем самое необходимое, перегружаем ко мне. Я довожу тебя до дома, а завтра мы решаем проблему с машиной.

– Вам что, заняться в праздник больше нечем? – вдруг выдает стройным потоком и с подозрением меня оглядывает. Ее карие глаза округляются, и она кладет ладонь на ручку двери, медленно нащупывая рычаг, чтобы выбраться. – Или вы какой-то маньяк?

А это уже хороший вопрос! С каждой секундой Снегурка вызывает у меня все больше восхищения.

– Повезло тебе. Я майор полиции, Морозов Александр Палыч, можно просто Саша. И так уж вышло, что Новый год я праздную один, поэтому вообще никуда не спешу.

Я показываю свои корочки, Снегурка с интересом их рассматривает и слишком уж долго сравнивает фотку в удостоверении со мной в реальности. Это сложно, потому что я в удостоверении, во-первых, на шесть лет моложе, а во-вторых, без растительности двухмесячной давности на лице.

– А я Вера Андреевна, репетитор по английскому.

– Ситуация, конечно, не самая лучшая, но я все равно рад нашему знакомству, Вера Андревна, – забираю из ее рук удостоверение, нарочно касаясь нежной кожи пальцами. Снегурка вздрагивает и часто моргает, а я улыбаюсь, как школьник, спровоцировавший понравившуюся девчонку.

Все-таки хорошо старый год заканчивается!

Глава 3. Встретились два одиночества

Вещей у Снегурки оказывается полный багажник и два баула в салоне. Ей, конечно же, нужно экстренно и все. И вид у нее такой печальный, что я вот уже полчаса перетаскиваю все добро к себе в машину. Ну потому что не могу я оставить девушку в беде, тем более когда положил на нее глаз. Она еще смотрит с восхищением, когда я беру очередную коробку, скромно говорит «не надо», и мне, блядь, еще сильнее надо становится. Я ж сильный мужик, все могу.

В общем, Вера, сама того не замечая, ловко мною манипулирует, а я в таком восторге от этого, что незаметно для себя скидываю в машину все ее вещи. Последними идут два ящика шампанского. Основательно моя Снегурка к празднику подготовилась, особенно если учесть, что Новый год она, по всей видимости, будет проводить в гордом одиночестве.

«Просто встретились два одиночества, развели у дороги костер…»

Вот, сама судьба нас друг к другу ведет!

– Ой, вы еще и шампанское забираете? Не надо было, – робко хлопает ресницами Снегурка, выбравшись из машины.

Она смущенно оглядывает свое добро, среди которого затесалась и коробка с искусственной елкой. Я неуместно думаю, что с радостью бы привез Снегурку к себе и елку поставил бы в своей гостиной возле электрического камина.

Вместе со снегом стряхиваю с башки малахольные мысли. Им тут не место. У девушки проблемы, а я на них нажиться пытаюсь. Хотя пословица «на чужом несчастье счастья не построить» работает крайне редко. Бывшая жена ушла к моему лучшему другу, и вполне себе счастливо живут, вычеркнув меня из своей жизни. Правда, иногда все-таки скандалим, когда не сходимся во взглядах на воспитание сына-подростка. Но это все редька жизни, и мне ее жевать до конца своих дней. Но о горечи думать не хочется, а о Снегурке – пожалуйста.

– Перемерзнет, начнет стрелять, – пожимаю плечами, когда Вера выходит из машины. Она отогрелась, даже в полумраке видно румяные щеки.

– А, спасибо, – растерянно хлопает пушистыми ресницами. Хорошенькая такая, ладная вся. И смущается совсем как девочка.

– Давай в машину, не мерзни, – выговариваю строго, когда Вера снова начинает пританцовывать на месте. Мне жарко от легкой физнагрузки, но мороз на самом деле кусачий.

– Как-то неудобно…

– Неудобно с отмороженной задницей за праздничным столом сидеть. Так что брысь обратно.

Вера открывает и закрывает рот от изумления. Я знаю, что иногда бываю резковат в фразах, наверное, перегнул. Нельзя так с преподавателями, они о светлом и умном, а я про жопы. Но Вера не спорит. Как-то совсем уж растерянно кивнув, возвращается в машину и, постучав сапожками друг о друга и сбив снег, прячет ноги в салон.

Ну что за умничка такая!

Э, нет, майор, умничек, как известно, хорошо и долго шпехают у тумбочек. А мне ни тумбочки, ни хорошо и долго пока не светит. Поэтому приходится воспользоваться губозакаточной машинкой, хотя так и тянет что-нибудь распустить.

Справившись с вещами и не одолев стояк в джинсах, сажусь в машину. В салоне пахнет едой и духами Веры. Она сладкая, манкая и какая-то удивительно нежная, что кажется, будто нереальная. Но я ее такую еще сильнее хочу. Красивая, яркая, волшебная. Хоть сейчас включай печку посильнее и устраивай жару, чтобы запотели стекла.

Но вместо этого приходится просто завести машину и двинуться в сторону поселка.

– Адрес?

– Калинина сто семьдесят пять, – робко отвечает Вера, стараясь не смотреть на меня. Я поправляю куртку, чтобы не пугать Снегурку еще сильнее, потому что мужик со стояком, которого ты знаешь меньше часа, доверия совершенно не вызывает.

– Надо же! Соседи, – грудь затапливает радостью. Соседи – это, считай, один двор. Можно за стаканом сахара зайти или просто ненавязчиво по-соседски пригласить на шашлыки. – А у меня сто семьдесят три.

– М-м-м, тетя говорила, что рядом с ней живет полицейский, но я как-то сразу и не соотнесла, – едва заметно улыбается Вера и прикрывает глаза.

Я ловлю ее эмоции, и мне так вкусно, что хочется еще и еще. Я невольно притормаживаю и еду медленнее, чем обычно. Вообще дорога тут отличная, мы всем поселком скидывались на асфальт. Но если мы приедем быстро, попрощаться придется раньше, а я настолько очарован компанией, что готов катать Снегурку по деревне до утра.

– Зато теперь в случае чего ты знаешь, к кому обратиться, – достаю из кармана телефон и, сняв блокировку, протягиваю его Вере. – Номер свой вбей и себе дозвон сделай.

Да, вот так вот жестко и бескомпромиссно стреляю номерок. Снегурка, на мгновение смутившись, все-таки берет мобилу, опять хлопает ресницами, но не комментирует мой наглый порыв. Соприкасаемся пальцами, и между нами искрит, ток пробегает до самой грудины. Вера тоже это чувствует, потому что как-то неловко ерзает и поспешно отводит взгляд.

– Готово, – когда

Вера, окончательно отогревшись, расстегивает молнию на своем пуховике. Взглядом ныряю в вырез, натыкаясь на красивую полную грудь, обтянутую водолазкой с высоким горлом. Слюна выделяется обильнее, а головка требовательно давит на молнию, требуя оказаться между двух полушарий. Я тяжело сглатываю и возвращаю взгляд на дорогу, прибавляю газ.

Держи себя в руках, майор, что ты как дикарь какой-то, который женщин никогда не видел. Хотя таких, наверное, и не видел.

Паркуюсь возле своего двора, потому что там чище и меньше снега. Выходим на улицу, Вера открывает дверцу одновременно со мной, не давая мне поджентльменствовать.

– Стой здесь. Возьму лопату, будем путь к дому расчищать.

Глава 4. Высшая лига секса

Чтобы описать слово «неудача», можно просто показать мою жизнь. Еще в октябре я отказалась лететь в Дубаи на Новый год с подружками, потому что искренне верила, что это семейный праздник и встречать его надо со своим мужчиной. Мы были вместе девять лет, я ждала от него предложения в новогоднюю ночь, но все вышло трагикомично.

Вернувшись домой утром тридцатого от бабули, я застала своего Витю в постели с другой. В нашей постели. И как-то уж слишком много было в Вите энтузиазма, что я даже не поверила в реальность происходящего. Никакой вялости и вселенской усталости, которую благоневерный изображал со мной, и в помине не было. Заметив меня, Витя как-то трусливо и очень быстро сполз со своей любовницы и начал оправдываться, что было это всего один раз. Он уговаривал меня остаться, спрашивал, куда я пойду, ведь праздники на носу и даже все приличные гостиницы уже давно забиты.

Но я упрямо упаковывала свои вещи и уже к вечеру уехала из квартиры, которую мы снимали все это время. Долго не думая, я поехала к единственному родственнику в городе – к тете. Это она предложила мне устроить девичник в ее загородном доме, куда сама она планировала нагрянуть только к пятому числу.