Энн Шайн – "Не"нужная (страница 34)
— Нет, не так! — возразила девочка. — Нужно так: Гл-л-л!
— Гр-р-р! Так? — попыталась повторить.
— Ага, — улыбнулась она довольно. — А теперь плинц!
— Мне тоже рычать? — рассмеялся Дима.
— Нет, — замотала головой, от чего светлые кудряшки забавно запружинили. — Пр-ринц должен поцеловать пр-ринцессу!
— Алиса, — я впервые узнала, как зовут Димину племянницу. — Скажи ещё раз, — затаив дыхание попросил он.
— Пр-р-ринц должен поцеловать пр-р-ринцессу!
— Снежинка, у тебя получилась буква р! — обрадовался он как ребёнок. — Надо маме твоей записать и отправить, иначе Юля меня не простит. Сможешь повторить?
Подумав, девочка кивнула.
Дима поискал телефон, а после попросил племянницу повторить некоторые слова, которые с трудом, но всё-таки получались у малышки. Я испытывала смешанные чувства, глядя на эту картину. Мне показалось, Дима однажды станет отличным отцом.
Кольнуло горечью потери, но как-то уже проще что ли и за это я испытала чувство стыда перед своим нерождённым малышом. Чем больше я проводила время с Мирзоевым и снежинкой, тем меньше я вспоминала о своём горе.
А что самое постыдное, мне безумно хотелось поцеловать этого невероятного мужчину, который сделал для меня столько, сколько никто за всю мою жизнь.
Может, пора отпустить ситуацию и жить дальше? Я ещё молодая, у меня ещё обязательно будут дети. И в этот раз они не будут случайно зачатыми на корпоративе.
На улице была хорошая погода, и до вечера мы прогуливались в саду. Наконец я смогла рассмотреть, как выглядит снаружи дом, в котором согласилась жить. Участок мне показался огромным и по-мужски пустым. Почему-то сразу представилось, где хорошо бы смотрелись цветочные клумбы, а где можно было бы посадить, например, плодовые кусты. Я всегда мечтала о собственном доме, чтобы можно было заниматься садом.
Когда я сказала об этом Диме, он поделился планами разбить во дворе детскую площадку к уже установленным качелям, которые сделал специально для снежинки, чем окончательно покорил моё сердце. В особняке Савельевых всем занималась мать Макса. Один раз я заикнулась о том, что можно было бы высадить грядку петуний и установить песочницу на заднем дворе, и выслушала о себе много мерзкого. Бывшая свекровь скорее удавилась бы, чем позволила тронуть хоть травинку на её идеальном газоне, что уж говорить о детской площадке.
Когда стало темнеть, мы вернулись в дом и поужинали, а вскоре вернулась Юля. К тому времени мы сдружились с Алисой, и мне было жаль отпускать её домой. Остаться на ночь Снежная отказалась, сказав, что они и так задержались дольше, чем она планировала. Оказывается, у Димы вчера был день рождения, о котором я не знала. А ведь могла догадаться по остаткам торта, который мы доедали на ужин.
Мне опять стало неловко. Он столько подарком мне сделал, а что подарила я? Только проблемы, свалившись как снег на голову.
Дима поехал отвозить Юлю и племянницу домой, а я, пользуясь случаем, прошлась и осмотрела дом внутри. Делать это при хозяине было неловко.
Помимо уже знакомой мне кухни и зала на первом этаже расположился кабинет и гостевая комната. В подвале я обнаружила тренажёры, на которых, по всей видимости, мужчина часто занимался. По крайней мере большая боксёрская груша выглядела основательно потрёпанной. Не удержалась, и тоже ударила её пару раз, представляя на её месте бывшего мужа. Рука сразу же отозвалась болью, а едва затянувшаяся рана закровила. Пришлось отложить занятие до лучших времён.
На втором этаже жилой оказалась только спальня, остальные комнаты были пусты. Тут же возник вопрос, а где буду спать я, если это спальня Димы? Или где будет спать он? Уйдёт на диван в гостиную или займёт гостевую? Или…
Лёжа в кровати с выключенным светом и открытым окном, я слышала, как машина въезжает во двор, как плавно опускаются ставни автоматического забора, выключается двигатель. Хлопает дверь машины, затем входная в доме, после чего слуха касаются приближающиеся шаги.
Я притворялась спящей, лёжа в кровати спиной к двери. Дима приоткрыл дверь, а после почти бесшумно прокрался в ванную. Вскоре оттуда донёсся шум воды. Фантазия разыгралась не на шутку. Низ живота стянуло возбуждением и я, сгорая от стыда и желания, коснулась себя между ног, поглаживая чувствительное местечко между ног, представляя, что это делает он.
Когда до разрядки оставалось совсем немного, шум воды стих, а в следующий миг в комнату вошёл Дима с низко повязанным полотенцем на бёдрах. Свет, льющийся из ванной комнаты, осветил тренированное тело, тугие жгуты мышц на руках. Я едва не застонала от желания прикоснуться к нему, но вместо этого продолжила поглаживать себя через трусики.
Дима направился к шкафу, открыв его, он наклонился что-то взять, а с моих губ непроизвольно сорвался тихий стон.
— Лера? — он резко обернулся, сжимая в руках тёмные боксеры. — Ты спишь?
Я хотела ответить, но вместо слов, смогла только промычать невнятно. Рука продолжала сжимать и теребить чувственный бугорок, и тут я услышала шаги.
— Тебе плохо? — в голосе чувствовалось неподдельное волнение.
Он присел на край кровати, достаточно близко, чтобы я почувствовала запах того же шампуня, которым бессовестно воспользовалась днём. Вновь замычав, я покачала головой и тут почувствовала, как с меня сдёргивают одеяло.
— Лера, — тихо ахнул мужчина, пока я заливалась краской стыда.
Представляю, какую картину он увидел: я в белье, которое и в темноте-то не видно, наверное, с рукой между ног. Позорище!
Тяжело сглотнув, Дима коснулся моей руки, а после решительно отвёл её в сторону.
— Позволь мне, — попросил хрипло. — Я помогу… Лера… Можно?
— Да… Пожалуйста, Дима! — захныкала я, прикрывая глаза и стыдливо разводя сжатые ноги в стороны.
50. До исступления
С закрытыми глазами обострились остальные чувства: аромат мужчины стал насыщеннее и сводил с ума, я слышала стук наших сердец и то, как он с шумом выдыхает воздух сквозь сжатые зубы. Мне не терпелось почувствовать его прикосновения, узнать, как это, когда он внутри. Я чувствовала, что Диме можно доверять, что он не посмеётся и не обидит меня.
Горячая ладонь обожгла внутреннюю сторону бедра и скользнула вверх, накрывая влажную ткань.
— Расслабься, — прошептал Дима, сдвигая в сторону трусики.
Собрав большим пальцем влагу, он обвёл клитор, вырывая из моей груди стон.
— Не бойся. Сейчас будет хорошо…
Сразу два пальца медленно проникли в лоно, сгибаясь внутри и задевая какую-то особую точку.
— Такая тугая… — выдохнул с дрожью в голосе.
Вновь вернув большой палец на клитор, Дима стал поглаживать его, одновременно делая поступательные движения пальцами, имитируя половой акт. Второй ладонью он скользнул по бедру, и повёл вверх, дойдя до живота останавливаясь и осторожно надавливая. Ощущения наполненности стали ярче и я с силой закусила губу.
— Не сдерживайся, Лера. Я хочу знать, что тебе хорошо. Давай, девочка. Дай мне услышать твой голос…
И я впервые отпустила себя, раскрываясь полностью. Движения стали резче, глубже. Неосознанно, схватила первое, что попалось под руку. Ткань оказалась влажной. Запоздало я поняла, что сжимаю полотенце.
— Да, вот так! — довольно прохрипел он, раздвигая внутри эластичные стеночки.
Моё тело выгнуло дугой, а в следующий миг я со стоном бурно кончила прямо на пальцы мужчины.
— Моя девочка… — донеслось сквозь пульсацию крови в ушах, пока затухали последние отголоски оргазма. — Понравилось?
— Да…
— Лера, — аромат мужчины стал ярче, и я поняла, что он придвинулся ближе, — Посмотри на меня.
— Мне стыдно, — призналась едва дыша.
— Тебе нечего стыдиться. Знала бы ты как я… — он тяжело вздохнул и на выдохе признался: — как я хочу тебя!
Дима заставил меня отпустить полотенце, а после положил мою ладонь на твёрдую, словно камень, плоть, накрывая поверх своей.
— Ах, — только и смогла вымолвить от неожиданности, широко распахнув глаза.
Тяжело дыша, он провёл по члену нашими руками вверх и вниз. Судя по тому, что я чувствовала, природа не поскупилась наделить мужчину нескромных размеров достоинством. Мои пальцы задели крупную головку, и размазали по ней капельку тягучей смазки.
— Поможешь мне кончить? — спросил, с мольбой заглядывая в мои глаза.
От одного бархатного низкого тембра его голоса, возбуждение вновь сконцентрировалось пульсирующим комочком между ног.
— Да. Только… — так неловко было просить о таком, даже после того, как его пальцы побывали во мне. — Можешь лечь? Я хочу… сверху.
Хорошо, что в темноте не видно было, как полыхает моё лицо.
Дима напряжённо замер, прекратив двигать рукой по члену.
— Ты хочешь?..
Договорить я ему не дала. Присев на кровати, я притянула его второй рукой за шею и впилась в губы поцелуем.
Это было что-то невообразимое! Я чуть было не кончила второй раз, проникая в его рот языком и касаясь кончиком его языка. Мужчина низко застонал, подаваясь на встречу, зарываясь руками мне в волосы и углубляя поцелуй.
Время для нас остановилось. Ни одному из нас не хотелось прерывать этот момент, когда, наконец, мы позволили отпустить себя и поддались желаниям.
Рукой я продолжала двигаться по каменной плоти, чувствуя, как напрягается член до тех пор, пока Дима не разорвал поцелуй и, откинув голову назад, застонал, изливаясь себе на живот.