Энн Райс – Слуга праха (страница 34)
«Назад! — завопил я, удивляясь собственному грозному рыку. — Убирайтесь!»
Твари отпрянули. Но один дух все же сумел вцепиться в меня, однако не причинил никакого вреда. Резко развернувшись, я треснул его кулаком и выкрикнул проклятие, а потом велел ему исчезнуть и спрятаться в укромном месте, не то я его уничтожу. Он в панике бросился прочь и мгновенно растворился.
В комнате вновь стало тихо, впрочем, прищурившись, я увидел множество мелких духов, застывших в ожидании.
Но тут возле самого уха отчетливо прозвучал голос: «Я велел тебе прийти на агору и отыскать меня в таверне».
Конечно, это был Зурван.
«Мне что, карту тебе нарисовать? — поинтересовался он. — Ты забыл мой приказ? Немедленно отправляйся в путь и разыщи меня. Не смей задерживаться и не обращай внимания ни на живых, ни на мертвых».
Я занервничал, ибо понимал, что проявил неповиновение. Безусловно, я отлично помнил приказ повелителя, как помнил и сегодняшнее утро, ведь я так старательно все запоминал. Поспешно покинув дом, я вышел на улицу.
Это была моя первая прогулка по Милету. Передо мной открылся прекрасный греческий город, овеваемый свежим морским воздухом. Повсюду я видел великолепные, отделанные мрамором сооружения, просторные площади, на которых собирались люди, крохотные лавки и торговые лотки, жилые дома с глубокими нитями под алтари, фонтаны… Над всей этой красотой в небе сияли облака, отражавшие голубизну моря. Наконец я добрался до площади, на которой шумел базар, и заметил таверну под ярким, колыхавшимся на ветру навесом. Я увидел ожидавшего меня Зурвана и остановился перед ним.
«Сядь, — приказал он. — И объясни, почему, выходя из дома, ты открыл дверь, а не прошел сквозь нее».
«Я не знал, что во плоти могу проходить сквозь предметы. Ты же велел явиться к тебе в телесном образе. Ты сердишься на меня? Вокруг так и толпились духи! Я никогда не видел столько, поэтому зрелище привлекло меня и задержало…»
«Хватит болтать, — прервал меня Зурван. — Я не просил тебя делиться со мной мыслями, а лишь поинтересовался, почему ты не потрудился пройти сквозь дверь. Знай, что даже если ты в теле, это не мешает тебе проникать сквозь двери, ибо то, что делает твердым его, не делает твердой дверь. Понятно? А теперь исчезни и появись здесь снова. Таверна почти пуста, никто ничего не заметит. Ну, давай».
Я исполнил приказание. Ощущение было восхитительным, и мне вдруг стало весело.
Выражение лица Зурвана тоже изменилось, стало более доброжелательным. Он попросил меня рассказать обо всем, что я видел.
Когда я закончил, он спросил: «Ответь, а при жизни ты встречался с духами? Только говори сразу, не задумываясь и не напрягая память».
«Да, встречался», — кивнул я.
Вспоминать было мучительно, и я не смог воскресить в памяти подробности, да и не хотел. При мысли о пережитом предательстве меня душила ненависть.
«Я знал. — Зурван вздохнул. — Кир говорил мне, но речь его была туманна, и я засомневался, что понял его правильно. Кир как-то по-особому любит тебя и считает, что в долгу перед тобой. Вот что, мы с тобой отправимся в царство духов, чтобы у тебя не осталось никаких вопросов. Но сначала ты должен меня выслушать. Имей в виду, у каждого мага есть собственное представление о местах обитания духов и о том, кто они и почему поступают так, а не иначе. Но по сути своей все духи одинаковы…»
«Тебе налить вина, повелитель? — спросил я. — Твой кубок пуст».
«Почему ты осмелился перебить меня таким вопросом?»
«Потому что тебя мучит жажда», — ответил я.
«Ну что мне с тобой делать? — посетовал маг. — Как удержать твое внимание и заставить слушать?»
Я обернулся и жестом подозвал мальчишку, разносившего вино. Тот поспешно подошел, наполнил кубок мага и поинтересовался, не подать ли что-то для меня. Он обращался ко мне с поразительным почтением, даже с большим, чем к Зурвану, и я не сразу догадался, что причиной тому мой вавилонский облик: обильно украшенная драгоценными камнями и вышивкой одежда, аккуратно подстриженные волосы и борода.
Я сказал мальчику, что мне ничего не нужно, и хотел вознаградить его, но у меня не было денег. Тут я заметил на столе несколько серебряных сиклей и отдал ребенку. Он отошел от стола.
Зурван сидел, подперев голову руками, и молча наблюдал за мной.
«Да, кажется, я понимаю…» — проговорил он.
«Что именно?» — спросил я.
«Ты независим от рождения и никому не станешь подчиняться. Весь ханаанский ритуал, описанный в табличке…»
«Тебе обязательно вспоминать об этой отвратительной табличке?» — снова перебил я мага.
«Да помолчи же наконец! Неужели тебе не приходилось разговаривать со старшими, с учителями, с царем? Прекрати встревать в разговор и слушай! Будь ты неладен, Азриэль, неужели непонятно, что отныне ты бессмертен? Я могу дать тебе полезные знания. Оставь свои дерзости и не отвлекайся, а слушай внимательно. Ясно тебе?»
Я кивнул, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Мне было стыдно, что я разгневал учителя. Достав из кармана платок, я приложил его к глазам и, к своему удивлению, увидел, что он влажный. Подумать только, влажный!
«Ну вот, наконец-то! Стоило мне рассердиться, и ты сразу стал послушным», — удовлетворенно заметил Зурван.
«А могу я уйти от тебя, если захочу?» — спросил я.
«Полагаю, что можешь, но это будет глупо с твоей стороны. А теперь соберись. Вспомни, о чем я говорил, пока тебе не пришло в голову налить мне вина».
«Ты сказал, что каждый маг будет по-своему обрисовывать границы мира духов, по-разному называть и описывать их».
Не знаю почему, но Зурван был явно удивлен моим ответом. Однако счел его вполне удовлетворительным.
«Да, правильно, — сказал он. — А теперь слушай и делай, что я велю. Осмотрись вокруг. Окинь взглядом таверну, агору, все, что есть под солнцем, и отыщи духов. Не разговаривай с ними, не обращай внимания на их призывы и приветственные жесты. Просто старайся удержать их в поле зрения. Смотри внимательно, как если бы искал что-то очень маленькое, но ценное, и не издавай при этом ни звука».
Я сделал, как он велел, ожидая, конечно, увидеть такое же множество беспокойных духов, как и в доме Зурвана. Ничего подобного! Не было ни злобных демонов, ни мятущихся душ мертвых. Я заметил лишь духов, которые бродили по таверне, то ли ища что-то, то ли пытаясь заговорить с людьми…
«А теперь, — приказал маг, — смотри дальше, забудь про обреченные на земные скитания души мертвых, на тех, кто перешел в другой мир недавно, и постарайся увидеть старых духов».
Я повиновался, и снова передо мной предстали те совершенно прозрачные, но схожие формой с людьми твари, с неподвижными взглядами и застывшими выражениями на лицах. Они заполонили всю площадь. Многие смотрели и жестами указывали прямо на меня, другие не обращали внимания. Я поднял глаза, увидел, что небо над агорой буквально кишит ими, и вскрикнул от удивления. Духи не казались взволнованными, сердитыми или растерянными — нет, они походили скорее на стражей, защитников живых, на богов или ангелов. Перемещались они стремительно. Должен сказать, что все духи не стоят на месте, только тени мертвых передвигаются неумело и неуклюже, старые духи — медленно и совсем по-человечески, а эти ангельские создания летали весело и так быстро, что я и не пытался за ними уследить.
Потрясенный красотой этих воздушных существ, поднимавшихся к самому солнцу, я не удержался от восторженных возгласов. И тут я увидел крадущегося ко мне духа, снедаемого голодом и отчаянием. Вздрогнув от ужаса, я отпрянул. Некоторые духи, наметив это, стали привлекать ко мне внимание остальных. Среди них были создания, представлявшие собой нечто среднее между духами мертвых и ангелами, и я отчетливо видел, как с ними сливаются другие, свирепые и злобные существа, беспорядочно метавшиеся из стороны в сторону, жутко гримасничавшие и указывавшие на меня. Потрясая кулаками, они явно искали драки.
Облако духов становилось все более плотным. Я уже не видел ни навеса над таверной, ни мостовой, ни домов на другой стороне агоры. Все пространство принадлежало только им, духам. Вдруг я ощутил чье-то прикосновение — теплое прикосновение живого человека: это Зурван тронул меня рукой.
«Сделайся невидимым, — приказал он, — и как можно плотнее окутай меня собой, а потом поднимайся и улетай отсюда. Я останусь во плоти, ибо не могу иначе, но ты защитишь меня и укроешь своим невидимым телом».
Я обернулся на него, пораженный живой яркостью его облика. Я начал исполнять приказание, расправляя и растягивая каждую клеточку тела и обвиваясь вокруг Зурвана, пока полностью не укрыл его собой. Вместе с ним я вылетел из таверны и начал подниматься все выше и выше, пробираясь сквозь толпы духов. Самые злобные демоны поначалу опешили, но быстро пришли в себя и принялись выть и шипеть, стараясь удержать нас, но я отпихивал их и летел дальше.
Мы поднялись над городом, и теперь он раскинулся далеко внизу. Снова я любовался видом полуострова, уходящего далеко в море, стоявшими на якоре судами с развевавшимися флагами, наблюдал за людьми, занятыми какой-то работой, на первый взгляд бессмысленной, но безусловно полезной.
«Унеси меня в горы, — велел Зурван. — На далекую и самую высокую в мире гору. Вокруг нее вращается солнце, на ее вершине обитают боги, — гору эту называют Меру. Лети туда».