Энн Мари – Развод. Ты моя ошибка (страница 3)

– Да, молодой, но перспективный. Так что на днях познакомитесь!

Я кивнула, продолжив обедать. А вечером домой летела со всех ног, особенно заметив свет в кухонном окне.

Лев был дома и, похоже, уже давно. В растянутой футболке, которую я давно приметила на роль половой тряпки, в старых штанах с дырой на колене, он сидел перед телевизором, щелкая пультом.

– О, Веруся, – улыбка до ушей, неужто действительно рад?

Я замерла в гостиной, подперев плечом дверной проем.

– Привет, – устало произнесла, подумав, что пора. – Нам надо поговорить, Лев.

– О чем? Если ты о моей работе, то пока все не очень.

– Я это слышала на днях.

– Тогда что? Вер, не люблю, когда ты вот так загадками и смотришь, как на убожество. Хорош, а! Лучше бы поддержала в самом деле!

– Поддержала? – моя бровь взметнулась вверх. – По-моему, я всегда так делала. По крайней мере, точно не упрекала из-за работы.

– Но тон у тебя… – начал он, а я почувствовала, как муж готов был взорваться.

На лбу выступила испарина, ноздри раздулись, он нервно отбросил пульт, сцепив пальцы в замок.

– У тебя появилась другая? – задала вопрос, еле набравшись смелости.

– Ты заболела? Такие глупые вопросы, с чего вдруг?

– Я видела сообщение… Пришло ночью, там ты и девушка!

– Я и девушка? – муж побледнел или просто свет здесь был такой тусклый?

– Да. Блондинка.

– В моем телефоне? – раздраженный смешок мужа полоснул по горлу точно лезвие. – Тебе привиделось! – заявил он уверенным тоном. – Снова приснилась какая-нибудь муть.

– Я не сумасшедшая!

– Ага, однако, помнишь, ты говорила, что у тебя в кошельке были деньги, а потом вдруг исчезли… а в итоге? Где они оказались, Вер.

– В ящике стола, – выдохнула я, припоминая тот случай, когда перерыла весь дом. Сумма была большая и меня охватила паника, ведь срочно требовалось заплатить ежемесячный взнос.

– Ну вот. И сейчас тоже. Можешь поглядеть мой телефон. А насчет блондинок, – коснулся он переносицы… – Там да, есть фотка, – внезапно произнес Лев, – с дочкой Быкова. – Ты же знакома с ней… Сонька, сколько ей там лет-то?

– Сонька… – задумалась я. – Да точно. Блондинка и…

Черт, почему я номер-то не запомнила вчера, может, правда Быков прислал. Виделись же не так давно и вроде как фотографировались!

– Ну вот и разобрались. Снимай уже кофту. Иди ужинать и отдыхай, пока тебе еще что-то не привиделось от усталости, – пробормотал Лев, делая меня снова виноватой в своем плохом настроении.

Глава 4. Дима

Как же здорово просыпаться в родительском доме. Солнце сквозь тюль, шум, проезжающего вдалеке трамвая, аромат запеканки с кухни. Так бы и валялся до обеда, наслаждаясь этим давно забытым чувством уюта.

Но сегодня был, увы, тот день, когда подобное я не мог себе позволить. Договоренности прежде всего, особенно, когда обещал сам себе. Потому как бы тяжело не было, но все-таки поднялся, прошлепал в душ, слыша, как в кухне гремит посудой сестра, параллельно о чем-то болтая с очередной подружкой. Снова обсуждали какую-то местную звезду, пуская слюни.

Мне оставалось лишь посмеиваться, думая, что сестрица никак не повзрослеет. А пора бы уже. Сколько можно сидеть на родительской шее? Ладно бы предки были обеспеченные, а тут… Мама же тянула одна все: и дом, и обучение. Может, я резко повзрослел, конечно, живя один, потому и рассуждал так, но иногда хотелось дать сестре пинка для скорости, чтобы вся дурь из головы вышла.

– Тебя подвезти? – выходя из душа, крикнул Наташке.

– Нет, – недовольно пробормотала она. – Не хватало еще, чтобы нас увидели.

– Тебя серьезно это беспокоит? – не поверил ушам.

Да какая разница собственно! Или боится, что подумают окружающие, будто у нее теперь протекция в ВУЗе?!

– У тебя тачка старая, – услышал в ответ и прыснул со смеху.

Тьфу. Я-то всерьез решил, будто она не хочет, чтобы за спинами шушукались, а тут… ну старая, что поделать, я и сам не молодел.

– Лучше денег дай на такси! – спустя минуту выдала сестра, оставляя немытую посуду в раковине и собираясь уходить.

– Стоять! – скомандовал я, Наташка обернулась, непонимающе глядя. Намалеваться-то успела, ух, штукатурки-то сколько! Понятно теперь, куда часть денег уходила.

– Отстань, Дим!

– Отстану, когда помоешь за собой!

– Приду после занятий и сделаю.

– Нет уж. Сейчас.

– У меня маникюр свежий, а дома нет резиновых перчаток.

– А ты с каких пор стала леди такой, а? – наивно думал, что у меня получится сделать то, что не смог отец в свое время.

– Старый ворчливый пень, – огрызнулась она и, схватив чашку за край двумя пальцами, самыми кончиками, сполоснула ее, после чего фыркнула и ушла, громко хлопнув дверью.

Не вышло из нас лучших друзей, хотя в детстве мама на это рассчитывала. Слишком мы разными оказались, однако, ощущение не покидало, что жизнь сестру проучит, щелкнет по носу рано или поздно, чтобы мозги и совесть на место вернулись.

Убрав за собой, я тоже поехал в универ. Оказавшись внутри, вдохнул этот воздух жадно ноздрями. Кайф ловил каждый раз, оказываясь в стенах учебных заведений.

Бывшая говорила, что я болен. Это ненормально, а мне действительно доставляло удовольствие учить и учиться. Ведь каждый раз с новыми студентами я и сам заполнял какие-то пробелы.

Может, сестра и права. В двадцать восемь я старик?

Я почти уверен был, кстати, что меня возьмут. Рекомендации с предыдущего места, диплом, грамоты… было чем похвастаться, главное в грязь лицом не ударить, ну и чтобы по факту коллектив был нормальным. Без стукачей, озабоченных дамочек и ворчливых старых дев.

Наташку, между прочим, приметил в коридоре, но вида не подал.

Только увиденное не понравилось, точнее, тот толстый индюк, что высадил ее перед крыльцом десять минут назад. Дело, может, и не мое… но мужик явно был в возрасте и знаком с ней очень хорошо.

Проклятье! Надеялся, что сестра ни во что не влипнет по итогу.

А пока ждал декана, присматривался к окружающим, попивая кофе, и ведь надо было этой неумехи впечататься именно в меня. На свеженькой рубашке тут же возникла коричневая клякса. Потеря не велика, но вид уже не тот.

Девчонка, а по виду, действительно девчонка, простушка какая-то, судя по образу, смутилась, даже извиниться пыталась, но мое настроение так резко упало, что в штыки все принял.

Она еще там чем-то грозила. Вот честно, смешно!

– Старая дева, похоже, – только и заключил я, глядя той в спину. – Еще встретимся и пожалеешь. Даже мысли не было, что мне могли отказать. Тем более декан оказался нормальным мужиком, мы мило пообщались, он даже не вчитывался в мои корочки, объяснив, что с ректором по этому поводу уже общался. И вуаля… работа у меня в кармане.

– Веру Михайловну подмените. А то она и лекции, и семинары, тяжело ей приходится порой.

– Веру Михайловну? – коснулся я подбородка задумчиво, не сразу сообразив, что это скорее та самая преподавательница, что занималась с Наташей.

Очень интересно. Хотелось бы на нее взглянуть.

– Да, она молодая и скромная. Думаю, вы найдете с ней общий язык.

– А где ее можно увидеть?

– В двести восьмой, но у нее сейчас занятия.

– Хорошо, значит, на днях.

Обсудить с этой перспективной дамочкой мне было что. Декан так расхваливал ее, что стало невероятно любопытно. Но куковать несколько часов, дожидаясь, пока у той закончатся пары, я не стал. Поблудил по коридорам, познакомился с буфетчицей, методисткой второго курса, невольно подслушал даже разговор студентов, что щелкали семечки на пороге универа назло руководству.

– Да ей фига сдашь. Баба принципиальная до жути. Завалит и привет военкомат!