Энн Маккефри – Дэймия (страница 62)

– Хорошо, сэр, – отдал честь капитан и замер по стойке «смирно». Его лицо выражало гордость, сострадание и печаль.

Дэймия очнулась в почти бессознательном состоянии, борясь с чьей-то силой, заставлявшей ее спать.

– Я не в силах усыпить ее. Она сопротивляется, – прогремели вдали раскаты голоса.

Хотя голос был далеким, похожим на слабое эхо в подземных пещерах, каждый звук будто молотом стучал по ее обнаженным нервам. Всхлипывая, Дэймия попыталась хоть как-то собрать воедино свои мысли и освободиться от страшной боли. Однако выяснилось, что она не может управлять рефлексами, которые способны облегчить боль, а ее попытка позвать на помощь Афру лишь усилила агонию сознания и снова отбросила в пучину темноты. Ее сознание было таким же неподатливым, как железо, и каждая мысль крепко притягивалась к нему, словно намагниченная.

– Дэймия, не пытайся управлять своим сознанием, – прошептал ей на ухо чей-то голос.

Она узнала голос Истии, и присутствие бабушки вернуло ей душевное равновесие и уверенность в том, что она в своем уме. Она ощутила прохладное прикосновение рук Истии к своему лбу.

Девушка открыла глаза и попыталась сфокусировать взгляд на лице; склоненном над ней. Дрожащими руками она прижала пальцы Истии к своим вискам, будто умоляя уменьшить мучительную боль.

– Что случилось? Почему я не могу контролировать свое сознание? – прошептала Дэймия, и по ее лицу потекли слезы бессилия.

– Ты крайне перенапряглась, уничтожая Содана, – поведала Истия. – Но ты все-таки сделала это, ты же знаешь.

– Я ничего не помню, – простонала Дэймия, моргая, чтобы смахнуть слезы с глаз.

– Это помнит каждый Талант в ФТиТ.

– Ох, моя голова! Она совершенно пуста, но ведь я что-то должна сделать, Истия. – Дэймия попыталась приподняться, но снова рухнула на кровать. – Я что-то должна сделать, только не могу вспомнить что.

– Все, что ты должна была сделать, ты уже сделала, моя дорогая. Ты перенесла тяжелую травму и сейчас должна отдыхать, – говорила Истия нарочито монотонно, чтобы успокоить Дэймию, как в детстве.

Нежные руки гладили девушку по лицу, и Дэймия радовалась тому облегчению, которое они принесли ей. Каждое прикосновение, казалось, уменьшало страшную боль в ее голове.

– Я сейчас снова усыплю тебя, родная.

Дэймия почувствовала, как в ее руку вонзается холодная игла.

– Мы все гордимся тобой, но сейчас ты должна спать. Только сон поможет тебе снова вернуть твои ментальные силы.

Дэймия ощутила в горле холодный едкий привкус лекарства, который уже начал оказывать воздействие.

Ей показалось, что прошло лишь мгновение, когда настойчивая мысль вновь безжалостно разбудила ее.

– Я не могу понять, что происходит, – донесся до нее голос Истии. Но на этот раз он не досаждал ее воспаленному сознанию. – Последней дозы было бы достаточно, чтобы усыпить целый город.

– Она о чем-то беспокоится и, возможно, не сможет уснуть до тех пор, пока не выяснит это. Нужно разбудить ее и узнать, в чем дело.

Второй голос принадлежал мужчине. Она с облегчением поняла, что это отец. Потом девушка почувствовала, как кто-то легко ударил ее по лицу, и, открыв глаза, увидела наклонившегося к ней отца.

– Папа!.. – умоляюще проговорила она – но не потому, что он ударил ее, а потому, что хотела дать ему понять, что ей нужно.

– Дэймия, родная, – прошептал Джефф с такой любовью и гордостью, что она почти потеряла ту ускользавшую мысль, которую пыталась удержать.

Тело ее сильно напряглось, чтобы передать ментальное сообщение всего на несколько сантиметров. И это ее блестящее сознание, способное легко пересекать световые года! Однако ей все же удалось установить контакт с сознанием отца, чтобы рассказать ему о своем преступлении.

«Ларак и Афра! Они были передо мной в фокусе. Я убила их, когда пыталась уничтожить Содана. Я должна была убить их, потому что я сейчас жива!»

За спиной у Джеффа она услышала плач матери и восклицание Истии.

– Нет, нет, – мягко возразил Джефф, покачивая головой. Он взял ее руки в свои и прислонил ко лбу, чтобы она могла почувствовать искренность его слов. – Ты ни в чем не виновата, моя дорогая девочка. Да, ты извлекла силу из Ларак-фокуса, чтобы уничтожить Содана, и тебе это удалось. Только ты была способна нанести такой мощный удар! Более того, если бы ты не отбросила нас с такой силой, то Содан мог бы уничтожить всех Праймов ФТиТ. Это подтвердит и твоя мать.

Дэймия услышала, как Ровена что-то пробормотала рядом.

– Но сейчас я ничего не слышу. – Против своей воли Дэймия заплакала. – Разве я потеряла свою ментальную силу?

– Разумеется, нет. – Ровена отодвинула Джеффа в сторону и опустилась на колени у кровати дочери. Она нежно гладила ее по голове, отбрасывая волосы с залитого слезами лица. – Понимаешь, ты спасла нас всех. Ты на самом деле сделала это.

Истия мягко, но уверенно отстранила Ровену от края кровати.

– Ты должна еще немного поспать, Дэймия, – приказала она немного строго, но Дэймия не уступила ее настоянию.

– Я должна узнать все, что произошло, – настойчиво повторила девушка. Она уловила обрывок какого-то воспоминания. – Я помню… Содан нанес нам последний удар. – Она закрыла глаза, внезапно вспомнив, как попыталась перехватить и отразить этот удар. – Ларак погиб, – сказала она печально. – И Афра тоже. Я не смогла их защитить.

– Афра жив, – твердо возразила Ровена.

– А Ларак нет. Почему Ларак? – всхлипнула Дэймия, отчаянно пытаясь выяснить, что еще скрывают от нее.

– Он был фокусом, Дэймия, – вздохнув, пояснила Ровена. – Мы планировали, что фокусом будет Афра, думали использовать его опыт, но тут вступила в действие старая связь между тобой и Лараком. Ты пыталась защитить Ларака, но он не смог получить от тебя достаточно защитных сил. Мы с отцом тоже пытались прикрыть его, но он был фокусом, а ты знаешь, что обратное прохождение ментальных сил практически невозможно. Без твоей помощи мы не смогли бы даже вовремя прикрыть Афру. Сила сознания Содана была громадна.

Дэймия перевела взгляд с матери на отца и поняла, что та говорит правду. И все же они что-то скрывали от нее.

– Вы рассказали мне не все, – еле-еле сказала она, пытаясь побороть ужасную усталость и действие снотворного.

– Хорошо, – вмешался Джефф и взял ее на руки. – Кажется, с твоим слухом ничего серьезного не случилось, но тогда я не понимаю, почему ты не слышишь его храпа. Все уже давно ходят с затычками в ушах, – добавил он и понес дочь по коридору.

Затем он распахнул одну из дверей так, чтобы она могла увидеть, что происходит в комнате. Над постелью горел ночник, освещающий неподвижное лицо Афры с глубокими морщинами от усталости и боли. Не доверяя своему зрению, Дэймия прикоснулась к его сознанию, и то горестное ментальное бормотание, которое ей удалось уловить, стало для нее достаточным подтверждением, что душа Афры все еще обитает в этом измученном теле.

– Дэймия! Не делай этого! – прорычал отец и быстро унес ее обратно.

– Больше не буду, но я должна была! – всхлипнула она, и ужасная боль сжала ее мозг.

– Ты не должна делать этого, пока снова не обретешь былую силу.

И она была беспомощна перед тремя сознаниями, которые, объединившись, погрузили ее в сон.

В самых дальних уголках сознания Дэймии заворочался настойчивый шепот, который и пробудил ее от восстановительного сна. Девушка невольно съежилась, ожидая возвращения боли, но с удивлением обнаружила только небольшой дискомфорт в своем состоянии. Тогда она решила провести эксперимент и попыталась подавить остаток боли, и та сразу же исчезла. Невероятно довольная своим успехом, Дэймия села в кровати. Была ночь, легкий ветерок доносил до нее запахи, в которых она узнала ароматы Денеба. Она потянулась, и ее ногу схватило судорогой.

«Бог мой, неужели меня никто не поворачивал целый месяц? – спросила она сама у себя и отметила, что ее ментальный тон снова стал уверенным и твердым. Она легла на спину и задумалась. – Бедная Дэймия, с тех пор, как ты встретилась с тем ужасным чужим сознанием, ты превратилась в Т-4. Или в Т-9? Т-3? – Дэймия попыталась прикинуть, какая из ступеней подойдет ей теперь, но затем отбросила все эти мысли. – Ты непроходимая идиотка. Не узнаешь, пока не попробуешь».

Осторожно, но без особого усилия она «прощупала» весь дом и посчитала пульс у двоих спавших неподалеку от нее. Пульс Афры был очень слабым. «Но он есть!» – с триумфом подумала Дэймия. Этот факт заставил ее вспомнить о другом, более печальном.

Девушка выскользнула из кровати и подошла к окну. Она уже поняла, что ее и Афру в глубоком сне переправили на Денеб в лесной домик Истии. Окно комнаты выходило на поляну. Взгляд перешел от лужайки, заросшей травой, к ручейку, пробегавшему неподалеку, а затем к опушке начинавшегося за ручьем леса. Когда она увидела там что-то белое и продолговатое, ее взгляд остановился. Инстинкт подсказал ей, что это могила Ларака. Мысль о его смерти, о том, что его прикосновение покинуло ее навсегда, внезапно сломила Дэймию. Она всхлипывала, кусая костяшки пальцев и прижимая руки к груди, чтобы подавить горестные рыдания.

Внезапно из ночи и тишины до нее снова донесся тот шепот, который разбудил ее. Она напрягла все силы, чтобы определить этот звук, но тот растаял прежде, чем она смогла его уловить.