Энн Грэнджер – Свеча для трупа (страница 5)

Мередит встала, чтобы принять протянутую руку, но тут какое-то плотное тело врезалось в ее лодыжки. Мередит покачнулась и упала бы, если бы не облокотилась о стол.

– Оскар! – укоризненно воскликнула миссис Холден.

Мередит взглянула вниз. У обладателя мощного голоса были длинное туловище и очень короткие ноги, широкая крепкая грудь, длинные, лысеющие на кончиках уши, острый нос и, по обеим сторонам от него, проницательные карие глаза, которые с подозрением разглядывали незнакомого человека. Оскар оказался обыкновенной большой чернокоричневой таксой.

– Привет! – приветствовала Оскара Мередит и нагнулась, чтобы погладить его.

Оскар отбежал на безопасное расстояние и опять разразился баскервильским лаем. При этом он подпрыгивал на своих коротких ногах и то подбегал к Мередит, то отпрыгивал от нее.

– Не обращайте на него внимания! – посоветовала миссис Холден.

Мередит опустилась на стул. Оскар метнулся вперед, понюхал ее туфли и, очевидно решив, что она не представляет опасности, потерял к ней интерес. Он кинулся к двери в холл. Его нос был у земли, а хвост вздернут и напружинен, словно автомобильная антенна.

– Охотничья собака, – объяснила миссис Холден. – Это у него в крови – искать, идти по следу. На новом месте ему обязательно нужно осмотреться и все обнюхать. Он ничего не трогает и не ломает, но некоторым людям его шныряние все равно не нравится, поэтому я всегда спрашиваю разрешения перед тем, как привести его в дом.

– Маргарет, вы же знаете, что мы с Оскаром старые друзья, – сказал отец Холланд. Он стоял у раковины и наполнял водой миску. Затем он поставил миску на пол. – Попьет, когда возвратится со своего осмотра!

Со стороны входной двери донесся звук шагов. Затем раздался громкий мужской голос:

– Есть кто дома? Снова зазвенел звонок.

Оскар ответил низким полнозвучным лаем и бросился на дверь, всем своим видом выражая готовность защитить обитателей дома, – как и положено собаке.

– А вот и они, – пробормотал отец Холланд. – Мередит, пожалуйста, угостите Маргарет чаем. Маргарет, прошу меня извинить. Я ненадолго – по крайней мере, я на это надеюсь.

Он вышел из кухни.

– Оскар, перестань! – послышался его голос.

– Наверно, нужно пойти и привести его. – Маргарет повернулась было к двери, но тут Оскар вернулся. Священник вел его за ошейник. Оставив собаку в кухне, он недрогнувшей рукой закрыл дверь перед ее носом. Оскару явно не понравилось такое бесцеремонное обращение. Он разрывался между желанием послушать, что происходит в холле, откуда его выставили, и устроить собачий концерт по заявкам.

Из холла некоторое время слышалось невнятное бормотание мужских голосов, затем все стихло. Оскар повел носом.

– Вуф? – вопросительно гавкнул он. Но добычи и след простыл.

Маргарет Холден снова выпустила его в холл. Он вылетел как ракета, залился лаем – очевидно, в качестве констатации, что последнее слово осталось за ним, – затем замолчал и посеменил искать другую, более перспективную дичь. Маргарет вопросительно посмотрела на Мередит. Ресницы у нее были пепельные, в цвет волос, и из-за этого глубоко посаженные сине-серые глаза выглядели странно голыми.

«Почему она не пользуется тушью для глаз, – подумала Мередит, – или хотя бы не покрасит их стойкой краской, как многие сейчас делают?»

– Что-то случилось? Джеймс был сам не свой. Я надеюсь, ничего страшного не произошло? – Говоря так, Маргарет поставила свою кожаную сумочку на стол, рядом с поводком Оскара. Что-то в ее произношении, в том, как тщательно она выговаривала слова, указывало на то, что английский язык был ей не родной.

– Я толком не знаю, – ответила Мередит. – Я сама только что пришла, а он большую часть времени говорил по телефону. Давайте я заварю вам чаю.

Маргарет сняла перчатки, разгладила каждую ладонью и положила их – одну поверх другой – на сумочку. Казалось, она задумалась.

– Интересно, надолго ли он ушел? Вы, случайно, не знаете, на похороны миссис Грешам будут допущены только родственники или желающие тоже могут прийти?

– Миссис Грешам? – Мередит поставила чашку на стол. – Простите меня, миссис Холден, боюсь, я ничего об этом не знаю.

Оскар ворвался в кухню, подбежал к миске, оставленной для него священником, расплескал воду по всему полу и снова исчез. Его частый топот донесся с лестницы.

– Боже мой, он пошел наверх, – пробормотала Маргарет. – Ну ладно, может, он сам спустится. Ну конечно, вы не были знакомы с миссис Грешам! Вы же не так давно живете в Бамфорде. Она недавно умерла. Ее семья была одной из самых уважаемых в городе. Они серьезно занимались городскими делами. Когда я только приехала сюда, она была членом приходского и окружного советов. Она очень интересовалась карьерой Ларса. Я была у нее в гостях незадолго до смерти, и она подарила мне вот это. – Маргарет дотронулась до броши. – Так мило с ее стороны.

«Теперь понятно, почему она надела украшение в духе последнего Эдуарда, не совсем уместное в наше время, когда набирают силу движения за сохранение дикой природы», – подумала Мередит.

– Она была очень добра ко мне, и я хотела бы присутствовать на панихиде, если она будет открытой, – сказала Маргарет.

Женщина продолжала говорить, но казалось, она думает о другом. Едва заметная морщина лежала на ее гладком лбе, а речь то и дело прерывалась паузами. Затем морщина разгладилась.

– Я собиралась позвонить вам, Мередит, и пригласить вас с Аланом на ужин в следующую субботу, – сказала она. – Возможно, я немного опоздала с уведомлением – приношу свои извинения. Дело в том, что на обеде будет присутствовать мой сын. Если я хочу, чтобы Ларс принял участие в каком-либо мероприятии, мне приходится подстраиваться под его весьма загруженное расписание. И всегда до самого последнего момента кажется, что обстоятельства помешают ему покинуть Лондон. Иногда именно так и происходит. – Ее лицо омрачилось и мгновенно постарело. Но также мгновенно вернулась властная речь и манера держаться. – Однако он обещал приехать в эти выходные. Я хочу пригласить и отца Холланда. Вы ведь незнакомы с моим сыном?

Это было больше утверждением, чем вопросом. Если бы Мередит была знакома с Ларсом Холденом, Маргарет Холден была бы в курсе. А если бы они когда-либо встречались и сын не сообщил об этом матери, то она, как чувствовала Мередит, непременно пожелала бы узнать почему.

Мередит была рада, что может с чистой совестью ответить:

– Нет, мы незнакомы. Но я видела его как-то на празднике, только издали.

– В таком случае вы просто обязаны прийти. Ларс очень интересуется внешними связями Великобритании.

Мередит пришло в голову, что давать детям иностранные имена довольно рискованно. С одной стороны, такое имя определенно легче запомнить. С другой – Ларсу Холдену, наверное, не очень нравится объяснять всем вокруг, почему его так зовут.

– Я с удовольствием приду. Не могу сказать точно, будет ли Алан свободен, но, насколько я знаю, на субботу у него никаких планов нет. Но имейте в виду, что на следующей неделе нас не будет. Мы отправляемся в плавание по каналам. – В голос Мередит сама собой прокралась мрачная нотка.

Перед глазами у нее возникла непрошеная картинка – та самая, которая в последнее время часто не давала ей покоя. На ней они с Аланом, дрожа от холода, жались друг к другу в тесной лодочной рубке и размешивали в кружках суп из пакетиков, по деревянной крыше беспрестанно колотил дождь, а канал вокруг был противного серо-зеленого цвета.

У них над головами Оскар пробежал по участку голого пола. Его когти стучали по доскам, добавляя картинке правдоподобия. Мередит выбросила ее из головы.

– В самом деле? Думаю, это неплохой способ отдохнуть. – Миссис Холден пустила в ход стандартную формулу вежливости. Она достала из кармана записную книжку и что-то отметила в ней, предположительно фамилию Мередит. – Я позвоню Алану. – Она убрала записную книжку и улыбнулась. – Когда сын приезжает в свой избирательный округ, я исполняю обязанности хозяйки на приемах и его личного секретаря.

– А Ларс – это семейное имя? – Мередит одолело любопытство.

– Да. Так звали моего отца. Я ведь шведка. – Маргарет взглянула на часы: маленькие, изящные, золотые. Мередит снова пришла на ум аляповатая брошь. – Думаю, я не стану дожидаться Джеймса. Он может долго не вернуться, а у меня много дел. Давайте договоримся на семь – семь тридцать в субботу?

Она встала, взяла сумочку, перчатки и поводок и направилась к двери. Оттуда она вдруг обернулась и спросила:

– Вы правда не знаете, что случилось?

– Почему ушел отец Холланд? Нет, не знаю.

Мередит понимала, что это ложь во спасение. Но священник просил ее не говорить никому о найденном теле. Да и, как он верно заметил, и так скоро все узнают. Хотя высокомерная мать члена парламента вряд ли причисляла себя ко «всем».

– Ясно.

У Мередит возникло чувство, что Маргарет Холден ей не поверила. Несколько мгновений на ее губах трепетал следующий вопрос, но она только добавила:

– Спасибо за чай. До субботы.

Она вышла в холл. Было слышно, как Оскар шумно спускался по лестнице.

– Стой спокойно! – велела ему хозяйка. Мередит мельком увидела, как она пристегнула ему поводок.

Щелкнула входная дверь. Возник и стал удаляться шум автомобильного двигателя.