Энергия Сфирот – Тайные общества: Стражи преданий (страница 1)
Энергия Сфирот
Тайные общества: Стражи преданий
Часть 1. Определение границ и природа эзотерического знания
Прежде чем мы погрузимся в хитросплетения историй конкретных орденов, их символические лабиринты и ритуальные драмы, необходимо остановиться у самого порога и задаться, казалось бы, простым, но на самом деле фундаментальным вопросом: что же мы понимаем под термином «тайное общество»? В обыденном сознании, подогретом бесчисленными романами, блокбастерами и конспирологическими теориями, это понятие обросло такой плотной корой стереотипов, что разглядеть подлинное историческое и культурное явление под ней становится крайне трудно. Для кого-то это всемогущие кукловоды, дергающие за ниточки мировой политики из тени. Для кого-то — экзотические клубы для избранных, где пьют дорогой коньяк и носят странные мантии. Для третьих — пережиток прошлого, средневековый анахронизм, не имеющий отношения к современной реальности. Все эти представления содержат в себе крупицу истины, но лишь крупицу, искаженную до неузнаваемости.
Тайное общество в классическом, академическом понимании, которое мы будем использовать как рабочий инструмент на протяжении всего этого мануала, представляет собой гораздо более сложный, тонкий и интересный феномен. Это не просто организация с уставом и членскими взносами, доступ в которую ограничен. И уж точно это не группа заговорщиков, собирающихся в сырых подвалах для планирования переворота (хотя политические аспекты, конечно, присутствовали в их истории). Тайное общество — это прежде всего носитель и хранитель особого типа знания. Знания, которое принципиально отличается от информации, накопленной в университетах, или от догматов, провозглашаемых церковью. Это знание эзотерическое.
Само слово «эзотерика» происходит от греческого esoterikos — «внутренний». Оно подразумевает, что существует некое знание, предназначенное не для всех, а лишь для узкого круга «внутренних» людей, прошедших специальную подготовку. Но почему? Почему знание о мире, о Боге, о человеке не может быть открыто для всех? Ответ на этот вопрос лежит в основе философии всех мистериальных культов и орденов. Они утверждают, что истина о бытии, о жизни и смерти, о скрытых силах природы и духа не может быть просто изложена в виде текста и передана любому желающему. Она многомерна, парадоксальна и, если угодно, опасна для неподготовленного ума. Подобно тому, как слепой, никогда не видевший света, не способен понять, что такое цвет, а человек, не знающий математики, не увидит в формуле красоту дифференциального уравнения, так и непосвященный, не прошедший через определенные внутренние трансформации, не сможет вместить в себя эзотерическое знание. Оно будет для него либо бессмысленным набором символов, либо, что хуже, поводом для гордыни или причиной разрушения психики. Поэтому знание это облекается в форму символов, аллегорий и ритуалов, которые постепенно, шаг за шагом, раскрывают свой смысл тому, кто готов идти по пути.
Таким образом, первым и главным признаком тайного общества является наличие эзотерической доктрины. Это не просто свод правил или идеология. Это сложная картина мира, включающая в себя космологию (учение о строении Вселенной), психологию (учение о строении души и ее способностях) и сотериологию (учение о пути спасения или освобождения). В разных орденах эта доктрина выглядит по-разному: у масонов это аллегория строительства Храма Соломона и символизм инструментов каменщиков; у розенкрейцеров — синтез христианства, алхимии и каббалы, нацеленный на «великое делание» — преображение человека и мира; у теософов — сложная эволюционная космология, вобравшая в себя идеи индуизма и буддизма. Однако объединяет их всех убеждение в том, что за видимой, профанной реальностью скрывается иная, истинная реальность, и что человек способен не просто узнать о ней, но и войти в контакт с ней, изменив себя.
Второй неотъемлемый признак — это иерархическая структура инициации, или посвящения. Тайное общество — это лестница. Нельзя запрыгнуть на верхнюю ступень, минуя нижние. Путь внутрь ордена — это путь вверх по этой лестнице, где каждая ступень (градус, степень) открывает перед адептом новый пласт знания и дает новую силу. Инициация — это не просто церемония приема. Это психологическая и духовная драма, призванная произвести в неофите глубокую внутреннюю перемену. Как мы подробнее рассмотрим в десятой части, ритуал инициации часто включает в себя символические смерть и новое рождение. Человек должен умереть как профан, как существо, живущее исключительно мирскими заботами и иллюзиями, и родиться как адепт, осознавший свое высшее предназначение и приобщившийся к братству. Этот процесс, отраженный в мифах об Осирисе, об умирающих и воскресающих богах, о строителе Хираме, является архетипическим и универсальным. Он гарантирует, что знание не будет передано случайному человеку: чтобы получить следующий градус, нужно прожить определенный опыт, доказать свою готовность и зрелость.
Третий признак — наличие внутренней культуры и четкой границы, отделяющей членов братства от внешнего мира, от «профанов». Профан — ключевое понятие. Оно не несет в себе того уничижительного оттенка, который мы вкладываем в него сегодня. Профан — это просто тот, кто стоит вне храма (pro fanum — перед храмом). Он не посвящен. Для внутренней жизни ордена это разделение жизненно важно. Оно создает особое пространство — пространство доверия, где можно говорить на особом языке символов, не опасаясь быть непонятым или осмеянным. Оно создает узы братства, которые часто оказываются крепче кровных уз. Члены ордена узнают друг друга по тайным знакам, рукопожатиям и паролям, что в исторические периоды гонений было вопросом физического выживания, а в мирное время — способом поддержания мистической связи. Эта закрытость порождает бесчисленные слухи и подозрения, но для самих членов ордена она является необходимым условием сохранения чистоты и действенности их внутренней работы. Стеклянные стены, за которыми все видно, разрушают ту особую атмосферу, в которой только и возможна глубокая трансформация.
Природа знания, которое охраняют эти «стражи преданий», заслуживает отдельного и самого пристального внимания. Это знание гностическое. Термин «гнозис» (греч. gnosis — знание, познание) в данном контексте означает не интеллектуальное, рассудочное знание, а знание-переживание, знание-откровение, непосредственное постижение божественной реальности. Это опыт встречи человека с чем-то, что превышает его самого, но что одновременно является глубинной основой его собственного существа. В раннехристианских гностических сектах, которые во многом были предтечами позднейших эзотерических орденов, гнозис понимался как «искра» божественного света, заточенная в материальном мире, которая должна пробудиться и вернуться к своему источнику.
В этом смысле гностическое знание противоположно вере. Вера требует принятия догмата на основе авторитета церкви или священного текста. Гнозис требует личного опыта. Человек не верит, что Бог есть; он знает это, потому что встретил Его в глубине своего сердца. Он не верит в бессмертие души; он пережил состояние выхода за пределы тела. Такое знание нельзя передать через проповедь. Его можно только пробудить в другом, создав для него соответствующие условия. Именно это и делали мистериальные культы древности, именно это делают посвященные мастера в тайных обществах. Они выступают не как учителя, передающие информацию, а как проводники, помогающие ученику совершить собственное внутреннее путешествие.
Отсюда вытекает ключевая роль принципа передачи от учителя к ученику. В любой подлинной эзотерической традиции ценится не столько то, что ты знаешь, сколько то, от кого ты это получил. Цепочка посвящений, идущая от легендарного основателя (Гермеса Трисмегиста, Хирама Абиффа, Христиана Розенкрейца, восточных Махатм) через века, называется «апостольской преемственностью» или «цепью традиции». Она служит гарантом того, что знание не исказилось, что «ключ» к пониманию символов не был утерян. Передача происходит не только через слова, но и через особый магнетический контакт, через «влияние», которое оказывает мастер на ученика. Это похоже на то, как ремесленник передает ученику не только знание пропорций, но и само чувство материала, «хватку», которую невозможно описать в учебнике. В эзотерике этот процесс считается фундаментальным. Именно в нем, а не в книгах и архивах, заключается подлинное сокровище ордена.
Эта живая нить передачи делает историю тайных обществ не просто собранием фактов, а увлекательным детективом. Исследователь постоянно сталкивается с вопросом: где реальная история, а где миф, созданный для легитимации традиции? Претендовали ли масоны XVIII века на реальную связь со строителями Соломонова храма, или это была красивая аллегория? Существовал ли Христиан Розенкрейц на самом деле, или он был литературным персонажем, вокруг которого сплотилось духовное движение? Ответы на эти вопросы редко бывают однозначными. Часто оказывается, что миф, даже будучи вымышленным, обладает огромной силой и способен вдохновлять людей на реальные поступки и реальную внутреннюю работу на протяжении столетий. «Виртуальная» традиция становится реальной, потому что в нее верят и живут ею.