Энергия Сфирот – Свиток Гекаты: искусство священного взаимодействия с силами космоса (страница 1)
Энергия Сфирот
Свиток Гекаты: искусство священного взаимодействия с силами космоса
Часть 1. Философские основы и космология античного магизма
Природа одушевленного космоса
Для того чтобы прикоснуться к миру греко-римской магии, необходимо в первую очередь отказаться от современного механистического взгляда на вселенную. Мы привыкли воспринимать мир как совокупность бездушных объектов, подчиняющихся слепым физическим законам. Античный человек, напротив, видел космос живым, дышащим и разумным. Само слово «космос» означало не просто «пространство» или «вселенная», а «порядок», «красоту», «строй». Это был прекрасно организованный организм, каждая часть которого находилась в гармоничной связи с целым. Такое мировоззрение делало магию не попыткой нарушить законы природы, а скорее искусством навигации по её скрытым течениям, использованием сил, которые заложены в самой структуре бытия.
Представление об одушевленности мира восходит к самым ранним орфическим и пифагорейским учениям. Пифагор учил о «музыке сфер» — неслышимой гармонии, порождаемой движением небесных тел. Душа человека, по его мнению, родственна этой небесной гармонии и способна вступать с ней в резонанс. Магия в этом контексте становилась способом настройки человеческой души на космический лад, подобно тому, как лира настраивается в унисон с другой лирой. Маг не приказывает вселенной, он учится звучать с ней в одной тональности, и тогда его намерения, облеченные в слово и действие, находят естественный отклик в мире.
Эта концепция получила свое наиболее полное развитие в школе стоиков. Стоицизм, возникший в Афинах около 300 года до нашей эры, предложил стройную систему, в которой мир пронизан всепроникающим началом — пневмой. Пневма понималась как творческий огонь, или «дыхание», которое одновременно является и материальным, и разумным. Это божественный Логос, который пронизывает все сущее, подобно тому, как мед пронизывает соты. Для стоиков боги не находились где-то за пределами мира, они были имманентны ему, являясь различными проявлениями единой огненной силы. Зевс — это сам разумный космос, Афина — его премудрость, Афродита — сила притяжения и любви, соединяющая разрозненные элементы в единое целое.
Из этого вытекает фундаментальный принцип симпатии. Если все вещи в мире состоят из одной и той же пневмы и управляются одним Логосом, то между ними неизбежно существуют невидимые связи. Изменение состояния одного объекта влечет за собой изменение другого, даже если они разделены пространством. Это похоже на паутину: если дрожит одна нить, вибрация передается всей сети. Симпатия объясняла, почему определенные травы соответствуют определенным планетам, почему камни могут влиять на душевное состояние человека и почему произнесение имени бога в одном месте может привлечь его внимание, где бы он ни находился. Магия была практическим приложением этого принципа: маг искал и усиливал эти естественные симпатические связи, чтобы достичь желаемого эффекта.
Логос как творящее слово
В центре античного магического мировоззрения находится понятие Логоса. Это одно из самых многозначных и глубоких слов в греческом языке. Оно означает и «слово», и «речь», и «смысл», и «закон», и «принцип», и «разум». Гераклит Темный первым употребил его для обозначения универсального закона, по которому существует космос. Люди, говорил он, живут так, будто у каждого свой разум, но Логос един для всех. В магической практике это единство обретает конкретное выражение: правильно произнесенное слово, если оно созвучно Логосу, обретает творящую силу.
Для античного мага не существовало пустых звуков. Каждое имя бога было не просто условным обозначением, а онтологической сущностью. Произнести имя — значит прикоснуться к самому божеству, вызвать его присутствие. Вот почему в магических папирусах мы встречаем длинные перечни имен и эпитетов, часто на разных языках: египетском, еврейском, вавилонском. Считалось, что чем больше у божества имен, тем полнее удается охватить его неописуемую природу. Кроме того, существовали тайные, сокровенные имена, которые сообщали божеству его родители при рождении. Знание такого имени давало магу власть, потому что оно выражало самую суть бога.
Но не только имена богов обладали силой. Сами звуки, гласные и согласные, рассматривались как носители определенных вибраций. В греческом языке гласные звуки считались особенно священными, так как они составляют основу пения и музыки. Семь греческих гласных соотносились с семью планетами и семью небесными сферами. Пропевание гласных в определенной последовательности, часто называемое «вокализация», было мощным теургическим приемом. Это не было пением в нашем понимании; скорее, это было ритмичное и сосредоточенное произнесение звуков, которое настраивало душу практика на вибрации космоса, открывая ее для нисхождения божественного света.
Платон в своем диалоге «Кратил» задается вопросом о правильности имен. Спор между Гермогеном, считавшим имена условными договоренностями, и Кратилом, видевшим в них естественное подобие вещей, так и не был окончательно разрешен. Магическая традиция решительно встала на сторону Кратила. Для мага имя есть образ вещи, ее эйдос, запечатленный в звуке. Поэтому изменение имени могло изменить судьбу человека. Поэтому знание истинного имени демона давало власть над ним. Логос в магии — это мост между миром идей и миром вещей, между божественным замыслом и чувственной реальностью.
Иерархия бытия: от единого к материи
Платоническая традиция, особенно в ее неоплатоническом изводе, разработала детальную картину устройства вселенной, которая стала теоретической основой для высшей магии — теургии. Эта картина иерархична: все сущее происходит из единого первоистока, но по мере удаления от него утрачивает совершенство и полноту бытия. Понимание этой иерархии необходимо для мага, потому что его работа заключается в восхождении по этой лестнице или в привлечении высших сил на нижние ступени.
Вершиной всего является Единое, или Благо. Оно находится за пределами бытия и мышления. О нем нельзя ничего сказать, потому что любое высказывание ограничивает его. Единое — это чистый потенциал, источник всего, но сам он — ничто из того, что из него проистекает. Следующая ступень — Ум. Здесь происходит первое разделение: Единое созерцает само себя и порождает мир идей. Ум наполнен вечными, неизменными образцами всех вещей, которые когда-либо существовали или будут существовать. Это мир богов в их чистой, умопостигаемой форме. Здесь пребывают архетипы Зевса, Афины, Аполлона — не те антропоморфные фигуры, о которых рассказывают мифы, а совершенные, невыразимые принципы.
Третья ступень — Душа. Она отличается от Ума тем, что находится в движении. Душа — это принцип жизни и движения. Она объемлет весь чувственный мир, оживляет его и управляет им. Мировая Душа — это посредница между миром вечных идей и миром становления. Она принимает в себя отпечатки идей и передает их материи. В свою очередь, из Мировой Души проистекают индивидуальные души людей, демонов, животных и растений. Каждая душа — это искра божественного огня, заключенная в темницу тела. Задача души — вспомнить свое небесное происхождение и вернуться назад, к истоку.
Наконец, последняя ступень — материя. В неоплатонизме, в отличие от некоторых гностических учений, материя не является злом. Она — последнее, самое слабое и отдаленное излучение Единого. Она подобна туману у подножия горы: чем дальше от вершины, тем темнее и плотнее. Но даже в этом тумане есть отблески света. Материя сама по себе бесформенна, но она способна принимать формы, которые ей сообщает Душа. Поэтому материальные вещи могут быть носителями божественных сил, если они правильно организованы и освящены. Статуя бога, изготовленная из камня или дерева, становится его обиталищем не потому, что бог сводится к камню, а потому, что камень, благодаря ритуалу, пронизывается душой и становится прозрачным для высшего света.
Демонология как учение о посредниках
Мир между богами и людьми, согласно античным представлениям, густо населен. Это царство демонов. Слово «демон» в современном языке почти всегда имеет негативный оттенок, но в древности оно было нейтральным. Демоны — это духи, занимающие промежуточное положение в иерархии бытия. Они ближе к людям, чем боги, и легче вступают с ними в контакт, но они обладают большей силой и знанием, чем люди. Платон в «Пире» устами Диотимы объясняет, что демоны — это вестники и толкователи, переносящие молитвы людей к богам и повеления богов к людям.
Демоны неоднородны. Существует великое множество их видов и разрядов. Одни демоны приставлены к отдельным людям от рождения как гении-хранители. Другие обитают в определенных местах: в рощах, горах, реках, источниках. Это нимфы, дриады, наяды. Третьи служат богам как их слуги и исполнители воли. Четвертые — это души умерших людей, которые в зависимости от того, как они прожили жизнь, становятся благодетельными героями или блуждающими, неупокоенными тенями. Существовали также демоны, которых сегодня мы назвали бы злыми: существа, питающиеся разложением, страстями, кровью. Они привлекаются местами казней, скотобойнями, нечистотами.