Эндрю Тэйлор – Королевский порок (страница 55)

На следующее утро Кэт ждало новое потрясение, еще одна неожиданная встреча, на этот раз в печатной мастерской господина Ньюкомба. Они с Доркас стояли в толпе других разносчиц и ждали, когда им заплатят за доставку предыдущего выпуска и раздадут следующий.

И вдруг в дверях появился Марвуд. Кэт тут же опустила голову и искоса поглядела на него. Марвуд втянул в себя воздух. В мастерской стоял насыщенный запах свежих чернил, еще не успевших высохнуть на бумаге. Должно быть, здесь Марвуд чувствует себя в своей стихии, ведь в подобной печатне прошло его детство.

При виде постороннего человека все тут же притихли и замерли. Повисла напряженная пауза. Комната была забита до отказа, в основном женщинами всех возрастов. Спасаясь от утреннего холода, разносчицы кутались в шали и плащи. Все они поглядывали на Марвуда, но быстро отводили взгляды. Женщины застыли как статуи, словно боясь сделать неловкое движение.

«Значит, это и есть власть – или, по крайней мере, что-то близкое к ней», – подумала Кэт. Эта сцена вызвала у нее неприятное чувство. Марвуд – секретарь господина Уильямсона, и печатник Ньюкомб во всем ему подчиняется. В его силах по щелчку пальцев лишить их всех заработка.

В тишине Марвуд обвел всех взглядом, будто наслаждаясь тем, что их судьба в его руках.

– Продолжайте, – велел он. Кэт уловила в его голосе резкие нотки. – Не тратьте время зря.

У двери за деревянной конторкой стояли поденщик и подмастерье господина Ньюкомба. Поденщик выдавал разносчицам плату за понедельник, некоторые женщины расписывались в ведомости, но большинство лишь ставили крестик или оставляли на бумаге чернильный отпечаток большого пальца в подтверждение, что получили деньги.

А перед подмастерьем лежал другой документ – список маршрутов по Лондону, количество экземпляров газеты и имена разносчиц. Позади него, у двери, ведущей непосредственно в мастерскую, стоял маленький, перемазанный чернилами мальчик, один из сыновей господина Ньюкомба, он бегал за новыми связками газет и выдавал их женщинам, а подмастерье ставил галочки в списке.

Доркас объяснила Кэт, что господин Марвуд и господин Уильямсон требуют, чтобы на всех этапах выпуска «Газетт» соблюдался строгий порядок, отраженный в отчетности. Экземпляр каждого листа газеты сохраняли, и раз в полгода их переплетали в одну книгу вместе с подробными отчетами о расходовании средств, выделенных от имени короля. Обо всем этом Доркас рассказывала Кэт с гордостью, будто документы напрямую связывали ее с королем, – можно подумать, его величество лично изучал каждый разворот, каждую строчку в отчете.

Марвуд встал за стойкой. Он сделал вид, что изучает списки и проверяет суммы денег, которые выплачивал поденщик.

– Продолжайте, – повторил Марвуд. – Я буду наблюдать за процедурой.

Прислонившись к стене, он стал следить за происходящим. Женщины по одной, по две подходили к стойке. И вот настала очередь Кэт и Доркас, маленькой женщины с кожей, напоминавшей скорлупу грецкого ореха. Кэт не поднимала глаз. Вот поденщик сунул руку в кожаный кошелек и отсчитал нужную сумму. Доркас поставила в ведомости крестик. Почерк у Кэт был весьма красивый и разборчивый, но в этот раз девушка нацарапала на бумаге пару корявых букв вместо подписи.

Затем обе женщины подошли к подмастерью, а от него направились к сыну печатника. Мальчишка уже протягивал им связки «Газетт», но тут Марвуд побарабанил костяшками пальцев по стойке. Сын печатника застыл.

– Я желаю осмотреть эту связку, – объявил Марвуд. – Мне кажется, она слишком тонкая. – Он заглянул в список. – В каждой стопке должно быть по пятьдесят экземпляров. Что ж, проверим.

Поденщик прокашлялся:

– Клянусь, все экземпляры на месте, сэр, от первого до последнего. Господин Ньюкомб не допускает оплошностей.

– Однако не мешает в этом убедиться, – парировал Марвуд. – Вы же не будете мне перечить?

– Нет, конечно, сэр. Прошу прощения.

Марвуд огляделся по сторонам, сделав вид, будто выбирает из разносчиц одну.

– Вы. – Он ткнул пальцем в Кэт. – Да, вы. Здесь слишком многолюдно. Выйдем в коридор, и у меня на глазах вы пересчитаете все экземпляры в связке.

Кэт почувствовала, что краснеет. Доркас рядом с ней напряглась и бросила на Марвуда взгляд, исполненный враждебности, но тут же опустила голову. Пожилая женщина, по всей видимости, решила, что Марвудом движет вовсе не внимание к мелочам, а похоть. Остальным, видимо, пришла в голову та же мысль.

Кэт вышла вслед за Марвудом в коридор. Он велел ей закрыть дверь. И тут девушка не выдержала. Каким же надо быть напыщенным индюком, чтобы расхаживать по мастерской с таким видом, будто ему принадлежит и здание, и все, кто в нем находится, включая Кэт. Девушка устремила на него негодующий взгляд.

– Женщины думают, будто вы сейчас целуете меня и лезете мне под платье, – прошипела она. – Как вы посмели?

– Уж лучше такое объяснение, чем правда, – возразил Марвуд. – Я вернулся в Лондон вчера вечером. Прежде чем отправиться в Уайтхолл, я должен поговорить с вами наедине. Развяжите стопку – вдруг кто-нибудь войдет?

Кэт с яростью атаковала ни в чем не повинный узел на бечевке.

– Как поживаете? – тихо осведомился Марвуд.

– Могло быть и хуже. – Она подняла на него взгляд. – Не могу сказать, что моя нынешняя жизнь приятна, но, по крайней мере, никто меня не беспокоил. – Девушка поджала губы. – Кроме вас, разумеется. Где вы пропадали? Я уж думала, вы про меня забыли.

– Не успели мы вернуться из Вур-Грин, как за мной послал король. В тот же самый вечер.

– Господи помилуй! Его величество знает обо мне?

– О том, что вы здесь, – нет. Кажется, он до сих пор считает вас виновной в убийстве кузена, хотя трудно судить, что у короля на уме. Но его величество вызвал меня не для того, чтобы поговорить об убийстве. Король приказал мне сопровождать леди Квинси во время ее поездки в Кембриджшир. Из Лондона мы выехали в пятницу на рассвете.

Кэт удивилась:

– Это поручение как-то связано с гибелью Эдварда?

– Не знаю. Очень возможно, однако даже не берусь предположить, каким образом. Ваш кузен оказался замешан в интриге, но не осознавал, насколько она масштабна и опасна. За свою ошибку Эдвард Олдерли заплатил жизнью. – Марвуд отвел взгляд. – Хотя, может быть…

«Хотя, может быть, интрига не имеет отношения к смерти Эдварда», – мысленно закончила фразу Кэт. Мысли Марвуда были написаны у него на лбу: он подозревает, что Кэт самолично расправилась с кузеном, ведь она поклялась его убить. Уж Марвуду ли не знать, что Кэт не боится постоять за себя и готова пустить в ход любое оружие, которое окажется под рукой. На глазах у Марвуда Кэт столкнула отца Эдварда с верхушки башни собора Святого Павла. Он знал, что Кэт пыталась убить и самого Эдварда после того, как тот ее обесчестил, и в результате она покалечила кузена на всю жизнь. А когда они с Марвудом встретились в первый раз, Кэт прокусила ему руку до кости, а ведь молодой человек, как потом выяснилось, просто хотел ей помочь. Кэт вела себя совсем как кошка, за которой на прошлой неделе она наблюдала возле платной конюшни: почуяв угрозу, сразу начинала шипеть и царапаться. И что же здесь неправильного?

Кэт нахмурилась:

– Что моей тете делать в Кембриджшире? И зачем ей понадобилось, чтобы вы ее сопровождали?

– Леди Квинси ездила по семейному делу, – пробормотал Марвуд. – Но сейчас не до того. Об этом поговорим потом.

Кэт почувствовала, что он смущен, и решила не отступать:

– А почему она взяла с собой вас?

– Король мне доверяет.

Кэт фыркнула:

– Полагаю, тетушка Квинси тоже.

Марвуд промолчал.

– А как дела у господина Хэксби? – спросила девушка. – Его уже отпустили?

– О его судьбе мне ничего не известно. Как раз собираюсь расспросить о нем кого-нибудь в Уайтхолле.

– Вы должны его вызволить. – Приблизившись к Марвуду вплотную, Кэт пристально уставилась на него. – Господин Хэксби нездоров. К тому же он ни в чем не виноват.

– Сделаю для него все, что в моих силах.

– Скажите, что я в надежном месте, и передайте, что я думаю о нем. Когда встретитесь с ним, пожалуйста, передайте мне весточку через Маргарет.

Марвуд кивнул и отвернулся. Кэт едва сдерживала подступающий страх. Что, если господина Хэксби нет в живых? Одна мысль об этом повергала ее в отчаяние.

– Не могу дождаться, когда закончится эта история, – вдруг призналась Кэт. – Ненавижу прятаться по углам. Я хочу вернуться к моему труду. Что происходит в Кларендон-хаусе? Работы в павильоне остановлены?

– Точно не знаю. Я должен встретиться с господином Милкотом. Спрошу у него. Сейчас у лорда Кларендона тяжелые времена. Полагаю, у него много забот посерьезнее обустройства сада.

– Я видела его вчера во второй половине дня. Не лорда Кларендона, а господина Милкота.

– Он вас заметил? – сразу встревожился Марвуд.

Кэт торопливо покачала головой.

– Он спешил, к тому же шел дождь.

Марвуд устремил на девушку испытующий взгляд.

– Где вы его встретили?

– На Ботольф-лейн, со стороны Темз-стрит.

– Там ведь почти ничего не осталось?

– Зато временных убежищ хватает, – ответила Кэт. – Почти все подвалы расчистили. «Зеленый дракон» открылся снова. А на Ботольфской пристани почти так же оживленно, как раньше.

– Зачем вы туда ходили?

Кэт взглянула на Марвуда с неудовольствием: ей не понравилось, что он учиняет ей допрос. Девушка пожалела, что упомянула о Милкоте.