Энди Уир – Артемида (страница 65)

Кресло мистера Доаня под центральным экраном пустовало. Я уселась на его место и осмотрела пульт управления системой подачи воздуха. Надписи были на вьетнамском, но в целом все было понятно. Отчасти потому, что один из экранов показывал полную схему системы со всеми имеющимися трубами и воздухопроводами. Сами понимаете, схема была изрядных размеров.

Я рассмотрела чертеж и сразу же обратила внимание на систему аварийной подачи воздуха, которая была маркирована красным.

– О’кей, где тут у нас основной вентиль? – Я водила пальцем по различным красным линиям на схеме, пока не нашла трубопровод, подсоединенный к Центру жизнеобеспечения. Потом я увидела иконку, напоминающую вентиль. Ага, северо-западный угол…

Комната представляла собой настоящий лабиринт из труб, цистерн и кранов, но я уже поняла, что мне было нужно: третий вентиль слева в северо-западном углу. По пути туда я наткнулась на лежащего на полу Доаня. Судя по положению тела, он попытался добраться туда же, куда и я, но не успел.

Я схватилась за вентиль обеими руками и повернула: глухой рев воздуха под давлением наполнил комнату.

В кармане запищал мой Гизмо. Это было так неожиданно, что я машинально выхватила из-за пояса трубу, приготовившись к защите. Потом убрала оружие на место, тряхнула головой, в раздражении от собственной глупости, и ответила на звонок.

– Джаз! – раздался голос Дейла. – Ты в порядке? Мы тут отключились на минутку.

– Все в порядке, Дейл, – ответила я. – Я сейчас в Центре жизнеобеспечения, открыла клапан аварийной продувки системы. Как вы там?

– Пришли в себя. Правда, ощущение мерзкое. Понятия не имею, почему мы проснулись.

Послышался голос Санчез:

– Наши легкие поглотили весь хлороформ, находившийся в кабине ровера. Как только концентрация упала ниже 2500 единиц, усыпляющее действие прекратилось.

– Я включил громкую связь, – сказал Дейл.

– Санчез, я весьма рада, что с тобой все в порядке, – холодно ответила я.

Она не обратила ни малейшего внимания на мою стервозную интонацию:

– Продувка работает?

Я побежала назад к экранам контрольной системы. Во всех куполах теперь мигали желтые сигналы, которых прежде не было.

– Вроде бы да, – ответила я. – Система включила предупреждающие сигналы по всему городу. Если я правильно понимаю, они указывают на работающие аварийные клапаны. Так что работает.

Я попыталась растолкать одного из техников, лежавшего в кресле рядом со мной, но он даже не шевельнулся. Впрочем, это было понятно: даже при абсолютно чистом воздухе людям понадобилось бы время, чтобы очнуться. Они целых полчаса дышали анестетиком прямиком из XIX века.

– Подождите секундочку, – сказала я, – сейчас нюхну, какой здесь воздух.

Я чуть оттянула маску и сделала крошечный вдох. И немедленно рухнула на пол. Сильная слабость мешала встать. Я подавила подступившую тошноту и снова прижала маску к лицу:

– Не пойдет… – пробормотала я. – Воздух еще плохой…

– Джаз? – встревожился Дейл. – Смотри, не потеряй сознание!

– Я в порядке, – выдавила я, поднимаясь на колени. С каждым вздохом из баллона мне становилось легче. – Похоже, нам придется подождать. Потребуется время, чтобы воздух полностью обновился. Но дело пошло.

Судя по всему, боги меня услышали и решили как следует посмеяться. Не успела я закончить фразу, как звук ревущего в трубах воздуха стал слабеть и наконец совсем затих.

– Ребята, воздух больше не идет.

– Почему? – спросил Дейл.

– Сейчас выясню! – Я бросила взгляд на экраны, но там информации не было. Пришлось снова обратиться к схеме. Главный аварийный клапан находился прямо в Центре жизнеобеспечения и вел к основной цистерне. Показатель воздуха в цистерне стоял на нуле.

– Черт, у нас воздух закончился! Кислорода не хватает!

– Но почему? – Дейл был удивлен. – Как такое возможно? Запасов воздуха в городе должно хватить на месяцы.

– Не совсем так, – ответила я. – У службы жизнеобеспечения достаточно воздуха, чтобы заполнить один или два купола, и запас энергии позволяет еще несколько месяцев стабильно превращать СО₂ в кислород. Но для аварийной продувки всего города запасов недостаточно. О такой возможности никто и не думал.

– Господи… – начал было Дейл.

– У нас еще есть шанс, – сказала я. – Тронд Ландвик сделал огромные запасы кислорода. Цистерны находятся прямо рядом с куполом.

– Вот мерзавец, – послышался голос Санчез. – Я так и знала, что он нацелился на мой контракт с городом.

Я снова принялась разглядывать схему. К счастью, помимо вьетнамских надписей, на схеме кое-где были и английские обозначения. Над одной частью схемы была надпись «ЛАНДВИК».

– Цистерны Тронда есть на схеме!

– Ну конечно, есть, – отозвалась Санчез. – Тронд наверняка сговорился с вьетнамцами, чтобы они обеспечили интерфейс между его системой и городской.

Я провела пальцем по схеме:

– Судя по чертежу, цистерны Тронда уже подключены к городской системе воздухоснабжения. Тут целый ком- плеск вентилей, но мы можем воспользоваться его запасом.

– Ну, так давай делай! – поторопил меня Дейл.

– Вентили открываются вручную и находятся снаружи купола.

– Что?! Какого черта ручные вентили находятся на поверхности?!

– В целях безопасности, – ответила я. – Тронд мне все объяснил. Впрочем, сейчас это не важно. Я запомнила расположение труб, тут дикая путаница и я еще не знаю, в каком состоянии будут вспомогательные клапаны. Ладно, разберусь на месте.

Я выскочила из Центра и бросилась бежать по коридорам Артемиды.

– Погоди, ты что, собралась выходить на поверхность? – встревожился Дейл. – Но в чем? Твой скафандр здесь, в луноходе.

– Я сейчас бегу к шлюзу купола Конрада. У меня при себе железная труба. Взломаю шкафчик Боба и надену его скафандр.

– У этих шкафчиков стенки из алюминия в сантиметр толщиной, – заметил Дейл. – Ты не успеешь управиться вовремя.

– Пожалуй, ты прав. Надо подумать… – Я со всех ног неслась к тоннелю, соединяющему Армстронг с Конрадом, на ходу проверяя время: оставалось двадцать пять минут. – Значит, возьму один из «хомячьих шаров», в которых выводят туристов.

– А вентиль как повернешь?

Черт побери, он опять был прав. У шаров не было приспособлений для рук или перчаток. Я никак не смогу взяться за вентиль.

– Значит, тебе придется быть моими руками. Цистерны находятся в треугольнике, образованном куполами Армстронга, Шепарда и Бина. Встретимся у тоннеля между Шепардом и Бином. Мне понадобится твоя помощь, чтобы забраться в треугольник.

– Хорошо. Мы выезжаем. Я подъеду как можно ближе и пройду остаток пути.

– А как ты собираешься покинуть луноход, не убив при этом Санчез?

– Мне бы тоже хотелось это узнать, – добавила Санчез.

– Надену на нее твой скафандр перед тем, как выйти.

– Мой скафандр?!

– Джаз!

– Ладно, ладно. Извини.

Через купол Конрада я пронеслась на максимально возможной скорости. В моем родном куполе настоящий лабиринт из коридоров и переходов. Дайте ремесленникам помещение и никаких ограничений, и их мастерские расползутся, заполняя любой, даже самый малюсенький, уголок. Но я знала все тропки наизусть.

По закону подлости, туристический шлюз находился дальше всего от тоннеля. Наконец я добралась до места. Двое РБП-инспекторов лежали на полу рядом с группой из шестнадцати туристов, которые потеряли сознание прямо во время инструктажа.

– Дейл, я уже у шлюза.

– Понял, – слабо донесся его голос. Он явно находился не рядом со своим Гизмо. – Я немного задержался, надевая твой скафандр на Санчез. Она высокая…

– Прошу прощения, – вмешалась Санчез. – Во мне 164 сантиметра, это средний для женщины рост. Так что это не я высокая, а твоя подружка коротышка.

– Смотри, не растяни мне скафандр!

– Да я тебе в него такую кучу наложу!

– Эй ты…