Энди Уир – Артемида (страница 22)

Было 3 часа пополудни по времени Найроби (и соответственно то же время и в Артемиде), но на Луне – еще утро. Солнце висело невысоко над горизонтом, бросая косые лучи в парк. Стеклянный купол защищал посетителей Парка от вредной радиации и ультрафиолета, который иначе изжарил бы нас живьем.

До встречи с Свободой оставалось еще время, и я решила пройтись.

Ландшафт Парка был спроектирован просто и элегантно. Края округлого пространства примыкали к стеклянным стенам. Поверхность была в основном ровная, но кое-где были насыпаны искусственные холмики и все кругом засажено травой. Честное слово, настоящей травой. Недурное достижение для лунного города.

Я неспешно брела по периметру Парка, глядя на лунный пейзаж, прелести которого я никогда не понимала. Там же просто… пустота. Может, людям это и нравится? Такой своеобразный дзен? Но это не в моем вкусе. Как по мне, самое красивое, что на Луне есть, – это Артемида.

Купола города сияли под солнцем, как металлические сиськи. А что такого? Я ведь не поэт. Купола больше всего похожи именно на сиськи.

На западе возвышалась сфера Конрада. Может, внутри там все грязное и обветшалое, но снаружи сфера сияла так же ярко, как остальные.

На юго-западе от меня, чуть меньшая по размеру сфера Армстронга сидела посредине, как паук в центре паутины. Дальше в том же направлении виден был купол Шепарда – прибежище всех наших богатеев. Каким-то непостижимым образом эта полусфера исхитрялась даже снаружи выглядеть надменно. Купол Бина находился между Конрадом и Шепардом, как географически, так и символически. В случае успеха моего плана там располагался бы мой будущий дом. Этот купол находился от меня дальше всех.

Я глянула на север, где до самого горизонта простиралось Море Спокойствия, покрытое серыми холмами и зазубренными скалами. Я могла бы сказать, что эта картина навевала мысли о величии одиночества и запустения, но на деле все не так. Территории вокруг Артемиды крест-накрест прочерчены бесчисленными следами от траков и там уже практически не осталось камней. Мы много строим. Догадайтесь, где мы добываем камень?

Я направилась к центру Парка, к так называемым «Дамам».

Вырастить на Луне настоящие деревья было бы слишком сложно. Но в парке стоит точная копия коричного дерева, под ветвями которого находятся два изваяния богинь. Одна из них – Чань Э, китайская богиня Луны, а другая – Артемида, греческая богиня, в честь которой назван наш прекрасный город. Обе женщины словно замерли, смеясь, посреди живой беседы, и Чань Э легко положила руку на плечо Артемиды. Горожане прозвали их «Две дамы». Я подошла к ним, прислонилась к дереву и подняла голову к небу, где висела наполовину видимая Земля.

– В Парке курить запрещается, – проскрипел хриплый старческий голос.

Парковому садовнику было по меньшей мере лет восемьдесят. Он работал здесь с самого основания Парка.

– Вы видите у меня в руках сигарету? – поинтересовалась я.

– Я тебя уже однажды поймал.

– Да, но это было десять лет назад.

Он показал сперва на свои глаза, потом на меня:

– Я за тобой слежу.

– Можно задать вам вопрос? Зачем переезжать на Луну только для того, чтобы стричь газоны?

– Я люблю возиться с растениями. И у меня больные суставы, а артрит куда легче переносится при лунном тяготении, – он поднял голову и посмотрел на Землю: – После того, как умерла моя жена, у меня больше не было причин оставаться там.

– Нелегкое путешествие для старика, – сказала я.

– Это ничего, – ответил садовник. – Мне раньше много приходилось ездить по работе.

Свобода пришел точно в назначенное время, как обычно. На плече у него висела сумка. Он подошел к дереву, улыбаясь и указывая на статуи и на меня:

– Гляди-ка, тут собрались аж три лунные красотки!

Я только глаза закатила:

– Свобода, придется мне как-нибудь научить тебя, как разговаривать с девушками.

Он помахал садовнику:

– Эй, а я тебя знаю. Ты Майк, не так ли?

– Не, никакой я не Майк. – Садовник бросил на меня быстрый взгляд. – Я оставлю тебя и твоего парня одних. Но никакого секса на траве!

– Постарайся не помереть, пока до дома дойдешь, дедуля, – бросила я в ответ.

Он махнул рукой, не оборачиваясь, и ушел.

– Ну что, ты закончил прибор?

– Ага, все здесь, – Свобода протянул мне сумку.

Я заглянула внутрь:

– Спасибо!

– А ты уже протестировала презерватив?

– Прошло всего 24 часа. Интересное у тебя мнение о моей сексуальной жизни.

– Ну, не знаю, я просто спросил. – Он оглядел Парк. – Я тут редко бываю, а место хорошее, можно расслабиться.

– Если тебе нравится, когда над головой все время что- то летает.

Это печально известная особенность Парка. После Земли, сколько себя мысленно ни настраивай, бросок всегда получается сильнее, чем нужно. В результате твой приятель, который стоит в 10 метрах и которому ты бросил мяч, наблюдает, как мяч пролетает у него над головой и летит в другой конец Парка. А про фрисби я даже говорить не хочу. Сочетание низкой силы тяжести и низкого атмосферного давления превращает их полет в полную загадку для туристов.

– Мне здесь нравится, – заметил Свобода. – Единственное «настоящее» место в городе. Мне нравится открытое пространство.

– Вокруг полным-полно открытого пространства, – ответила я. – Да и сидеть с друзьями удобнее в баре, чем в Парке.

Он явно обрадовался:

– Ты хочешь сказать, мы друзья?

– Конечно!

– Вот здорово! У меня мало друзей. К тому же, ты у меня единственный друг с сиськами.

– Знаешь, тебе надо серьезно поработать над твоей манерой разговаривать с женщинами.

– Ага, понимаю. Извини.

Подумаешь, я даже не рассердилась. Я была так занята обдумыванием своего плана, что почти не обращала внимания на его треп.

Наступил критический момент. Все составные части были на месте: сварочное оборудование, сделанный на заказ прибор и БИК. Дыхание у меня участилось и сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Задуманное мной перестало быть чисто теоретическим проектом. Я собиралась реализовать свой план.

Вечером я отремонтировала протекающий клапан своего скафандра и тщательно проверила работу всех устройств. А потом перепроверила еще раз. Я никогда не призналась бы в этом Бобу, но он был совершенно прав, я действительно проявила небрежность перед экзаменом. Но на самом деле я была в первую очередь заинтересована в том, чтобы не погибнуть по вине неисправного скафандра и уж в этот раз я убедилась, что все работает идеально.

Мне удалось уснуть, но ненадолго. Я никогда не была особенно храброй и не пыталась никого обманывать на этот счет. Наступил решающий момент. Вся моя дальнейшая жизнь зависела от того, насколько хорошо я со всем справлюсь.

Я проснулась в 4 утра, вся издерганная от нервов, и просто не могла больше ждать.

Я дошла до Порта, забрала скафандр, завела «Триггер» и поехала по коридорам спящего города к главному шлюзу сферы Конрада. В такой ранний час в коридорах еще никого не было. Скафандр и большую сумку с оборудованием я припрятала возле входного отсека шлюза, так чтобы их не видно было случайным прохожим.

Избавившись от этого груза, я отвела «Триггер» обратно на парковку возле Порта. Маленький совет: если вы намереваетесь совершить серьезное преступление, не стоит оставлять свою машину возле места оного преступления.

После чего я пешком дошла обратно до Конрада и закрылась в отсеке, прилегающем к шлюзу. Теперь оставалось только надеяться, что никто случайно не зайдет в отсек, иначе мне предстояли бы весьма неприятные объяснения.

Сперва я заклеила изолентой все надписи и отметки на моем скафандре: серийный номер, номер лицензии, большую нашивку «Д. Башара» на груди… и тому подобное. Потом я включила Бикки, который немедленно навострил ушки.

По моей команде Бикки спустился с купола Конрада до шлюза и повернул рукоятку, чтобы открыть внешний люк. Потом он спрыгнул вниз, протиснулся в люк и закрыл его за собой. Он еще раз повернул рукоятку двери, загерметизировал ее и направился к внутреннему люку.

Через небольшой круглый иллюминатор во внутренней двери шлюза я наблюдала, как мой маленький помощник поворачивает краны ручного управления, чтобы заполнить шлюз воздухом. Раздалось шипение, и давление воздуха в шлюзе сравнялось с городским. Бикки ухватился за рукоять внутреннего люка и открыл его.

Я вошла в шлюз и одобрительно похлопала БИК по спинке:

– Молодец, малыш, отличная работа.

Поставив робота в режим ожидания, я убрала его вместе с пультом в шкафчик в предшлюзовом отсеке.

Отлично, теперь у меня был готовый к использованию шлюз, а панель управления понятия об этом не имела. Я показала ей фигу, просто чтобы продемонстрировать, кто здесь в данный момент главный, но она никак не отреагировала.

Я надела скафандр. Само собой, я засекла время – все РБП-мастера это делают. Получилось одиннадцать минут. Черт, как Бобу удается сделать это за три? Просто виртуоз какой-то.

Я включила все системы жизнеобеспечения скафандра: все работало, как положено. Лучшим способом убедиться, что протечек нет, был тест на давление: я подняла давление внутри скафандра выше нормы и посмотрела на показания приборов. Никаких проблем.

Я вышла в воздушный шлюз, задраила внутренний люк и запустила рабочий цикл шлюза. Как только воздух из камеры был откачан, я открыла внешнюю дверь.