Эмре Гюль – Истлевшие руины. Эпоха зеркал (страница 10)
– Отлично, – сказал он, медленно кивая. – Я перед тобой в долгу за то, что ты спасла меня из зеркала. Не сомневайся, Рена, я отплачу тебе за это.
Он в первый раз обратился ко мне по имени. Мне стало зябко оттого, как он произнес мое имя своим холодным, словно ночные заморозки, голосом.
– Как тебя зовут? – спросила я, с тревогой разглядывая его лицо. На миг я забыла о проклятии. Может, было глупо интересоваться именем Смотрителя Кошмаров, но это был единственный вопрос, по-прежнему крутящийся у меня в голове.
– Ариен, – ответил он, и тьма вокруг него словно выбила эти буквы в моей памяти.
Про себя я повторила это имя:
Свидетель двадцати с лишним лет моей жизни. Повелитель Хаоса, Кошмаров и Тьмы.
Пока я смотрела в его глаза, отражавшие свет ночи, а мое сердце в страхе билось в груди, у меня возник еще один вопрос. Он сказал, что останется здесь на три дня, прежде чем отправится в Миенас.
Как я должна прятать Смотрителя Кошмаров на протяжении этих трех дней?
3. Зеркальное проклятие
Я сидела по-турецки на кровати. Ариен расположился в кресле и изучал меня.
Все мои мысли были о Миенасе, куда я согласилась отправиться, чтобы снять с себя проклятие зеркала. Что же это за место? Я уже пожалела, что так быстро приняла предложение Ариена. Все развивалось слишком стремительно. С одной стороны, заклинание Ариена успокоило мои чувства. И вместо того чтобы запаниковать и испугаться, я сосредоточилась на его рассказе и том, чтобы все это переварить. С другой стороны, все равно казалось, будто я поторопилась.
В заклинании Ариена были плюсы и минусы. Из плюсов: если бы не оно, я бы уже давно сошла с ума или умерла от остановки сердца. Из минусов: на сердце у меня все равно было тяжело. Внутренности словно сжимались, и очень хотелось кричать. Будто я приняла успокоительное… Бывает так, когда хочешь плакать, но не можешь. Заклинание Ариена вызывало именно такое чувство.
– Ты правда много лет наблюдал оттуда за моей жизнью? – Я посмотрела на Ариена, а когда мы встретились взглядами, указала подбородком на зеркало.
– К сожалению, да. – От его слов я вспыхнула от ярости. – Твоя жалкая жизнь была намного мучительнее проклятия зеркала.
Я открыла было рот, чтобы выругаться, но передумала. Вполне возможно, он был не таким, каким казался, и ему ничего не стоило рассечь мое тело пополам клинком, который он держал в руке.
Еще несколько минут мы сидели в тишине. Я успела успокоиться и решила сменить тему, задав другой вопрос:
– Почему тебя заточили в зеркало?
Он положил указательный палец на кинжал, который внимательно изучал, а другой рукой держал ножны. На миг я подумала, что он делает вид, будто не слышит, и отвернулась. Через минуту я вздрогнула от голоса Ариена:
– Дух зеркала… – Он замолчал. Лицо его побелело.
– А?
Он ничего не ответил и прищурился так, что тень от длинных ресниц упала на его темно-синие, цвета ночи, глаза. Его взгляд стал более пугающим, и я подумала, что сглуплю, если продолжу задавать ему такие вопросы.
Я опустила голову и стала изучать свои руки, сплетенные в зам
Не поднимая головы, краем глаза я посмотрела на него и увидела, что он все еще наблюдает за мной. Я с восторгом изучала его наряд. А он, уверена, посчитал мою пижаму такой же глупой, как и моя жизнь.
Вздохнув, я прогнала эти мысли из головы, потому что для беспокойства у меня были проблемы посерьезнее. Например, я не знала, когда начнет действовать проклятие, из-за которого мне предстоит попасть в Зазеркалье и остаться гнить там навечно.
Я сглотнула и, почувствовав, будто мое горло царапали тысячи осколков, скривилась от боли. Мне необходимо было поговорить с Ариеном, чтобы найти ответы на свои вопросы и немного отвлечься.
– Так я твоя спасительница?
Он посмотрел на меня так, будто я была какой-то букашкой. Мои страхи вновь ожили, несмотря на его заклинание. Но отступать я не собиралась. Ведь я спасла его из заточения. Кроме того, он сам признал, что благодаря мне избавился от вечных пыток.
– Можно и так сказать.
«Можно и так сказать»?
– То есть ты обязан мне жизнью? – Я хотела усмехнуться, но, увидев его грозный взгляд, тут же приняла равнодушный вид. И правда, ляпнула ерунду. Разве мог бессмертный быть обязанным мне жизнью?
Он не снизошел до ответа. Этим бессмертным, свысока смотрящим на людей, не помешало бы научиться для начала нормально общаться! Я просто поверить не могла, что нахожусь у себя в спальне с существом, которое было настолько грубым и невоспитанным.
Уже несколько часов я пыталась убедить себя, что это какой-то кошмар, я вот-вот проснусь – и все вокруг меня пропадет. Но проклятие зеркала и Ариен были настоящими. И все это происходило здесь, в моей комнате.
– Ты должен рассказать мне.
– Что ты хочешь узнать? – Он напрягся. В его осанке чувствовалась древняя сила. Каждый миг, когда я начинала думать, что все это просто страшная шутка, его аура словно била меня по лицу и приводила в чувство.
– Всё.
– Ты многого не поймешь, – снова эти уничижительные взгляд и тон.
Я глубоко вдохнула от ощущения, что стараюсь напрасно, и замолчала. Все, чего мне хотелось, – получить ответы на вопросы и хоть немного разобраться в происходящем. Но Ариен отказывался мне помогать.
– Ты ведь можешь менять свой облик? – я снова попытала удачу. Он уставился на меня так, будто ждал пояснения, и я продолжила: – В моих кошмарах ты превращался в змею и обвивал ногу. Ты и правда умеешь так?
– Жители Кейбоса не меняют обличья, – он выгнул бровь, будто ему стало противно. – Это удел народа королевства Оррения.
– Королевство Оррения?
– Да. – Он шумно дышал через нос, но не выглядел рассерженным. – Грязь и слизь – это их стихия. Они обожают менять свой облик. – Он скривил губы. – Кроме того, не я превращался в змею в твоих снах, а Энфер.
Это имя я слышала впервые. Неужели был еще кто-то, кто мог управлять моими кошмарами?
– Энфер? – спросила я, нахмурившись. В моем голосе звучало любопытство. – Это еще кто?
– Мой главный хранитель. И мой самый преданный слуга. Энфер может менять облик. В большинстве случаев он охраняет мои земли в обличье в
Первый раз он объяснял что-то так долго. Я в удивлении слушала его, открыв рот. И кивнула в знак того, что поняла.
– Энфер из Оррении?
Если так, то почему он служит другому королевству?
– Да, много лет назад он был пери из народа Оррении. Но он оставил свое королевство и спрятался у меня. Это запутанная история… – Очередная долгая история, о которой он не хотел рассказывать.
– И все орренийцы могут менять обличье?
– Нет, – ответил он почти сразу. – Только те, кто из королевства. И те пери, которые были выбраны и обучены на благо королевства… Народ этого не умеет. В каждом королевстве есть разные по силе и влиянию классы. Чтобы попасть в тот или иной класс, пери проходят отбор по способностям. Когда завершается их обучение, они поступают на службу королевству.
– Классы? – В моей голове крутилась новая информация, и эти знания буквально бились друг о друга и падали.
– Ты не сможешь узнать обо всем за один день. Да и не нужно тебе это, дитя человека, – сказал он презрительно. – Миенас таких, как ты, проглотит, уничтожит. Ты и так там недолго пробудешь.
Я пробормотала что-то вроде того, что все поняла, но мой мозг по-прежнему старался сложить пазл из новых фактов. С одной стороны, я пыталась усвоить то, что Ариен рассказал мне о Миенасе. С другой – размышляла, как спастись от проклятия зеркала, ведь даже Ариен не смог избавиться от него в течение сотни лет.
Меня охватило уныние, я пыталась не думать о том, что хотела узнать у Ариена. Я оперлась спиной на изголовье кровати, вытянула ноги и сложила руки на груди. У меня все еще болела голова, и с этой болью я погрузилась в тишину.
– Это всё?
Я с удивлением посмотрела на Ариена.
– Кому-то тут стало скучно? – захихикала я. – Если ищешь, с кем поболтать, позови Энфера.
Он убрал пальцы со стального кинжала, откинул назад прядь волос, которая сп
– Он во Дворце снов и кошмаров. Он забыл обо мне, как и все остальные.
Я вздрогнула, так как не ожидала, что он ответит.
– У меня в сердце колет, – сказала я и надавила кулаком на грудь в надежде, что боль ослабнет. Но это не помогло, только хуже стало, аж лицо перекосилось.
– Твои страхи ждут момента, – заметил он.
– Ты их выпустишь?
Сделай он это, я бы жутко страдала и осталась под обломками смешанных чувств. Я бы не выжила под таким грузом.
– Если ты хочешь…