Emory Faded – Проект Re: Третий том (страница 6)

На удивление, вспоминая увиденное мной и Мияко на первом особом экзамене, я предполагал, что девушка, которая ныне «слуга» Кодзи Кавано, тоже отчислится, ввиду очевидного насилия над ней. И мне кажется, что именно так и должно было быть. За исключение только если она «понравилась» Кодзи и он не собирается отпускать её просто так, используя возможности своего рода и свой статус. Но до этого мне так-то нет никакого дела.

Да и в общем, лично у меня получился относительно неординарный случай, благодаря которому мне не приходится ломать голову над вопросом — нужно ли мне оставаться в этой школе, или нужно уходить и попытать счастье в другом месте.

В любом случае, ныне, на предстоящем втором особом экзамене, стоит учитывать изменившееся количество учеников в каждом классе и психическое состояние оставшихся. Это может сыграть ключевую роль.

Тем временем, наш класс уже дошёл до необходимого помещения, а на фоне начал раздаваться громкий шум от включившихся двигателей самолёта, который сейчас уже должен выезжать на взлётную полосу и готовится к полёту.

Комната же на вид была самой простой — прямоугольная форма, длиной метров в десять, шириной — метра в шесть-семь, а в высоту — метра три. Стены покрашенные в белый самой обычной краской. С боковой стороны идут открытые окна. По бокам комнаты стоят на вид довольно простые чёрные диваны, а в по середине — рядами стоят стулья.

На этом, в принципе, всё.

И пока я рассматривал всё это, я шёл за Мияко, которая уверенными шагами шла к одному из диванов, видимо не собираясь сидеть на стуле. Остальные же ученики, кто быстрее, а кто медленнее, но расходились по комнате, находя себе подходящие под них места, в которых они проведут ближайшие четыре часа.

Через некоторое время все заняли свои места и по открывшейся картине стала хорошо видна общая иерархия: члены самых влиятельных родов заняли диваны; менее влиятельных — стулья; а большинство простолюдинов стояло рядом со своим «господином», хотя были и те, кому разрешали взять стулья и сесть рядом с их диваном.

Даже такая, казалось бы, мелочь — это про статус. После этого стало понятно, почему Мияко сразу направилась к диванам.

Через некоторое время мы услышали, как взлетает самолёт, но все на это лишь зажимали уши и зевали, сидя в телефонах и наушниках. Интернет, кстати, появился и Мияко тоже вошла в число сидящих в телефоне. И я, за неимением адекватной альтернативы, тоже вошёл в это число следом.

Так прошло около трех с лишнем часов. После этого послышался звук летящего самолёта, который через некоторое время удачно приземлился. И ещё подождав некоторое время, во время которого самолёт прошёл диагностику, наша вторая группа наконец-то взошла на самолёт, и каждый ученик занял своё место, которое выбрал ещё пока мы находились в том помещении, в ангаре, — учитель примерно за час до прилёта самолёта прошёл по ученикам и вручал им бланки, в которых были указаны места, а ученикам лишь оставалась выбрать желанное.

И вот, мы уже заняли свои места в ожидании взлёта.

Кстати говоря, на моё удивление, боявшихся полётов оказалось куда больше, чем я ожидал, — примерно каждый сороковой ученик так или иначе проявлял страх по отношению к перелёту.

Прошло около двадцати минут, после того, как все заняли свои места, и учителя проверили отдельно каждого ученика, и только по их истечении самолёт наконец-то начал движение и уже через пару минут оторвался от земли и мне, сидящему у окна, отрылся прекрасный вид, от которого я не мог оторваться на протяжении всего полёта.

Так и прошёл мой первый полёт на самолёте.

Глава 4 — Описание второго особого экзамена

— Ну как тебе? — спросила Мияко, когда мы прибыли на остров и вышли из самолёта, оказавшись в одном из здешних ангаров.

Тем временем, наша вторая группа, состоящая из четырех классов, направлялась на выход из ангара, в сторону, где и будет выход с аэродрома, а после — где и будет здание, в котором мы и будем проживать.

— Что именно?

— В общем. Сама поездка, самолёт, полёт, ну и аэродром на той стороне и аэродром на этой стороне, — без особого интереса уточнила она, явно просто пытаясь развлечь себя таким диалогом.

— Хочешь узнать моё обобщённое мнение обо всём этом?

— Угу, — кивнула она.

— Если всё это отдано школе, то подобные траты мне кажутся несуразными.

— Вот как... — даже не стала она уточнять.

— У дома, спонсирующего такое, хоть есть какие-то преференции?

— Помимо всеобщего одобрения и уважения? — лениво, косо посмотрев на меня, спросила она и не став ожидать моего очевидного подтверждения, продолжила: — Конечно есть. Наш мир точно не из тех, в которых что-то делают «за так». Только прямая выгода, без которой никто не будет действовать.

«Ну да, это действительно похоже на этот мир. Как, впрочем, и на мой прошлый...» — пронеслось у меня в голове.

— Если же говорить именно о содержании школы и жертвование этого всего на благо этой самой школы, то дом Мори получает за это уменьшенные налоги, которые распространяются как на различные покупки, так и на продажи и прочие действия по типу аренды чего-либо. Точнее сейчас не скажу — тут надо копаться в этом всём и разбираться.

— Понятно.

«Значит, подробнее пока что не узнаю. С другой стороны — пока что я этим и не планировал заниматься.»

Через некоторое время мы вышли из ангара, а после — и с аэродрома, попав таким образом на протоптанную дорожку, идущую через тропические деревья и растения. Так мы шли ещё порядка часа, пока наконец-то не дошли до места, где и будем жить во время второго особого экзамена.

Небольшая зелёная поляна, окружённая со всех сторон деревьями, и прямо по середине стоит здание, в котором мы, видимо, и будет жить.

— Мне кажется, или это здание точно такое же, как и то, что было на первом особом экзамене? — спросил я у Мияко, и судя по удивленному виду других учеников — данный вопрос интересовал не только меня.

— Да, оно полностью аналогично тому зданию — как внешне, так и внутреннее. Удивлён?

— Можно и так сказать, хотя больше склоняюсь к тому, что это нерациональная трата бюджета и денег, ради крайне сомнительной выгоды.

— Ну... может, это и так, — пожала она плечами.

На самом деле это в любом случае «так». Как минимум, потому что на поддержания функционирования подобного здания уходит огромная сумма денег. А если исходить из слов Мияко, то это здание полностью аналогично тому зданию и внутреннее, а значит — как минимум, требует такое же количество денег; на деле же — эта сумма куда больше, потому что одно дело содержать подобное здание рядом с Токио и родовым поместьем, а совершенно другое — на частном острове, который расположен не слишком-то и близко к Токио.

Очевидно, конечно, что основные траты на эти здания уходят только во время особых экзаменов, а в остальное время тут наверняка по минимуму работников и прочего, что необходимо для комфортного содержания учеников, но даже так это всё равно огромные суммы денег, учитывая количество учеников на каждом году обучения и количества таких мест.

«Даже интересно, какие же конкретно преференции получает дом Мори, чтобы окупать все эти траты...»

Как и в прошлый раз, нас сразу же повели в спортивный зал, где и будет происходить церемония начала на этот раз уже второго особого экзамена.

Когда мы заходили внутрь там уже стояла первая группа, состоящая из четырех классов, что полетели первыми. Исходя из их отдохнувшего вида стало понятно, что всё то время, что нас не было они просто отдыхали и, скорее всего, подошли сюда только что.

Глядя на отдохнувших их, наша группа лишь устало вздыхала и недовольно пыхтела, особенно — девочки, который пришлось хуже, чем парням.

Всё же сначала долгая поездка на автобусе, потом ожидание самолёта, полёт на самолете — и сразу же после нагрузка в виде прогулки в июле по тропическому лесу в школьной форме.

И вот от последнего большинство учеников сильно потели, а у многих девушек возникли проблемы и у них даже начали просвечивать их бюстгальтеры, что и вызвало особый дискомфорт.

В число таких девушек вошла и Мияко, у которой было чёрное-кружевное бельё. И если её саму подобное наверняка не сильно волновало, то вот общие традиции она обязана соблюдать, и поэтому ей пришлось накинуть пиджак, который она обычно не носит с собой, но сегодня предусмотрительна взяла, явно понимая, к чему может привести подобная температура.

Подобное, кстати говоря, сделало большинство девушек. А то меньшинство, что не сделало — либо простолюдины, либо ввиду их физиологических особенной прикрываться пиджаком им было не нужно.

И естественно, из-за надетого пиджака в такую погоду становилось ещё жарче, а самочувствие многих — ухудшалось. Поэтому я ранее и сказал, что девушкам пришлось хуже, чем парням.

Войдя в зал, наша группа быстро расформировалась на четыре класса и построилась в ряды. Двери в зал, тем временем, закрылись, и включились кондиционеры, благодаря которым многие смогли наконец-то вздохнуть полной грудью и расслабиться.

Примерно через десять минут ожидания началась церемония.

Первым к микрофону вышел директор — дедушка Мори. После его речи, следом за ним, выходили другие рабочие школы, которые тоже говорили свои небольшие заранее подготовленные речи.