Эммануэль Ласт – Мне страшно любить тебя (страница 5)
Режим инкогнито, но зачем?
Поля прикусила ноготь на большом пальце и перечитала сообщение еще раз.
«Почему ты не моя?»
Лучше всего, конечно, ничего не отвечать — подумаешь, может быть, абонент ошибся номером и заковыристое послание предназначалось вовсе не ей?
Сашка, хоть Полина и любила его, всегда был скуп на эмоции и крайне редко позволял себе открыто выражать нежность или любовь. Если дело, не касалось секса, конечно, но здесь… вроде, не похоже на него, но и кто другой стал бы признаваться ей в любви таким странным способом?
Полина поколебалась еще немного и в конце концов решила ответить.
“Мы знакомы?”
Нейтральная фраза, но сразу ставила точки над i. Обращение вежливое, держит дистанцию, вопрос прямой — в конце концов, она должна понимать, с кем имеет дело.
И, конечно, если эта история всплывет и у Саши возникнут вопросы, она всегда сможет предоставить доказательства, что не провоцировала неизвестного воздыхателя и никаких надежд не давала.
Сообщение улетело отправителю и не успела Поля закрыть чат, как увидела, что оно уже прочитано, и на том конце провода кто-то быстро печатает ответ.
Глава 6
Данила ждал ответа больше пяти часов — невыносимый срок для парня, которого штормило словно фрегат, выпущенный в бушующее море на всех парусах.
Он уже жалел, что написал Полине.
Представлял, как она с полпинка раскусывает его и доносит Паше, с которым потом придется объясняться. И тут не помогут разговоры типа обознался и тебе все показалось.
Он злился, потому что не понимал, чем таким важным может заниматься девушка двадцать первого века, что ей трудно взять в руки телефон и проверить сообщения.
Он боялся, что сообщение не дошло. В настройках конфиденциальности Данила предусмотрительно скрыл свой номер, так что если Поля решит докопаться, концов ей не найти даже через гетконтакт, но…
Но! Почему она отвечает так долго? И сообщение до сих пор висит в непросмотренных?
Данила ревновал — сильно, глубоко — как только может ревновать горячее сердце подростка. Представлял Полю с другим, рисовал в своем воображении, как тот касался ее губ, кожи, и она шептала в экстазе чужое имя.
Нет, так больше продолжаться не может.
Данила зашел в переписку, намереваясь удалить все к чертям и понимая, что сделает только хуже, и увидел входящее.
«Мы знакомы?»
Внутренности сжались и на мгновение ему показалось, что земля перестала вращаться.
Вот она, своими пальцами набирает ответ и ждет… заинтригована и наверняка гадает, кто на том конце провода, но держится так официально потому что…
А впрочем, какая разница, почему! Главное — она пошла на контакт!
Данила перевел дыхание и написал в ответ:
“Нет, но я хочу это исправить.”
Снова тишина в ответ, но хоть прочитала сразу, а потом вдруг вышла из сети. Данила чертыхнулся, сжал мокрыми ладонями телефон.
Вернулась… и что-то пишет в ответ, но, видимо, не ему, потому что опять не в сети.
Черт! Неужели все бессмысленно!?
“У меня есть парень.”
Данила отбросил телефон и зарылся лицом в подушку.
Какой же он придурок!
И все же она ответила, вступила в диалог с незнакомцем… теперь он ни за что не упустит возможность узнать ее чуть ближе.
“А у меня девушка.”
На этот раз Полина не стала долго думать над ответом — переслала Дане его же сообщение со знаком вопроса.
“Почему ты не моя?”???
Он понял, что загнал себя в ловушку, и вышел из сети.
Надо было подумать, но сердце, которое разогналось до сверх космических скоростей, не собиралось успокаиваться, разрывая грудь изнутри.
Если написала, что не свободна, значит любит того, другого… или просто такая верная?
“У нас не все гладко.”
Две синие галочки напротив — она ждала ответ с включенным экраном переписки?
Данила гипнотизировал экран смартфона.
“Ты так и не ответил, откуда меня знаешь?”
Он и не ответит. По-крайней мере, не сейчас.
“Разве у тебя мало поклонников?”
Полина была в сети, когда Даня нажал “отправить”, но в ответ ничего писать не стала.
Ни вечером, ни на следующий день, которые в купе превратились для него в бесконечные часы пытки ожиданием, замешанном на надежде и желании до нее достучаться.
Он не знал, как возобновить диалог, и гордость воевала с первой любовью за право принимать решения — оставить Полю в покое или добиться своего.
Данила выбрал второе.
И на топливе юношеского азарта, рванул в центральный парк, где долго и мучительно фотографировал анютины глазки, чтобы из сотни фотографий выбрать одну — ту, что заставила бы ее улыбнуться.
Таинственный поклонник, появившийся аккурат перед свадьбой, пугал Полину. Был ли он как-то связан с Сашей и его маниакальной повернутостью на женской верности?
Точнее, конкретно на ее верности, она не знала, но настойчивость, с которой с незнакомого номера приходили пожелания доброго утра и фотографии цветов и спящих на теплых парапетах кошек, держала Полю в постоянном напряжении.
А еще, хотя в этом она могла признаться только себе, радовала.
Саша никогда не баловал Полину в мелочах. Даже не ухаживал толком, будто самого факта того, что среди всех девчонок курса, он выбрал именно ее, было достаточно.
А она хотела внимания, признания собственной красоты и значимости. Хотела и… молчала.
Сегодня галерею телефона пополнила фотография хризантем. По бетонному бордюру, попавшему в кадр, Полина узнала клумбу в парке Горького — всего две остановки от ее дома.
Он так близко… после вопроса про поклонников, она перестала отвечать на сообщения, но и блокировать контакт не стала, хотя понимала, что это было бы самым правильным в сложившейся ситуации.
Просто ей нравилось внимание… и оставалась надежда, что Саша как-то причастен ко всему происходящему.
Однажды, когда они вдвоем ездили смотреть место для свадебного торжества, Полина аккуратно поинтересовалась:
— Красивые хризантемы в парке Горького, правда?
— Хризантемы? Поль, я в парке был последний раз лет в двенадцать.
— Ну да… — она вздохнула и отвернулась к окну.
— А ты когда успела?
— Я? Да нет, просто подружка прислала фото…
Это была не совсем правда, но и не совсем ложь, ведь Поля до сих пор не знала, кто тот незнакомец, что писал ей каждый день. Она надеялась, что им окажется Саша, но, судя по всему, напрасно.