Эмма Робинсон – Дочь моего мужа (страница 9)

Неужели он думал, что она будет ревновать? Это было очевидно: Кара была очень привлекательной. Возможно, слишком худой, но определенно привлекательной. Она проглотила ролл почти целиком.

– Продолжай.

Джек уставился на цветок в ее жасминовом чае, наблюдая, как тот раскрывается.

– Думаю, это было еще и потому, что она была… Не знаю, в ней было что-то особенное. Она была другой. Женщины, с которыми я встречался до того времени, все были определенного типа. Частная школа. Очень уверенные в себе. Кара тоже была уверена в себе, но в ее уверенности было что-то еще. Она была какой-то… хрупкой, наверное.

Это было больше похоже на Джека, которого она знала. Оберегающий и заботливый. Тем летом, во время отпуска в Греции, ей пришлось отговаривать его от того, чтобы приютить трехногую собаку, которая следовала за ними домой с пляжа. У него было большое сердце. И он мог стать легкой добычей.

Их разговор прервал один из поваров, размахивавший ножом для рыбы.

– Приготовить вам что-нибудь на заказ? – Он кивнул на их пустой стол.

– Нет, нам хватит и того, что есть, спасибо. – Ребекка взяла миску с куриной гедзой и подняла ее, чтобы доказать свои слова. Как только он ушел, Ребекка подтолкнула Джека.

– Значит, она была другой?

Джек вздохнул. Надеялся ли он, что она позволит ему что-нибудь пропустить? – Да. Она была забавной и независимой, и ее было плевать, что она говорит о чем-либо или о ком-либо. Честно говоря, с ней было очень весело.

– Ты переспал с ней в ту первую ночь? – Не было никаких причин, по которым это должно было иметь хоть какое-то отношение к делу, но вопрос сорвалось с ее губ прежде, чем она смогла его остановить.

– Да, – Джек отпил большой глоток пива. – Мы вернулись туда, где она остановилась. Я остался на ночь.

– А где она остановилась? Ее собственное жилье? У подруги? У родителей?

– Ребекка, посмотри на меня, – Джек подался вперед, чтобы видеть ее лицо. – Почему ты хочешь всё это знать?

– Я просто хочу знать, что она за человек. Она живёт в моем доме, Джек. Ты, кажется, полностью уверен в том, что мы можем просто уйти из дома, оставив ее там одну, и, вернувшись, не выяснить, что нас ограбили, или что она пригласила еще кучу бездомных мамаш переночевать у нас, пожить неделю или месяц! – Сила ее гнева, хотя она и шипела себе под нос, чтобы молодая пара рядом с ними ничего не услышала, удивила даже ее, поэтому вполне естественно, что Джек выглядел так, словно ему дали пощечину.

– Ладно. Ладно, – он поднял руки вверх, как будто бы сдаваясь. – Она ночевала на диване у подруги. Я не знаю, поняли ли ты это уже по её рассказам, но у нее действительно не очень хорошие отношения со своими родителями. Она никогда не вдавалась в подробности, но я всегда предполагал, что ее отец был не очень хорошим человеком. Думаю, он плохо с ними обращался. А ее мать, ну, всё, что она когда-либо говорила о своей матери, это то, что та не могла позаботиться даже о себе, не говоря уже о ком-то еще.

Хотя Ребекка и не хотела этого, она почувствовала укол сочувствия.

– Ясно.

– Вот почему она в конечном итоге переехала ко мне, – Джек опустил взгляд, снова стал крутить бутылку пива.

Ребекка чуть не подавилась кусочком жаренной свинины. Она развернулся на высоком табурете так быстро, что тот заскрипел.

– Что?

– Что я мог сделать? – он умоляюще посмотрел на нее. – Она ночевала то у одной подруги, то у другой. И я думаю, что в какой-то момент она даже могла ночевать где-то не вполне законно. А я жил в большой квартире, которую оплачивали мои родители.

Чувство вины, которое испытывает человек, который с детства жил хорошо. Было ли это причиной, по которой Кара показалась Джеку привлекательной? Благотворительное дело, которым он мог заниматься и извлечь выгоду из щедрости богача? Она знала, что была несправедлива. Джек не мог выбирать семью, в которой родился, равно как и она. И он никогда не хвастался богатством своих родителей.

Но она не могла избавиться от ощущения недовольства из-за того, что он так быстро перевез Кару к себе. Они с Джеком встречались почти год, прежде чем решили перевести свои отношения на новый уровень.

– Так как скоро она переехала?

Джек закашлялся, кажется, внезапно осознал, что его бутылка пуста, и дал знак одному из официантов, что он хотел бы еще.

– На следующую ночь.

Они сидели в тишине целую минуту, пока не принесли второе пиво. Ребекка начала понимать поведение Кары, и это не улучшало ее отношение к нежеланной гостье.

– Ясно.

Джек, должно быть, понял, как это прозвучало.

– Это было не совсем официально. Она осталась на ночь, а потом ей некуда было пойти, и в итоге она осталась еще на несколько дней, а потом было проще дать ей ключ и…

– Как долго? – прервала его Ребекка. – Как долго вы жили вместе?

Джек схватил оранжевую миску, которая почти проплыла мимо них и поставил её перед Ребеккой. – Твое любимое блюдо, да?

Она уставилась на миску с лапшой, перемешанной с курицей и овощами.

– Как долго, Джек?

– Наверное, прошло семь или восемь месяцев. Когда мы встретились я всё еще работал на Кингс-Кросс, а когда мы расстались – переехал на Ливерпуль-стрит.

– Тогда ты познакомился со мной, – Ребекку затошнило, и дело было не в суши.

Джек покачал головой. – Нет. Мы расстались с ней до этого. Ты это знаешь. Ты была в моей квартире в ту первую ночь. Ты знаешь, я ни с кем не жил.

Ребекка покраснела при этом воспоминании. Не было абсолютно ничего плохого в том, чтобы переспать с кем-то на первом свидании. Но она никогда не делала этого раньше – и они даже не были на свидании.

– Хорошо, так почему вы расстались?

Джек пожал плечами. – Я не знаю. Думаю, мы были слишком разными. Всё, что мне в ней нравилось – непредсказуемость, беззаботность – перестали быть привлекательными. Я понял, что больше не люблю её. И наши жизни – то, чего мы хотели от наших жизней – были слишком разными.

Несмотря на всю ее приятную смуглую внешность и великолепную фигуру, Ребекка не могла представить, чтобы Джек пригласил Кару на воскресный обед в дом своего управляющего директора.

– Итак, как ты порвал с ней? И что с ней случилось?

– Я был настолько добр, насколько только мог. Мы сели и поговорили об этом. Я сказал, что просто больше не чувствую того, что чувствовал раньше. Я даже предложил ей денег, чтобы помочь ей пережить пару дней.

Ответ на ее следующий вопрос внезапно показался ей первостепенно важным.

– И она приняла их?

– Нет, – Джек покачал головой. – Она была очень расстроена. Это не… Всё прошло не очень хорошо.

Ребекка могла себе это представить. Она потеряла не только своего парня, но и свой дом тоже.

– Значит, это всё? Она ушла той же ночью?

– Почти, – Джек провел пальцем по внутренней стороне воротника; он выглядел смущенным. – Примерно через неделю мы столкнулись в пабе. Мы оба много выпили, она была расстроена, я утешил ее и…

Как чертовски предсказуемо.

– И в итоге всё закончилось тем, что она вернулась домой и провела ночь в твоей постели.

Джек поморщился. Она видела, как больно ему было это признавать, но прямо сейчас ей было всё равно.

– Я не горжусь собой, – он отодвинул свой рис. – Невозможно по щелчку выключить все чувства. Я скучал по ней.

Следующий ответ был очевиден, но она должна была спросить. – И эта ночь, которую вы провели вместе. Эта случайная ночь, когда вы не удержались и оказались в одной кровати. Вы предохранялись?

Лицо Джека сказало всё, что ей нужно было знать, но она ждала, пока он ответит.

– Нет. Нет, мы этого не делали.

– Ясно.

– Я знаю, о чем ты думаешь. Это тоже приходило мне в голову, но Кара не забеременела бы нарочно. Она просто не такая. Если бы ты знала ее лучше, ты бы это тоже поняла.

Если Джек хотел, чтобы она оставалась спокойной, чтобы она снова не вышла из себя, то защищать Кару было определенно не лучшим решением. – И ты знал, что она забеременела, и ничего не сделал?

– Нет. Я не знал. Я говорил правду об этом. Это было просто случайное замечание в пабе, что кто-то видел ее, и она выглядела беременной. И я прекрасно понимаю, что должен был связаться с ней и всё узнать. Почти всю прошлую ночь я задавался вопросом, почему я этого не сделал.

Ребекка собиралась провести намного дольше, чем одну ночь, задавая себе и Джеку этот вопрос. На данный момент она узнала всё, что хотела. О Джеке. – Нам пора домой. Я не знаю, сколько времени ей потребуется, чтобы освободить старую квартиру, но у Кары нет ключа, чтобы вернуться в наш дом.

На его лице появилась робкая улыбка. – Означает ли это, что ты не против, что они останутся всего на пару недель?

Она убрала руки со стола, чтобы он не мог их взять. Это было слишком рано для поцелуя и примирений. Но она потратила какое-то время на то, чтобы обдумать это, лежа в постели этим утром. – Это значит, что они могут остаться. Насколько я не против это – другой вопрос. Завтра тебе нужно поговорить с Карой, пока я буду работать у Иззи, и мне всё равно, если у тебя на это время запланирована встреча с самим Богом. Ты останешься дома и составишь план того, что со всем этим делать.

Судя по облегчению на лице Джека, она могла бы попросить его провести следующий день, катаясь по битому стеклу, и он бы согласился на это. По крайней мере, присутствие Кары в доме дало бы Ребекке возможность разобраться во всём этом хаосе. Джек мог быть уверен, что Кара не забеременела специально, но у Ребекки такой уверенности не было.