Эмма Райц – Вопреки его правилам (страница 15)
– Мой экземпляр – в сейфе отца. Эллы – без понятия. Вероятно, в офисе её папаши.
– Ясно… – мальчишка приуныл, но я был уверен, что семена сомнений упали в благодатную почву, чтобы прорасти уже к февралю.
Пройдя миссию, я размял шею и встал с дивана. Элла вышла из ванной с уложенными в какую-то мудрёную причёску волосами и с явным таким макияжем, который прибавлял ей лет пять возраста.
– Осталось платье.
– Супер.
В ресторан мы поднялись раньше назначенного времени, но нас гостеприимно проводили к забронированному у панорамного окна столу.
– Надолго это всё? – Элла пролистала меню и взялась за винную карту.
– На сколько надо.
Раздалось недовольное цоканье, но я проигнорировал её реакцию. К нашему столу приближался господин Масленников, и под руку его держала… Олеся.
«Приплыли…»
Примерно так себя ощущают люди, идущие на казнь. Наверное. По крайней мере, если бы мне в тот момент отрубили голову, я бы выдохнула с облегчением.
– Добрый вечер, Демид! – уверенно произнёс Владимир, пожимая его руку.
– Приветствую, – ответил Макаров. – Это моя… супруга Элла.
Я ещё издалека заметила эффектную блондинку с алыми губами и пышным бюстом, утянутую в шикарное лавандовое платье. Да… Такая была прямо под стать Демиду. Куда уж тут маленькой мышке Олесе? В сравнении с ней я казалась себе тенью.
– А это Олеся. Моя… экхм… Моя ассистентка и правая рука, – в это время настоящая правая рука Масленникова уверенно легла на мою поясницу.
– Очень приятно, – произнёс Демид, чьё лицо вдруг стало снова похоже на непроницаемую маску.
«Где же я так нагрешила? За что мне это наказание?» – с невесёлыми мыслями я на автомате поедала салат, совершенно не чувствуя его вкус, и отпивала вино из бокала, фокусируясь на том, чтобы не оставлять на тонком стекле следы пальцев и губ.
Мужчины начали разговор очень издалека: о финансовых итогах года, об инвестиционном климате и настроениях на бирже, говорили о каких-то отчётах каких-то агентств. Ни я, ни Элла – имя-то какое! – не вклинивались в диалог первые минут пятнадцать.
Но потом фокус плавно сместился на отдых, уровень сервиса в Сочи… Я всё пыталась понять, что не так. И, начав аккуратно добавлять короткие реплики, вдруг осознала: Макаровы. Они выглядели так, будто каждый пришёл сюда по одиночке. От любой новоиспечённой семейной пары всегда шёл некий общий настрой, эмоциональный фон. Но тут… Как два случайно присевших за один стол незнакомца. «Это не та женитьба, о которой можно мечтать!» – вспомнилась фраза Демида.
– …и всё-таки я предпочитаю Швейцарию, – неспешно произнесла Элла. – На крайний случай – Австрию.
Мне было плевать на предпочтения блондинки, пусть бы даже она сказала про курорты на Марсе. Но этикет требовал поддержания разговора.
– Почему? – улыбнулась я.
– Потому что Кавказ, конечно, далеко не Альпы, – буркнула госпожа Макарова. – Это очень хорошо понимают все, кто был и там, и тут. Словами не объяснить. Но вот ощущения…
Я на свою беду перевела взгляд на Демида и чуть не поперхнулась при виде его лица. Как бы он ни пытался, даже сквозь маску безразличия просачивалось его желание шарахнуть Эллу по голове за её неуёмный снобизм.
– Я не самая преданная фанатка гор. Больше люблю городские путешествия, – произнесла я невозмутимо и доброжелательно.
– Да? И какие же города удостоились вашего визита?
Игнорируя непонятные попытки Эллы возвыситься над присутствующими, я начала перечислять европейские столицы и центры культуры, где успела побывать. К собственному удивлению, вдруг поняла, что мне вполне было чем ответить.
Владимир тоже подключился к обсуждению заграничных поездок, а вот Макаров, напротив, молча цедил вино, постукивая пальцами по столу. Пересилив себя, я обратилась к нему с невинным вопросом:
– Демид, а вы? Часто бываете в Европе?
Он лениво оглядел меня от макушки до груди, и мне понадобились все мои силы, чтобы не отвести взгляд.
– Я предпочитаю путешествовать по России. У нас огромная красивая страна. И гор в ней предостаточно, чтобы не пускать слюни по занюханным туристами Альпам.
– Дело не в туристах, – Элла раздражённо закатила глаза.
Эти двое, кажется, с трудом переносили общество друг друга…
– Алтай. Шикарные горы. И никаких денег не жалко, чтобы раз в год летать туда и напитываться их дикостью.
– Ну конечно. Столько лет бороться за цивилизованный туризм, чтобы потом мотаться дикарём туда, где его нет.
– Он там есть, – процедил Макаров, снисходительно вздохнув.
Мы с Масленниковым переглянулись. Он еле заметно качнул головой: «Не продолжай».
– Можете считать меня идиотом-патриотом, – Демид хмыкнул, глядя в опустевший бокал, и перед нами из ниоткуда материализовался официант, бесшумно разливший остатки из заказанной бутылки вина.
– Я думаю, наличие или отсутствие патриотических чувств никак не связаны с уровнем интеллекта, – я не удержалась от колкости и уставилась на свои ногти. Пусть понимают как хотят.
Воздух над нашим столиком постепенно электризовался. В какой-то момент я всё-таки вспомнила, для чего мы тут собрались, и заговорила на другие темы, лишь бы сгладить этот странный конфликт в чете Макаровых. Но, увы. Они будто существовали в разных измерениях и имели противоположные мнения вообще по всем вопросам.
Признав своё дипломатическое поражение, я умоляюще посмотрела на Владимира, который красноречиво повёл бровью и под конец ужина таки перешёл к делу. Вот только Элла вдруг нарочито по-актёрски зевнула и попрощалась с нами:
– Прошу меня извинить. День был длинным и безумно активным, валюсь с ног. Приятно было познакомиться, – не дожидаясь реакции мужа, она встала из-за стола и как-то чересчур шустро для жутко уставшего человека понеслась вон из ресторана.
– Укаталась, бедняжка, – процедил Демид и подозвал официанта, чтобы заказать ещё вина.
Владимир перешёл на коньяк. А я, тоже имея за плечами длинный напряжённый день, попросила чашку кофе.
Мужчины заговорили о делах. Что-то о брокерских сделках, страховании рисков, видах инвестиций… Я настолько посредственно разбиралась в теме, что даже не пыталась внимательно прислушиваться. Голова мягко гудела от выпитого вина и усталости. Все свои силы я потратила на попытку завязать дружеский диалог с этой странной парочкой ради того, чтобы мой босс во что-то выгодно вложился. «Господи, зачем я вообще здесь понадобилась? Они могли бы решить все свои дела наедине и не устраивать этот цирк…»
Заметив, что разговор стих, я вынырнула из своих размышлений и с удивлением обнаружила, что Масленникова за столом не было, а Макаров откровенно пялился на меня с плотоядной ухмылкой:
– Привет.
– А где Владимир?
– Лесь, ты с открытыми глазами спишь?
– Я… Я задумалась.
Демид вскинул брови и указал пальцем на мой телефон:
– Ответишь?
Увидев на дисплее имя босса, я схватила айфон:
– Да?
– Ты там уснула что ли? – буркнул Масленников.
– Простите, звук отключен, не сразу заметила…
– Никитка разнылся. Я вернусь через пять минут, а ты придёшь в номер и успокоишь его. Займи пока Макарова болтовнёй.
– Хорошо…
Демид кашлянул, привлекая к себе внимание:
– Десерт будешь?
– Я не ем сладкое.
– А. Точно. Ты говорила.
«Займи пока Макарова…» – легко сказать!
– В каком ты номере?