Эмма Райц – Фенрир. Том III. Пленник иллюзий (страница 61)
Рыжая от неожиданности резко обернулась и с лёгкой неприязнью уставилась на своего несостоявшегося палача.
– Точнее – в охране его дочурки. Спас её. Дважды, – главный снайпер «Феникса» еле заметно дёрнул бровью и забавно оскалился.
Злата ещё пару секунд не моргая смотрела ему в лицо, но, так ничего и не ответив, снова сосредоточилась на словах Перовской, мельком заметив на себе настороженный взгляд Шамана.
– Как вы понимаете, ситуация сложная. Больше деталей станет известно завтра после полудня. Вы все должны оставаться на связи и в любой момент готовы… Не знаю к чему. К молниеносному реагированию на любые нештатные ситуации. Мы пока не владеем достаточной информацией, чтобы чётко понимать, чем можем помочь государству в этих условиях, – выдохнув, Лера прижалась ягодицами к краю стола и замолчала.
Ларионов наоборот встрепенулся и достаточно чётко произнёс:
– Это значит, что вы обязаны быть трезвыми, отдохнувшими и иметь при себе заряженный смартфон. Не покидайте свои квартиры без особой надобности и будьте готовы выдвинуться к офису в любое время дня и ночи. Ясно?
Снова раздалось множественное «да».
– До утра все свободны, – хрипло произнёс Макс. – И помните: до официального объявления всё услышанное вами здесь – государственная тайна.
Глава 23. Предсказание Черномора
– И не скажешь, что ты – безбашенный решала, – хмыкнула Злата, поправив узел галстука на шее Андрея. – Костюм тебе очень идёт.
– Знаю, – Фенрир зевнул, глядя на часы. – Уже отвык так рано вставать.
– Да ладно, время уже полшестого. Не такая уж и беспощадная рань.
Наклонившись, чтобы чмокнуть рыжую перед уходом, Андрей внезапно наткнулся на странный взгляд Златы.
– Что такое?
– Ты правда дважды спас дочь Поталина?
– Ты три дня ждала момента, когда мне срочно нужно уйти, чтобы задать этот вопрос? Да, правда. Сначала на саммите, во время взрыва. Потом – при попытке её похищения, – Фенрир старался говорить будничным тоном, нагнувшись, чтобы обуться.
– В одиночку?
– Да.
– Вау… – Злата криво улыбнулась.
– Ты что, ревнуешь? – выдавил из себя смешок Андрей.
– А у меня есть повод? Между вами что-то было? – всегда хитро-весёлые зелёные глаза, к удивлению Давыдова-младшего, в этот момент впивались в него с некоторой тревогой.
– Ну… Ничего особенного. Просто безобидный флирт, – он отвернулся к зеркалу и сделал вид, что недоволен тем, как топорщились его волосы.
– Прикольно… Целая дочь президента… Не то что я, босоногая сирота наёмника.
– Детка, прекрати, – глуша внутреннее раздражение, Фенрир склонил голову и подтянул к себе Геллу за край футболки. – Ты моя истинная. На остальное плевать, – он поймал хохочущие губы Златы в плен, но и сам уже еле сдерживался от смеха.
– Скажешь тоже… Истинная!
Они мягко покусывали друг друга, не переставая хихикать. Злате приходилось стоять на цыпочках и крепко обнимать Андрея за шею.
– Разве нет? – успокоившись, тот серьёзно вгляделся в её лицо. – Мне ни с кем и никогда не было так весело и… и сложно, и легко… И только с тобой не приходится изображать из себя невесть кого…
Рыжая часто заморгала и мягко улыбнулась, уткнувшись носом в бороду Андрея:
– Мне тоже… Ни с кем и никогда. Хотя поначалу хотелось убить тебя. Особо изощрённым способом…
– У нас с тобой стопроцентная взаимность, – хмыкнул Фенрир. – Но мне уже совсем пора… Вернусь наверное к вечеру. Не скучай, – чмокнув Злату в макушку, он спешно вышел из квартиры и спустился на парковку.
По пути в «Феникс» Андрей копошился в своих тяжёлых мыслях. Последняя встреча с Леей вызывала у него яростное желание шарахнуть самого себя кирпичом по голове. Фенрир тогда явно был не в себе и поступил с ней по-свински, а теперь ему предстояло увидеться с ней на церемонии прощания с президентом. И эта перспектива свинцовой гирей давила на желудок, вызывая перманентное ощущение тошноты.
«Может, мы не пересечёмся? Она будет стоять в первом ряду. А я – где-нибудь сзади. И она меня не заметит. Или не узнает… Может, наёмников вообще не пустят внутрь?»
* * *
Огромный церемониальный зал, вмещавший в себя до трёхсот человек, бело-зеркальной глыбой возвышался посреди нового (закрытого для простых смертных) правительственного кладбища на северо-востоке столицы. Майское солнце приятно согревало, но порывы холодного ветра то и дело заставляли огромную вереницу приглашённых зябко подрагивать.
– И всё равно как-то уж подозрительно это… – несмотря на отчёты официальной комиссии и данные следствия, подтвердившие отсутствие какого-либо внешнего преступного умысла в случившемся, Черномор упорно продолжал искать в трагедии контекст предательства или бунта.
– Матвей, пожалуйста, хватит… – Лера шла между ним и Максом, утянутая в чёрный брючный костюм. Её лицо было наполовину скрыто массивными солнцезащитными очками.
– Вы все попрятали головы в песок, – не унимался шёпотом Григорьев. – Не хотите видеть очевидные вещи.
– Ещё слово, и я пожалуюсь на тебя Моцарту. Прекрати меня кошмарить, я и так уже не сплю ночами…
– Матвей, правда. Хорош уже, – Макс хмуро сдвинул брови. – Неужели ты думаешь, что ОТ НАС бы скрыли истину?
– С подачи этого фуфела в президентском кресле?! Легко!
– Тише! – шикнула Лера, толкнув его в бок. – Угомонись хоть тут, параноик!
– Запомни мои слова, – буркнул Черномор и в нарушение всех мыслимых правил достал из кармана брюк пачку сигарет.
Андрей и ещё два десятка солдат «Феникса» вперемешку с президентской охраной стоял в оцеплении по периметру церемониального зала. Метрах в пяти от него, сжимая локоть Дениса Морозова, внутрь вошла Лея Поталина. Фенрир с трудом узнал её, и дело было даже не в чёрном траурном платье. Её лицо было мертвенно-бледным, лишённым жизни и эмоций, будто Лея двигалась на автопилоте, не понимая, где находится и куда идёт. Ни косметики, ни украшений. Пустой взгляд.
Мысленно чертыхнувшись, Андрей моргнул и снова переключился на свои прямые обязанности. Политики, бизнес-элита, знаковые личности государственного масштаба в строгой очереди равномерно наполняли здание. Среди последних шли отец, Лера, Матвей и ещё двое командиров частных отрядов, имена которых Фенрир не помнил. Черномор, заметив людей «Феникса» в оцеплении, дёрнул бровью и задержал взгляд на Давыдове-младшем.
Последним на церемонию прибыл премьер-министр Ефимов. После чего, согласно инструкции, часть охраны, в том числе и Андрей, переместилась внутрь помещения.
В противоположном конце зала на небольшом возвышении стоял массивный закрытый гроб с останками Влада Поталина. С тяжелым чувством Фенрир наблюдал, как Морок подвёл Лею к постаменту. Девушка молча прикоснулась ладонью к полированному дереву крышки гроба и неподвижно стояла в такой позе несколько минут. Потом достаточно громко всхлипнула и, спрятав лицо в ладонях, скрылась в крепких поддерживающих объятиях Дениса, который медленно повёл её обратно.
Бесчисленное количество людей поочерёдно проходило мимо гроба. Далее каждый задерживался на несколько мгновений рядом с Леей и возвращался на своё место. Слово давали лишь избранным. К концу второго часа церемонии прощания Фенрир уже еле заметно морщился от неприятных ощущений в затекших мышцах спины.
* * *
Дождавшись своей очереди, Лера пропустила вперёд и Матвея, и Макса. И только потом подошла к гробу президента. Между ней и Поталиным не сложилось особой теплоты, но в целом он импонировал ей своей политической позицией и методами руководства страной. Пики коротко с искренним сожалением коснулась прохладной крышки и подошла к Лее, которая уже с трудом держалась на ногах. Они не были лично знакомы, но при виде Леры дочь президента внезапно выдавила из себя подобие грустной улыбки.
– Лея, примите мои соболезнования…
– Валерия, – та протянула ей холодную ладонь, и Пики на автомате сжала её, – спасибо, что вы здесь.
Лея немного неловко подалась вперёд, глядя на неё с какой-то необъяснимой надеждой. Леру кольнуло странное чувство, и в тот же момент она осознала, что от неё требуется. Мельком глянув на хмурого Морока, она в нарушение протокола обняла обессиленную Лею и еле слышно шепнула:
– Если вам нужна моя помощь, дайте знать. Можно через Дениса. Смерть вашего отца – огромная утрата для нас всех, и я готова поддержать вас в любом вопросе.
Лея кивнула:
– Спасибо. Непременно, но чуть позже.
Морок шёпотом процедил:
– Задержись потом ненадолго.
– Конечно…
Возвращаясь в свой ряд, Лера поймала на себе ледяной взгляд Олега Ефимова, не обещавший ничего хорошего. Перспективы дальнейшего взаимодействия государства с частными военными компаниями виделись Лере неутешительными.
«Неужели Матвей всё-таки прав?..»
* * *
– Таран, Молот, Шериф, Фенрир, – раздался в наушнике тихий голос Морока. – Машина Ласточки нужна у входа в зал. Готовность – тридцать минут.
Андрей, поняв, что не сможет избежать прямого контакта с Леей, вздохнул и шагнул наружу вслед за коллегами.
К этому моменту основная масса приглашённых уже покинула территорию кладбища. До процесса погребения президента были допущены лишь самые близкие и важные люди.