Эмма Райц – Фенрир. Том III. Пленник иллюзий (страница 48)
– Нужно было мужиком родиться! – Макс смешливо зашёл в кабинет и протянул Лере рабочий планшет. – Распишись. Вся партия дронов бракованная, возвращаем на завод.
– Какая прелесть…
– Обещали возместить свежаком вне очере…
Телефон Леры прервал Давыдова-старшего мелодичным звонком. Они оба посмотрели на дисплей: Макс надеялся увидеть там Морока, а Пики с лицом, наполненным страданием, надеялась, что это не какое-то очередное поздравление от клиентов.
– Черномор? Чего ему надо?
– Понятия не имею, – Лера нажала на зелёную кнопку. – Привет, Матвей.
– Привет, красивая, – голос Григорьева звучал непривычно растянуто и глухо. – С праздничком.
– Э… Спасибо. Что с тобой? Ты выпил?
Черномор откашлялся:
– Типа того… Утром парней схоронил.
Лера сжала переносицу, неловко зажмурившись:
– Прости. Соболезную. А почему только сегодня? Тела не отдавали?
– Тела-то отдали. Ждал очереди в крематорий.
Пики с запозданием вспомнила, что Матвей хоронил солдат рядом со своим полигоном в небольшом бетонном склепе, состоящем из стеллажей с выемками под капсулы с прахом. Наёмники Черномора погибали редко, поэтому даже в компактном «прахохранилище» мест было с запасом.
– Лерчик. У меня к тебе одна интимная просьба.
– Что? Какая ещё просьба?
– Я же тут на подсосе теперь месяцев на шесть минимум. Моцарт, конечно, чего-то мне заплатит. Вероятно, я даже получу какую-то упомянутую Поталиным компенсацию… Но, честно, кэша в обрез. Прокредитуй меня, будет заинькой, а?
Пики подняла взгляд на Макса и поняла, что тот слышал её диалог с Черномором, хоть и вёлся он не на громкой связи. Вздохнув, она щёлкнула мышкой по файлу с финансовыми показателями «Феникса».
– Ну пожалуйста, – хрипло промямлил хмельной Матвей. – Мне ж больше не к кому… Не в банк же переться?
– Сколько?
– Лямов сто двадцать… Может, сто пятьдесят…
– Думаешь, тебе хватит на полгода? Или ты намеренно собрался своих парней держать на хлебе и воде?
– Неа… Вообще-то нужно больше. Но четверть ярда ты ведь мне всё равно не отстегнёшь.
– Ну почему же… Вопрос лишь в том, сможешь ты их вернуть?
– Пфф… Естественно смогу. Но не сразу, через полгода вернусь в строй и начну выплачивать.
Лера заметила, как Давыдов-старший попытался знаками что-то ей изобразить, но так и не поняла.
– Матвей, э… Тут Максим нечаянно услышал…
– У Максима острый слух.
– Подожди, он что-то хочет сказать, – Лера включила громкую связь и положила Террафон на стол.
– Привет, Черномор.
– Привет, коль не шутишь…
– Я тут прикинул. А ты не хочешь часть денег получить не в качестве кредита, а в оплату своих услуг?
– Каких?
– Моцарт третий день выносит мне мозг. Очень нужна группа парней в центральной Африке. Человек тридцать. Местные прикормыши от рук отбиваются. Твои ребята же часто там порядки наводили, а теперь, пока ты вне игры, некому стало. Натаскай моих солдат, а? И нам удобно, и тебе возвращать меньше.
– Да я и так их вам натаскаю… В подарочек.
Лера раздражённо цокнула:
– Матвей, не отказывайся. Идея что надо. Проведём под договору хотя бы миллионов семьдесят. Остальное я выдам тебе в качестве кредита.
– Да хрен ли вам меня жалеть? Я точно знаю, что всё выплачу!
– Да никто тебя не жалеет… – начал Макс.
– Григорьев, тебе деньги нужны? – процедила Лера.
– Нужны…
– Значит, контракт плюс кредит. По-другому не дам.
– Давыдов, как ты её терпишь? – Черномор гортанно расхохотался в трубку.
Макс прыснул в кулак, глядя на Леру:
– Ну как? Она ж моя начальница. Куда деваться?
– Бесячая баба…
– Я всё ещё здесь!
– Да я ж любя, глупышка. Кстати… Как тебе мои цветочки? Понравились?
Давыдов прищурился, сдвинув брови, и въедливо уставился на Пики. Та растерянно глянула на него, но тут же ответила:
– Э… Да. Очень. Очень красивые.
– Я сам выбирал… Ладно. Пусть будет по-твоему.
– Когда привозить отряд? – голос Макса теперь звучал сухо и значительно менее дружелюбно.
– Я в запое до понедельника. Привози к среде.
– Оклематься успеешь?
– Обижаешь…
– Договорились. Пока, Матвей. Не наделай только глупостей до среды.
– Постараюсь, пупсик.
В кабинете на несколько мгновений воцарилась тишина. Лера уставилась в окно. А Макс – на неё.
– Как ты могла?
– Что могла?
– Григорьев? Серьёзно?
Пики перевела взгляд на Охотника:
– Что за странный набор вопросов, Максим? Что я могла? Причём тут Григорьев? О чём ты вообще?
– О чёрных розах. Это от него?!
– Ты что, не выспался?