Эмма Райц – Фенрир. Тетралогия (страница 73)
– Да. Очень много. Не в обиду «Фениксу»…
– Да чего обижаться… Я и так всё знаю. Наш технический отдел давно пора разогнать ко всем чертям…
– Лерка, не ной. Пошарься по тюрьмам, там нормальные хакеры пачками сидят.
– Сатир, нормальные хакеры как раз за решётку не попадают.
– Попадают! Очень даже!
– Ладно, заканчивайте. Вам в вашем возрасте вредно целыми днями сидеть.
– Да мы уже всё. Ждём постановления о задержании…
– Ого… Мальчики, может, мне вас в техотдел оформить?
– Ага, мечтай!
Сатир и Морок снова рассмеялись.
В доме было тихо, не считая какого‐то монотонного гомона, раздававшегося из комнаты Карины.
– Малыш, ты‐то хоть накормлен?
Из‐за угла навстречу Лере вывернул чёрный пушистый кот. Он что‐то хмуро буркнул и обтёрся о её ноги. Она прошла через холл и гостиную и заглянула к дочери. Как это часто случалось, Карина уснула в VR‐очках, а на огромном настенном экране продолжалось действо одной из десятка её любимых игр.
– Я худшая мать в мире… – Лера аккуратно сняла с неё очки и накрыла пушистым пледом.
Карина что‐то сказала ей сквозь сон и отвернулась. Бегемот запрыгнул на кровать и улёгся у неё в ногах, высокомерно помахивая своим длинным хвостом.
– Знаю… Не начинай. Я сама уже устала… Через год‐два уйду в тень и буду надоедать вам обоим своим ежедневным присутствием.
Выключив экран, Лера опустила глаза на консоль с фотографиями и тяжело вздохнула. Среди почти двух десятков разношёрстных рамок больше половины были совсем детские, с Кариной и Соколом. Она до мозга костей была папиной дочкой. Внешне – практически копией Димы, только голубые глаза достались от Леры. Привычки, увлечения, дух авантюризма, даже какие‐то словечки – всё в ней было от отца.
Потом Пики насчитала пять снимков Карины с Андреем. А себя нашла только на двух фото.
– Ну да… Куда уж мне.
Давыдов‐младший был несчастной любовью девочки‐подростка уже почти несколько лет. С тех пор, как однажды по просьбе Леры заехал за Кариной в школу, где счастливая второклашка на следующий день всем сообщила: как только ей стукнет шестнадцать, она выйдет замуж за Андрея.
Лера особо и не удивилась бы такому исходу. Эти двое стоили друг друга. Когда весной Фенрир тайно отвёз Карину к своему татуировщику, и домой та вернулась с забитым запястьем, у Леры просто не нашлось приличных слов в их адрес. В тот месяц выхватили все: Андрей – за своё пагубное влияние на неразумного подростка, Макс – за недостойное воспитание сына, директор школы – от множества родителей – за массовые требования отпрысков «тоже что‐то набить», Лера – от директора – за неумение грамотно обуздать дочерний гормональный бунт… И только Карина осталась невредима.
Лера долго смотрела на минималистичный силуэт летящего сокола на девичьем запястье и в итоге не нашлась, что сказать, кроме как «Это первая и последняя твоя татуировка».
Поцеловав спящую дочь в макушку, она выключила свет в комнате и направилась в противоположную часть дома. После недолгих мук выбора Лера достала с нижней полки винного шкафа бутылку кьянти и плеснула прохладный алкоголь в чайную кружку.
– За несбывшиеся мечты об образцовом материнстве…
Внезапно снизу снова раздалось недовольное урчание Бегемота.
– На ночь есть вредно.
Кот красноречиво продемонстрировал полное безразличие к системе правильного питания, прикусив Леру за большой палец ноги.
– Хорошо! – отхлебнув вина, она насыпала пригоршню корма в миску и снова уселась на высокий стул в глубокой задумчивости, которую внезапно прервало короткое сообщение от одного из технических специалистов «Феникса».
Лера дважды перечитала содержимое, удивлённо моргнула и переслала информацию Денису.
– А, нет. Всё‐таки мы ещё способны на некоторые достижения…
Ответ пришёл через несколько секунд:
– Зашибись… Плюс ещё одно постановление оформлять. Спасибо!
– Сука! – Шаман ударил себя ладонью по лбу и швырнул пустой Глок на стол, уныло пялясь на неудовлетворительные результаты прицельной стрельбы.
– Ладно тебе. Не истери. Настроишься ещё, – Саид забрал пистолет и освободил его от обоймы.
Тренировочный зал был в доступе агентов круглосуточно, поэтому многие любили позаниматься поздно вечером, когда основная толпа рассасывалась.
– Этот чёртов глаз нихрена не работает! Всё плывёт, фокус нестабильный, а потом башка раскалывается от напряжения. И тошнит жутко.
– Пробуй живым.
– Живой не прицельный… Не могу.
– Попроси Óдина или Валерию Владимировну, чтобы тебя отправили на военную базу. К таким же парням. Вдруг ты делаешь что‐то не так? Там тебе помогут приноровиться.
– Óдин опять куда‐то укатил…
А при мысли о разговоре с Лерой Илью передёрнуло.
– Давай ещё разок. И по домам, – Трюкач протянул ему «Лебедя». – Этот вроде полегче. И отдача минимальная.
– Да знаю… Ладно, – Шаман взял оружие и запустил стандартную программу стрельбы по неподвижным целям.
«У вас две минуты и восемнадцать целей. Для прохождения уровня необходимо поразить не менее шестнадцати целей. Время пошло!»
– Давай… – Илья максимально сконцентрировался, замедлил дыхание и стал плавно переводить взгляд с ближних объектов к дальним, заставляя имплант последовательно менять фокус. У опытных стрелков с протезом такой манёвр занимал пару секунд, Шаману потребовалась четверть минуты.
«Цель поражена!»
«Цель поражена!»
«Цель поражена!»
Саид следил за выстрелами на мониторе и улыбался, радуясь за товарища.
«Время истекло. Ваш результат – двенадцать целей. Процент попадания – 100. Уровень не пройден!»
– Тихоход хренов…
– Чего?! Ты глянь! Ни одного промаха!
– Слишком медленно!
Трюкач ухмыльнулся:
– А ты кого собрался пачками по секундомеру отстреливать? Ты же не солдат, а телохранитель.
Илья вытащил обойму и крутанул пальцем оставшиеся в ней патроны:
– Но тесты я не сдам…
– Сдашь. Фокус работает. Теперь осталось нарастить скорость. Дело практики.
– Уволят меня…
– Хорош ныть! Тут отличные боссы! Они всё понимают. И обязательно дадут тебе время на восстановление. Всё, погнали. Мне завтра в шесть утра стартовать.
Выключив тренировочную систему и убрав оружие, они погасили свет и прошли по коридору к подземной парковке.
– Куда тебе так рано?
Саид вздохнул, зажмурив один глаз:
– Меня снова поставили на замену…
– К этой Вике что ли? – Шаман резко забыл о своих душевных стенаниях и озорно усмехнулся.