Эмма Райц – Адвокатская тайна. Том I. Теряя контроль (страница 12)

– Отец зовет Софьей. Мама – Сфи. Друзья – Соней.

Волохов кивнул:

– Хорошо. Софи. Давай договоримся. На берегу.

– Давай…

– Эта сделка несет выгоду всем нам. Поэтому мы все одинаково заинтересованы в благоприятном исходе. Значит, для взаимного комфорта ты держишь в узде свою мимику и выполняешь мои рекомендации, а я смягчу манеру общения, даже если мы не на людях. Договорились?

– Договорились.

– Отлично.

– Почему Софи?

Волохов хмыкнул, сдерживая смех:

– Каждый раз, называя тебя Софьей, я надеюсь увидеть кокошник на твоей голове.

Софи прыснула со смеху:

– Ладно, мистер Сарказм. Как мне называть тебя? Даня?

Они оба согнулись в приступе хохота.

– Даже не думай.

– Извини, но твое имя, кажется, еще более неудобное, чем мое.

– Тогда используй мою фамилию. – Волохов припарковался недалеко от входа в любимый бутик.

– Мне не нравится…

Приветливая девушка, встретившая их в светлом шоуруме, не моргнув глазом, забрала, кажется, десятое платье и протянула Софи еще один вариант. Волохов невозмутимо отхлебнул кофе и снова уткнулся в телефон, отвечая на рабочую почту.

– Не знаю… Что скажешь?

Он поднял глаза и критически повел бровью:

– У меня ощущение, что тут все платья на каких‑то коротышек. С твоими длинными ногами нужно либо явное мини, которое сегодня абсолютно неуместно, либо откровенное макси, что тоже не совсем подойдет…

Софи задумчиво произнесла:

– Расскажешь, где учат делать настолько уничижительные комплименты?

– Я самородок. – Он встал и прошелся вдоль вешалок в поисках подходящего наряда. Внезапно его взгляд привлек сложный холодный оттенок кирпичного цвета: – Хм… – Он снял с вешалки шелковый комбинезон с широкими штанинами, воротником‑стойкой и без рукавов. Ткань приятно холодила пальцы. – Черный жакет найдется?

Менеджер кивнула и прихватила сразу несколько вариантов.

– Ставлю десятку, ты уйдешь отсюда в этом.

Софи с плохо скрываемым восторгом разглядывала на себе комбинезон в огромном зеркале:

– Даже спорить не буду. О… сколько?! – Цена на этикетке сияла шестизначным значением.

– Это же шелк, милая.

– Отец ужаснется, когда увидит выписку по карте.

– А тебе разве не все равно?

– Ну… – Она надела черный жакет с небольшими темно‑бронзовыми пуговицами и черные босоножки на кожаных шпильках приемлемой высоты. – Думаю, ему самому понравится.

Волохов удовлетворенно кивнул, допил кофе и встал с диванчика:

– Поехали.

Софи отстегнула бирки с обновок, убрала свои вещи в большой бумажный пакет и расплатилась.

– Вернемся к правилам поведения. – «Лексус» несся по МКАДу, обгоняя вечерний поток машин. – Во‑первых, ты не смотришь на меня, если я не обращаюсь в этот момент к тебе. Вообще. Без исключений. Во‑вторых, не держишь меня за руку. Единственное исключение – на входе в клуб. В‑третьих, твое выражение лица. Никаких блестящих улыбок во весь рот. Можно еле заметно усмехнуться. Но основную часть вечера – демонстрировать прохладную отчужденную симпатию, незаметно приправленную каплей раздражения.

– Но для чего все это?

– По‑моему, это очевидно.

Софи пожала плечами:

– Возможно, тебе – да. Но не мне…

– Твое милое лицо – твой главный враг. Красивая улыбчивая девушка в большинстве случаев автоматически списывается в разряд влюбленных глупышек.

– М-м-м… Еще один уничижительный комплимент в копилку.

– Это я еще только разминаюсь. Да. Как у тебя обстоят дела с алкоголем?

– Э… Не знаю… Я редко пью.

– Плохо.

– Плохо, что не пью?

– Плохо, что не знаешь. Тогда твой максимум – две порции. Уж надеюсь, со ста миллилитров тебя не унесет.

– Хотелось бы верить.

Впереди уже показались огни клуба.

– И последнее. Легенда.

– Легенда?

– Да. Если вдруг кто‑то спросит о нашем знакомстве.

– А… И что отвечать?

Волохов пристально посмотрел на Софи. Та неуверенно отвела взгляд.

– Какую историю ты придумал?

– Никакую. Умелые лжецы всегда говорят правду.[1]

– Сложно…

– Расскажешь, как все было на самом деле. Мотоцикл, фура, пробитое колесо. Чем меньше врешь, тем меньше деталей придется запоминать. И тем меньше эмоций придется подделать.

– Ну все. Назад дороги нет. – Волохов положил холодную ладонь Софи на сгиб локтя. – Контролируй лицо…

Она тяжело вздохнула и попыталась изобразить одновременно безразличие, симпатию и легкое раздражение, насколько это вообще было возможно. Они вошли в клуб и мгновенно погрузились в самую хищную атмосферу, которую могли создать сто пресыщенных, подозрительных и неприлично состоятельных хозяев жизни.

– Добро пожаловать в мой мир, дорогая Софи.

– Выглядит достаточно жутко.

– А я и не обещал радугу с единорогами. – Волохов отпустил ее руку и, не обращая внимания на вспышки фотоаппаратов, направился к барной стойке.

Слегка нагнувшись к бармену, он что‑то тихо проговорил. Юноша кивнул и занялся заказом. Даниил хотел сказать Софи что‑то еще, но к нему подошел один из крупнейших столичных банкиров под руку со своей пассией. Софи хватило пары коротких взглядов, чтобы примерно понять: банкиру было явно за сорок, а его спутнице в лучшем случае лет двадцать.

Пока Волохов представлял ее своим знакомым, Софи все же украдкой следила за ним, пытаясь считать его отношение к тому или иному человеку. Она с удивлением осознала, что внешне Даниил практически не скрывал свои взгляды на репутацию большинства из присутствующих, которые, в свою очередь, убедительно игнорировали подобное откровенное пренебрежение правилами приличия.