Эмма Орци – Леди Молли из Скотланд-Ярда (страница 3)

Здесь, конечно, было прямое противоречие в показаниях горничной, портье, камердинера и мисс Марвелл, сообщившей, что Кэмпбелл приходит в комнату и делает ей чай задолго до семи часов каждое утро, так было и утром четвертого.

Уверяю вас, наши ребята в Ярде рвали на себе волосы, от лабиринта противоречий, в который они попали.

Все казалось таким простым. Ничего «такого» не было, и было очень мало реальных предположений о лживой игре, и все же мистер Леонард Марвелл исчез, и от него не осталось никаких следов.

Все открыто говорили об убийстве. Лондон — большой город, и это был не первый случай с гостем — ведь мистер Леонард Марвелл был практически гостем в Лондоне — его заманили в пустынную часть города в туманную ночь. Ограбили и убили, а тело спрятали в подвале, где его не смогут обнаружить в течение нескольких месяцев.

Но публика, читающая газеты, особенно непостоянна, и мистера Леонарда Марвелла скоро забыли все, кроме шефа и группы наших коллег, ведущих дело.

Однажды я услышала от Дэнверса, что Рози Кэмпбелл оставила работу у мисс Марвелл и поселилась в комнатах на Финдлитер Террас, возле Уолхэм Грин.

В то время я была одна в нашей квартире на Мейда Вейл, леди Молли уехала на выходные к вдовствующей леди Лум, ее старой подруге. А, когда она вернулась, то казалась более заинтересованной в передвижениях Рози Кэмпбелл, чем была до сих пор.

Прошел еще месяц, и я, например, совершенно перестала думать о человеке в макинтоше, который так таинственно и бесследно исчез в самом оживленном месте Лондона, когда однажды утром в начале января леди Молли появилась в моей комнате, больше похожая на домовладелицу игорного дома.

«Что в мире…» — начала я.

«Да! Кажется, я выгляжу как надо», — ответила она, с явным самодовольством оглядывая необыкновенную фигуру, которая стояла перед ней в зеркале.

На ней были пальто из пурпурной ткани и юбка необычно яркого оттенка и необычного покроя, из-за чего ее бесподобная фигура выглядела как мешок с картошкой. Ее красивые каштановые волосы были скрыты под париком того желто-красного оттенка, который можно встретить только в очень дешевых красках.

Что касается ее шляпы — я даже не буду пытаться ее описать. Она свисала по бокам ее лица, обильно покрытого кирпичной краской и таким порошком, который заставляет щеки выглядеть темно-бардовыми.

Моя дорогая леди выглядела, действительно, прекрасной картиной ужасающей пошлости.

«Куда вы идете в этой „элегантной“ одежде?» — спросила я в изумлении.

«Я сняла комнаты в Финдли. Чувствую, что воздух Уолхэм Грин пойдет нам на пользу. Наша любезная, хотя и немного неряшливая хозяйка ждет нас на завтрак. Вам придется держаться на заднем плане, Мэри, все время, пока мы там. Я сказала, что приведу с собой племянницу, поэтому уложите так два или три больших локона, чтобы ваше лицо было прикрыто. Думаю, даже могу смело побещать, что вы не будете скучать.»

И мы, конечно, не скучали во время нашего кратковременного пребывания в доме 34, на Финдлитер, Уолхем Грин. Переодевшись в нашу необыкновенную одежду, мы должным образом прибыли туда, на шатком четырехколесном экипаже, на верху которого лежали два огромных ящика.

Хозяйка была беззубым старым существом, которое, по-видимому, думало, что мыло было совершенно не нужно. В этом она, очевидно, была едина с каждым из своих соседей. Финдлитер Террас выглядела невыразимо убогой. Группа грязных детей собралась у водосточного желоба и издавала ужасающие крики, когда подъехала наша колымага.

Сквозь густую челку я увидела на некотором расстоянии на дороге мужчину лошадиного вида в плохо облегающих галифе и гетрах, который смутно напомнил мне Дэнверса.

Через полчаса после нашего обустройства, пока мы ели жесткий стейк на сомнительной скатерти, леди Молли сказала мне, что ждала целый месяц, пока комнаты в этом конкретном доме не окажутся пустыми. К счастью, население здесь всегда меняется, и леди пристально следила за номером 34, над которым жила мисс Рози Кэмпбелл. Прямо из комнат на первом этаже съехали последние постояльцы, и мы были готовы въехать.

Привычки и обычаи леди Молли, живущей по указанному «аристократическому» адресу, полностью изменились соответственно ее внешности. У нее появился пронзительный, хрипловатый голос, который, как она предполагала, эхом отзывался даже на чердаке.

Однажды я услышала, как миледи делала неясные намеки хозяйке, что ее муж, мистер Маркус Стоун, немного повздорил с полицией о маленькой гостинице, которую он держал где-то возле площади Фицрой, и куда «приходили молодые джентльмены играть в карты в ночное время». Хозяйка также поняла, что мистер Стоун теперь временно живет за счет Его Величества, а миссис Стоун должна жить уединенной жизнью, вдали от своих модных друзей. Несчастья псевдо миссис Стоун никоим образом не омрачили любезности миссис Тредвен, нашей хозяйки. Жители Финдлитер Террас очень мало заботятся о прошлом их постояльцев, если они платят арендную плату за неделю вперед и не устраивают особого шума.

Это леди Молли сделала с щедростью, характерной для экс-леди со средствами. Она никогда не ворчала о количестве варенья и мармелада, которые мы должны были бы потреблять каждую неделю, и доходящее до титанических размеров согласно выставленному счету. Она терпела кошку миссис Тредвин, бурно оскорбляла Ермынтрюд — расточительно раскованную квартирантку, а верхнему этажу одолжила свой ламповый фонарь и щипцы для завивки, когда они вышли из строя у мисс Рози Кэмпбелл.

Определенная степень близости последовала после этих щипцов для завивки. Мисс Кэмпбелл, сдержанная и скромная, очень сочувствовала леди, которая была не в лучших отношениях с полицией. Я постоянно держалась в тени. Две леди не посещали комнаты друг друга, но они долго и конфиденциально беседовали внизу, и вскоре я поняла, псевдо миссис Стоун удалось убедить Рози Кэмпбелл, что если полиция и присматривает за домом 34,то это, несомненно, из-за несчастной верной жены мистера Стоуна.

Мне было немного сложно понять намерения леди Молли. Мы жили в доме более трех недель, но ничего не случалось. Однажды я рискнула задать вопрос относительно того, ожидаем ли мы внезапного возвращения мистера Леонарда Марвелла.

«Ибо если это так, — утверждала я, — то, конечно, люди из Ярда могли бы держать дом под наблюдением, не испытывая при этом никаких неудобств, а нам не нужно было бы маскироваться».

Но на эту тираду моя дорогая леди не ответила.

В это время она и ее новоприобретенная подруга были глубоко заинтересованы в деле, известном как «ограбления в магазинах в Вест-Энде», о чем, без сомнения, вы помните, так как они произошли совсем недавно. У дам, ходящих по магазинам в больших торговых центрах в сутолоке распродаж крали ридикюли, кошельки и ценные вещи без всякого следа этого хитрого вора.

Хозяева магазинов на время распродаж неизменно используют детективов в штатском, чтобы присматривать за их товарами, но в данном случае были ограблены клиенты, а детективы, внимательно следившие за каждой попыткой нелегального «шопинга», пропустили умного вора.

Я уже замечала сильное волнение мисс Рози Кэмпбелл всякий раз, когда псевдо миссис Стоун обсуждала эти дела с ней. Поэтому я ни капельки не удивилась, когда однажды вечером, перед чаепитием миледи, вернувшись, домой со своей обычной прогулки, пронзительный голосом позвала меня в холл:

«Мэри! Мэри! Они поймали человека грабившего в магазинах. На сей раз он допустил промах, и полицейские знают сейчас кто он, и, полагаю, они его сейчас схватят. Это расстроит кого-то, кого я знаю», — добавила она с тем грубым смехом, который использовала с новым обликом.

Я вышла из комнаты в ответ на ее зов и стояла прямо возле нашей двери в гостиную. Миссис Тредвен, как обычно растрепанная и неопрятная, прокралась по ступенькам, за ней вплотную следовала Ермынтрюде.

Пролетом выше нас стояла дрожащая фигура Рози Кэмпбелл с испуганным белым лицом, расширенными глазами, как будто на краю бездны.

Все так же громко разговаривая, леди Молли подбежала к ней, но Кэмпбелл встретила ее на полпути, и псевдо миссис Стоун, энергично схватив ее за запястье, потащила в нашу гостиную.

«Теперь возьмите себя в руки, — сказала она грубовато добродушно. — Эта сова Тредвен подслушивает, нельзя чтобы она слишком много знала».

Закрой дверь, Мэри. Да благословит тебя Бог, дорогая, я жутко испугалась. Вам туда! Просто прилягте на диван. Моя племянница приготовит вам чашку чая. А я пойду возьму вечернюю газету и посмотрю, что происходит. Полагаю, вы очень интересуетесь грабителем магазина, иначе вы бы не были так взволнованы.

Не дожидаясь возражений Кэмпбелл, леди Молли выскочила из дома.

Мисс Рози Кемпбелл почти не разговаривала в течении следующих десяти минут, что мы с ней оставались одни. Она лежала на диване с широко открытыми глазами и смотрела в потолок, очевидно, все еще пребывая в ужасном состоянии.

Я только успела приготовить чай, как леди Молли вернулась. У нее в руке была вечерняя газета, но она бросила ее на стол, как только вошла.

«Я смогла достать только старый выпуск, так мы ничего не узнаем».

Она подошла к дивану и, понизив пронзительный голос, быстро прошептала, наклоняясь к Кэмпбелл: