Эмма Мист – Истинная катастрофа для дракона (страница 21)

А значит, будет действовать по ситуации.

Итак, вокалист и автор песен Алекс Гойс был харизматичен и обаятелен, обладая невероятной улыбкой, которая могла бы заворожить любого. Но за этой улыбкой скрывалась печальная история. 

Его отец был известным рок-музыкантом, который пропал без вести, когда Алекс был ещё подростком. Мать, пытаясь справиться с горем, погрузилась в алкогольную яму и так оттуда и не выплыла. 

Так что лет с восьми Алекс, по сути, рос сиротой и искал утешение в музыке, но тень отцовского отсутствия всегда преследовала его, и многие их песни посвящены тяжёлому детству и сложными отношениями с родителями.

Это хорошо, хоть и, конечно, плохо. Но тут есть о чём поговорить и на что надавить, как бы жестоко это ни звучало.

Гитарист Рик Мартори славился своим агрессивным стилем игры и ещё более агрессивным поведением. У него ТОЖЕ были сложные отношения с родителями, которые никогда не поддерживали его выбор, считая музыку пустой тратой времени. 

Учитывая, что отец Рика был известным и очень жёстким политиком (и соперником Кайла на выборах!), к тому же несколько лет назад стал вдовцом, они с Риком часто ссорились. И о ссорах отца и сына знал весь Санфлейм.

Видимо, смерть жены и матери сильно надломили их семью, и когда Деймон Мартори привёл домой новую молодую жену, Рик окончательно «взбесился», ударившись во все тяжкие, а отец, конечно же, пытался его во всём ограничить и запереть дома. Я-то понимаю, что отец действовал во боаго сына, скорей всего, но Рик, конечно же, не понял и не оценил. 

В итоге Рик решил порвать с тираничным папашей, предавшим память его матери, как утверждал музыкант. И публично заявил об этом, добавив, что новая жена – бывшая любовница. 

Этот скандал, конечно же, пошатнул карьеру его отца. Недоброжелатели Кайла говорят (по словам девиц), что именно это стало одной из причин, почему предыдущие выборы выиграл мой новый муж. 

Это было тем более очень удачно. Но тут надо подумать, как сделать так, чтобы не навредить карьере Кайла, разумеется. 

Басистка Лия Уолсли была самой тихой в группе, но её история была не менее драматичной. Её родители развелись, когда она была маленькой, и оба пытались свалить ребёнка на другого, так что девочка росла с чувством собственной ненужности и использовала музыку как способ выразить свои чувства, тоже являясь автором части лирических песен. 

Барабанщик Джейк Шейд был настоящим бунтарём. Он вырос в неблагополучном районе Санфлейма и рано встал на путь уличной культуры. Почему? 

Потому что сбежал от отчима, который его весьма интенсивно бил. 

Так что будучи участником уличной банды в подростковом возрасте он видел много насилия, воровал в детстве, а может, что и похуже, но доказательств не было. Его ярость и энергия на сцене были следствием его страданий и несправедливости, с которыми он столкнулся.

И, наконец, последний участник – клавишник Макс Зейдел. Он был «миротворцем» в группе по словам девушек. 

У него, в отличие от других участников, была идеальная семья – какие-то учёные, преподававшие в местном университете, долго и дружно живущие друг с другом. Но Макс оказался чувствительным и не выдержал давление, которое оказывали родители, требуя, чтобы он пошёл по их стопам. 

Даже не пытаясь соответствовать высоким ожиданиям своих родителей, Макс сбежал из дома и присоединился к группе. 

Он часто был в тени других участников и почти что не устраивал безобра́зных публичных «выходок», и именно он пытался поддерживать гармонию в группе, стараясь уладить конфликты и споры. 

Но… и тут не всё просто: его внутренние противоречия между желанием быть собой и стремлением угодить родителям стали причиной очень затяжной депрессии.

Итак, все пятеро «драконов» были связаны не только музыкой, но и общим демоном под названием «проблема отцов и детей». 

А значит, за их мятежным поведением стоит много боли и страха. Это и создавало особую атмосферу в группе и, как следствие, скандальную репутацию коллектива. 

Ну, что же, значит, будем разбираться, помогать и наставлять. Что ещё остаётся, раз им именно родительской любви, поддержки и одобрения не хватало? Посмотрим, что из этого выйдет.

Глава 35

Когда мы вошли в гостиницу, меня сразу же поразила царящая там атмосфера.

Нет, в гостинице-то было всё красиво и роскошно, но… 

В лобби царил хаос. Группа молодых людей с яркими, разноцветными причёсками и множеством татуировок вели себя очень развязно: громко смеялись, навязчиво требовали какую-то Дейзи... В общем, вели себя так, будто это был их дом. 

К портье, Анне Кодар, я подошла первой. Эффектная блондинка лет сорока, очень хорошо выглядящая и явно следящая за собой, очевидным образом была на грани истерики. Она выглядела растерянной и смущённой, а её лицо было цвета помидора. 

Ей явно было не по душе поведение посетителей, но при этом она не знала, как с ними справиться.

Я решила первой начать разговор.

– Здравствуйте, Анна, меня зовут Дженнифер Уайт. Мы вместе с этим и очаровательными дамами из мэрии и пришли на встречу с «Серебристыми драконами полуночи». Как дела у них? – спросила я, стараясь говорить непринуждённо.

Анна сделала очень длинный вдох-выдох, как будто готовилась к неприятной беседе. Собственно, так и было. 

– Здравствуйте, миссис Уайт. Видимо, поздравляю со свадьбой вас с господином мэром, однако у меня для вас радостных событий нет, – начала она, стараясь избегать моего взгляда. – Ну, у них… не всё так гладко. Я бы сказала, что они… немного переборщили с развлечениями.

Я кивнула, понимая, что, скорей всего «переборщили» сильно.

– Можете рассказать подробнее? – попросила я, мягко, но настаивая.

Анна, в конце концов, собралась с мыслями и начала рассказывать. 

– Они… они устроили настоящий хаос! Вчера вечером в лобби появилась толпа, вроде этих, – раздражённо фыркнула Анна, кивком указав на группу молодёжи, – Фанаты… Они начали заказывать самые дешёвые напитки и закуски, постоянно выкрикивая и хамя официантам.

Потом «драконы» достали гитару и они начали петь всей толпой. Фальшивые песнопения отпугнули нам всю приличную публику, прости уж за подробности.

Потом кто-то из них подрался, сломали нам несколько столиков, порвали обивку дивана, разбили две вазы дорогущие…

На все мои замечания они говорили, мэр Уайт всё оплатит, и если я посмею их выгнать, то навлеку на себя гнев господина мэра…

И вы знаете, мне уже почти всё равно! Я почти уверена, что после того, как я разберусь с этим бардаком, меня уволят. 

К концу её пламенной речи у девушки на глазах навернулись слёзы от обиды и голос сорвался. 

– Вы знаете, я опытный работник и повидала всякое, но таких наглых, бесцеремонных нахалов встречаю впервые, – всхлипнув, произнесла Анна. – Когда я попыталась пригрозить полицейскими, они заявили мне, что в случае появления полиции, они окончательно мне тут всё разнесут, пока их, толпу человек тридцать, будут ловить.

И знаете, что мне заявил солист?! Их пересажают, а я что буду делать с разгромленным холлом? И ведь правда!

И если бы владелец отеля был в городе, то я бы, наверное, могла бы попросить помощи или совета у него, но его нет – он отдыхает.

Вы представляете, что он со мной сделает, когда вернётся?!

И я уже сутки тут, потому что боюсь отдать девочкам смену администратора: они у нас неопытные и вообще растеряются. А уж что они сделали со своим номером…

– И что же с номером? – мягко спросила я.

– В номере, – продолжала Анна, – они устроили самую отвязную вечеринку, пригласив с десяток особо рьяных фанатов! Я как, кто-то даже пытался прыгнуть в бассейн с балкона третьего этажа, где находится их люкс. Еле остановила это безобразие. А самое страшное, что всё повторяется: видите, в холле уже новая толпа собирается! Я не знаю, как это уладить! 

А я, кажется, знаю. 

– Анна, не волнуйтесь, – сказала я, стараясь её успокоить. – Мэрия покроет все расходы на восстановление. Мы заботимся о нашем городе и о его репутации. 

Она приоткрыла рот, как будто собиралась возразить, но затем просто кивнула.

– Спасибо, миссис Уайт. Это очень важно для нас, – дрогнувшим голосом сказала она. 

– Теперь мне нужно встретиться с «драконами». Где их номер? – спросила я, уже мысленно готовясь к разговору.

Анна указала на лифт и сказала: 

– На третьем этаже, номер триста пять. 

Я направилась к лифту, и за мной следовали мои помощницы.Девушки выглядели довольно растерянными и напряжёнными одновременно.

– Миссис Уайт, что мы будем делать? – спросила Ника. – Я ума не приложу, как справиться с оборзевшей толпой рок-музыкантов и их фанатов. 

– А что делают с оборзевшими подростками? – уверенным голосом ответила я.

Глава 36

Я быстро изложила девушкам свой план, и, пока мы вели необходимые приготовления, девицы восторженно оценивали и обсуждали предстоящее.

– Вы думаете, сработает? – Ника нервно хохотнула.

– Дженнифер, ты уверена, что это хорошая идея? – одновременно дрожащим голосом спросила Лора. 

– Ну, попытка не пытка, – внутренне собравшись, ответила я. – Главное, всё сделать чётко. 

– Ну вы, конечно, и приколистка... – восхищённо протянула Лора. – Неужто подействует?