Эмма Ласт – Я выбираю тебя - Эмма Ласт (страница 38)

— Я читаю мысли.

Виталина подумала, что ей не помешает записаться к психологу, к которому ходила Ангелина, как вдруг почувствовала на своей руке пальцы Виктора.

Она остановилась и обернулась к нему:

— Прочитай, о чем я сейчас думаю? — спросил с улыбкой, и по тому, как изогнулись его губы и заблестели глаза, она вполне очевидно поняла — о поцелуе.

К такому сближению на первой встрече Виталина была не готова, но Виктор ей понравился, поэтому она не стала грубить или вести себя вызывающе.

— Я тебе сейчас расскажу анекдот, а ты сам решай, угадала я про твои мысли или нет.

Виктор кивнул, но ее руки не выпустил.

— В купе поезда дальнего следования ехал грузин. Интеллигентный такой, хорошо одетый, в целом привлекательный. И на одной из станций к нему подсела женщина, тоже очень красивая и статная.

Виктор улыбнулся, но перебивать не стал.

— Грузин вежливо поздоровался с ней и вернулся к чтению. Она раз попробовала завязать беседу, два — ноль эмоций. Тогда женщина попросила его о помощи. Грузин не отказал, но дальше общение не пошло.

— И?

— Тогда она решила при нем переодеться — он даже бровью не повел. Потом и вовсе раздеться до нижней сорочки — тоже самое.

Виктор смеялся, хотя до конца анекдота еще было далеко.

— Слушай!

— Я весь во внимании.

— Когда она поняла, что ничего от него не добьется, женщина вспылила, вырвала из рук грузина книжку и начала кричать: “Как вы посмели меня игнорировать! Я тут перед вами распинаюсь почем зря, а вы специально не обращаете на меня внимания! Вы импотент! Вы не мужчина! И позорите свой пол и свою нацию!”

— А он?

— А он снял и отложил в сторону очки, потом развязал галстук, расстегнул рубашку и сказал, — Виталина хитро улыбнулась и, подражая кавказскому акценту, продолжила. — “Как завещал мне мой отец, а ему его отец. Лучше двадцать минут подождать, чем полтора часа уговаривать”.

Виктор в голос рассмеялся, потом сжал ее пальцы, но на большее не решился.

— Отличная история. Очень поучительная.

— Это анекдот.

— Все равно, — и после короткой паузы Виктор спросил. — Обменяемся телефонами?

Глава 45. Марьяна

После вечера, полного страсти и дикого вожделения, занятия бачатой приобрели совершенно иную окраску.

Теперь они были наполнены тайной, случайными взглядами и прикосновениями, которые копили желание и нетерпение, чтобы излиться в объятиях друг друга после.

Каждое движение, каждый взгляд был наполнен скрытым смыслом, понятным только им двоим. Это была игра, опасная, так как могли возникнуть подозрения, но от того не менее желанная.

Игра, которая делала их связь еще более вкусной, позволяя сохранять влечение и интерес.

— Все выходные думал о тебе.

Артур заключил Марьяну в объятия и подсадил так, чтобы она обхватила сильными бедрами его торс. Ученицы разошлись, и они, наконец, остались в танцевальной студии одни.

— Да, и о чем же ты думал?

Марьяна обхватила его лицо руками и поцеловала, легонько прикусив за нижнюю губу.

— О том, какая ты красивая, и как я сниму с тебя одежду и буду целовать.

— И не только целовать? — промурлыкала она, позволяя уложить себя на спину на акробатический мат.

— Конечно.

Артур всегда был верен своему слову, а Марьяна млела в умелых руках и сама не замечала, как плотский интерес сменялся страстью душевной.

Пока еще слабой, но уже пустившей корни внутри нее.

— Мы всегда будем встречаться здесь? — как-то спросила Марьяна, когда уставшие и довольные, они лежали в обнимку на матах, поверх которых Артур постелил покрывало, добытое из закромов тренерской.

— Не знаю, тебе не нравится?

— Я хочу нормальные условия. Кровать и душ, например.

— Душ здесь есть, — улыбнулся Артур, и она ущипнула его за бок.

— Ты понимаешь, о чем я!

— К тебе? — спросил с надеждой, и она отрицательно покачала головой.

Марьяна никогда не водила мужчин домой. Не хотела, чтобы воспоминания о неудавшемся романе преследовали ее в единственном месте на земле, в котором она все еще чувствовала себя хорошо.

То, что все ее романы рано или поздно заканчивались, она знала не понаслышке.

— Хорошо. Я что-нибудь придумаю.

Этим “что-нибудь” оказался гостиничный номер неподалеку от танцевальной студии.

Бронь они оформляли на имя Марьяны, но платил всегда Артур, и только наличными. Они не разговаривали про его семью, жену и детей, не вникали в проблемы и радости жизни друг друга вне времени, проведенного вместе.

Только занимались сексом.

Не любовью, полной нежных объятий и прикосновений, а страстным, умопомрачительным сексом, где каждый пытался доминировать и уступать, подавлять и властвовать.

Марьяна проигрывала, но делала это с наслаждением, все больше убеждаясь — их тела были созданы друг для друга. И удовольствие, что дарили его руки, губы и все остальное, конечно, кружило голову.

Никогда раньше она не испытывала в постели с мужчиной столько страстной неги и желания. Стоило Артуру поцеловать ее в свод шеи и опустить ладони на грудь, а потом, не спрашивая разрешения, качнуться вперед бедрами, как Марьяна бессовестно текла, и молила о пощаде.

Умоляла заполнить собой давящую изнутри пустоту, раз за разом, отдаваясь нежным, но властным объятиям.

— Ты же никому о нас не говорила? — спросил Артур.

— С ума сошел? — Марьяна пожала плечами. — Ты знаешь, я знаю, а остальное не в счет.

— Умница, — он притянул ее ближе, чмокнул в разгоряченный лоб, и добавил. — Жаль, мужчинам у нас нельзя иметь несколько жен.

— А ты потянешь? — усмехнулась Марьяна, удобнее устраиваясь у него на плече.

— Конечно, — Артур перехватил ее покрепче и выдохнул в приоткрытые губы. — С тобой бы я только спал.

Марьяна напряглась.

— В смысле, только спал?

— В том самом.

Артур запустил руку под одеяло и коснулся пальцами обнаженной, разгоряченной ласками плоти, но Марьяна сбросила его руку и приподнялась на локте, сжав край простыни в кулаке.

— То есть я только для этого гожусь, да?

— Я этого не говорил.

Артур попытался коснуться ее лица губами, но она увернулась.

— Нет, именно это ты и сказал. Тебя, Марьяна, я буду трахать, когда и как мне удобно, а жить, любить и детей растить буду с женой!