Эмма Коуэлл – Последнее письмо из Греции (страница 55)

Я просто лучусь от нешаблонного поворота традиции, чествуя главу семьи Тео и мою милую маму. Григор сразу подходит ко мне и целует руку. И с любовью смотрит на малышку.

– Спасибо тебе, София, что принесла Теофилосу любовь и мне внучку. Линлия – особенное имя. Очень жаль, что…

Он замолкает, слова застревают у него в горле.

– Знаю, Григор.

Я сжимаю его руку.

– Знаю. Мне тоже жаль.

Горе – это та цена, что мы оба платим за любовь к маме, но у нас начало новой жизни в Линлии, и мама всегда будет ее частью.

Yiayia вытирает глаза и крестится. Я передаю ей драгоценную ношу, и она светится гордостью и радостью, в восторге от нашей задумки с именем. Юлия выходит во двор, нежно качая правнучку, тихо напевая и бормоча ласковые слова. На руках прабабушки наша Линлия засыпает.

На щечках подрагивают длинные темные ресницы. Сны иногда прерываются тихим «тьфу, тьфу, тьфу» на маленькую головку.

Тео обнимает меня, и я не скрываю счастья. Его глаза снова на мокром месте, и я глажу его по щеке. Он смеется, зная, что я радуюсь его чувствам, которые теперь открыто бурлят на поверхности, а раньше он прятал их за семью замками.

– Знаешь, кто в нашей семье самый большой плакса? Не Линлия, а ты, – говорю я, его целуя. – Но мне нравится, что ты нас так любишь.

Он вытирает слезы.

– Я и не подозревал, что существует такая любовь. У нас есть будущее, потому что ты многим пожертвовала.

Пожертвовала, конечно, а сколько приобрела.

– Линлия – частичка нас с тобой и любви наших родителей, Тео. Отнять это невозможно. Ни сейчас, ни потом.

Мы любуемся дочкой в надежных прабабушкиных руках, а Линлия потягивается во сне. Она вытягивает крохотный кулачок, трогая лицо Юлии, которая щурит глаза, улыбаясь неожиданному жесту. Линлия медленно открывает глаза и настороженно смотрит на yiayia.

Суровые глаза старушки туманятся, когда мы с Тео смотрим на маленькую дочку с невероятной любовью.

Наш круг завершен, и на берегу остаются свежие следы. Линлия раскрывает кулачок и поднимает к небу ладошку. На нее садится маленькое белое перышко.

Любимая Линдси, «Я». Мне некуда послать это письмо, но все же хочу тебе написать. Наверное, ты уже видела нового члена нашей семьи. Из боли и безнадежности растет начало, новый старт для тех, кого мы любим.

София и Тео – чудесные родители, – ты бы ими гордилась. Иногда мне больно на них смотреть – они так похожи на нас в молодости. Но я уверен, что круг боли прерван, если мы не смогли найти счастья, они нашли.

Любовь к нашей внучке не похожа ни на что. Линлия – драгоценный ребенок. Уже виден характер: свободолюбивый и страстный, как у тебя, ее притягивают краски и море. У нее мои зеленые глаза, которые ты любишь, и твои кудрявые волосы, но темные, как у меня.

У Тео и Софии гостит Таша, подруга Софии, со своей семьей. У них мальчик, одногодок Линлии. Его зовут Рипли. Рип вроде по-английски «отрывать». Странное имя, ни в честь отца, ни в честь деда.

Но я знаю, ты была бы счастлива увидеть новое потомство детей, которых знала много лет.

Жаль, что я не увижу Линлию у тебя на руках. Ты бы ее полюбила. Теперь я почти счастлив, когда держу внучку, понимая, что в ней и наша частица. Она приближает меня к тебе.

В другое время тьма возвращается, и я задумываюсь, завершил ли я здесь свои дела. У нас больше не будет летних встреч – только я и ты.

Я часто сижу на нашем камне с Линлией, рассказываю о тебе, ее yiayia. О том, как мы познакомились, как ничто не должно ее останавливать, чтобы найти любовь, когда она вырастет. Пусть следует за своим сердцем, как ты говорила Софии. И я так благодарен, что она тебя послушала.

Сожаления неизбежны, но тогда я вспоминаю, если бы мы не пожертвовали своей любовью, Тео, Софии и Линлии здесь бы не было. Любви без страданий не бывает, я знаю, когда-нибудь мы снова встретимся. Об этом я молюсь, и пусть в нашей семье все будет хорошо.

Только это решать судьбе. Нам нужно просто жить и любить. Остальное – как получится.

Любовь моя, я буду любить тебя вечно.

Благодарности

Книга посвящается моей милой маме Джен. Я скучаю по тебе каждый день. Хотя эта история – вымысел, в книге я искренне пишу о любви к тебе. В душе горьковато-сладкий осадок: если бы ты была со мной, эта книга вряд ли бы появилась. Но я стараюсь, чтобы ты мной гордилась. Жизнь дала трещину, а я пишу книгу! В этой книге я отдаю дань уважения замечательным женщинам – некоторых уже нет с нами, они на небесах, на бесконечном празднике с мамой Джен: бабушка Маргарет Кинлох Ллойд и лучшая подруга матери, Линдси Барнуэлл.

Благодарю папу, Мартина, за веру в меня с незапамятных времен и во все мои начинания. Жаль, что мама не разделит нашу радость.

Жители Греции, простите за то, что я играю с географией ваших городов и деревень, окружающих Мессению. Ваша страна прекрасна, она бесконечно меня вдохновляет. За эти годы мы приобрели там множество друзей. Спасибо безумно искусным поварам и поварихам, которых я расспрашивала о рецептах греческих блюд.

Кейт Берк, мой агент и покровитель, спасибо за защиту моего творчества. У нас одинаково странный вкус к фильмам и реалити-шоу. Я благодарна вам за то, что есть с кем поделиться цитатами из фильма «Бриолин‑2». Спасибо всем в Blake Friedmann за теплое приглашение в мир литературы.

Люси Фредерик, главный редактор, и ваша замечательная команда Avon, HarperCollins. Спасибо за искреннюю увлеченность: я столько раз плакала, тронутая вашей любовью к этой книге. Вы воплотили мою мечту в жизнь, и я благодарю всех за то, что вы приютили мой первый роман в таком гостеприимном доме.

Благодарю друзей, которые поделились рассказами о неудачной беременности, борьбе за рождение ребенка, об ангелочках, рано получивших крылья, о невероятных взаимоотношениях. Меня поддерживало так много людей и дружбой, и любовью.

Ли и Софи, за ужином в Чарлстауне зародилась та история о гардеробной… Атти и Эйб, когда-нибудь мы расскажем вам, о чем говорили тогда!

Александра, спасибо вам с Ником и всем Бернеллсам за приглашение в ваш греческий мир десять лет назад. Это была любовь с первого взгляда. У нас столько чудесных воспоминаний. Принцесса Пчелка, Бриттани, Бенни и Леонидас, Джосси и Люси.

Адриана Триджиани, много лет назад я полюбила твое творчество, а потом мы подружились. Не представляю без тебя свою жизнь, и не только из-за лучшего соуса из креветок, а за щедрость и неизменную поддержку. Люблю тебя!

Санта Монтефиоре, интервью на Би-би-си и случайная встреча на Маврикии привели к долгой дружбе и общей любви к страшилкам. Спасибо за постоянную поддержку, я тебе очень благодарна.

Со мной рядом были семья и друзья: Дэвид, Дарси, Дилан и Дженнифер; Люк, Клаудия, Лукас Антонио и Амелия Арабелла; Николас, Кейти, Джорджия Дор и Гаррисон; Джули Коуэлл, мы по тебе скучаем; Саймон, Лорен и Эрик; Эмма Бартон, спокойной ночи! Эрика и Эдди Фаруэлл; Лиз Кесслер и Лора Тондж; Эйби и Уилл Уейсон; Коер и Тони Хок; Сара и Дик Стивенс (спасибо за «почтовые тучки») и Нэнси Нудл; моя дорогая Нейл из Wigan and Ridges; Барбара Хаттон; Вебберы; Барнуэллы, Эмили Бол; Джейн и Лен, Беннеты, Challiss, Fairbanks and Gunns; Бейли, Коуэллы; Грэм Рибак и диснеевский принц Адам Уилки; Тиффани, Пэдди и мои любимые крестники, Тристан и Патрик; Матт Кардл и Бэмби; Мари и Джон Макнейл; Льюис Коулс; Ники Джонстон; Кей и Алан Мосс, Джейми Мосси Мосс; Питер и Эмили Андре; Hot Toddy and Grandpa Rogers; Луис Уолш; Майк Далтон, Патч, Кася и Инди Элеонора; Джеки Хаттон, нам тебя не хватает; Папушка Коуэлл, пушистый малыш; команда детского хосписа в Little Harbour; Джефри Арчер, спасибо за подбадривание во время редактирования; удивительная команда Together for Short Lives за невероятную работу, которую они проделывают в борьбе за умение говорить о потере ребенка и смерти, поддерживая столько семей, проходящих через самое плохое; рыбак с Кэджвит Ков, желаю вам полных неводов и попутного ветра.

Спасибо тем, кто это читает, за то, что выбрали мой роман и, надеюсь, получили удовольствие.

Наконец, мой Тони. У меня не хватает слов, чтобы отблагодарить тебя: ты мой надежный причал на многие годы, и ты подбадривал меня все это время. Без тебя книга бы не получилась, без зоркого глаза и терпимости к моему отчаянию и душевному подъему в этом путешествии на американских горках во времена локдауна.

Без этого я бы, как другие, погрузилась в отчаяние, но я рада, что не сломалась. Ты просто невероятный, даже не понимаешь, какой ты волшебник. Твоя вера помогла мне найти силы окунуться в новый мир.

Любовь моя, без тебя ничего бы не вышло.