Эмма Хэмм – Песнь бездны (страница 8)
Вот и хорошо. Будет проще унести ее из города, если она не начнет сопротивляться.
А как быть с ней потом, когда унесет? Дайос не имел ни малейшего понятия. Но он, как и сказал Макетесу, следовал инстинкту. Другого выбора у него не было.
И Дайос кинулся обратно в город. Ему потребовалась почти неделя, а может, и больше, чтобы все изучить. Он пробрался в каждую трубу, каждый тоннель, каждый бассейн. Когда голова начинала разрываться от информации, он уплывал обратно к колоннам. К тому времени, как он вернулся к своей карте, выложенной из камней на песке, его тело было покрыто заживающими ранами.
Он смог сделать карту города сам, пусть даже в процессе лишился частицы плавника, потому что его то и дело засасывало в кусачие вентиляторы с вращающимися железками, которые порезали ему хвост. Один даже задел локоть, когда неожиданно включился.
Но Дайос мог позволить себе потерю крови. Он не боялся боли, не боялся того, что случится, если его поймают. Он должен был продолжать движение, потому что в этом городе находилась маленькая самка, а его не было рядом с ней. Он найдет ее снова. Будет изучать город до тех пор, пока не узнает о нем все, что только сможет, а потом нападет.
В день, когда поиски были закончены, он практически чувствовал привкус крови в воде. Жабры широко раскрылись, все оборки вокруг лица затрепетали от осознания, что у него получилось. Он знал все их пути перемещения. Каждый бассейн, каждую тропинку в этом городе. По крайней мере, те, до которых было возможно добраться.
Дайос не выходил из воды. Насколько он мог судить, никто и ничто его не заметило, хотя, без сомнения, ахромо обратили внимание на часто срабатывающие системы защиты. Оставалось только надеяться, что им хватило глупости списать все на миграцию каких-нибудь рыб.
Неважно. Время пришло. Теперь он мог ее найти. Он уже знал, где искать.
Каждая жабра, каждый плавник на его теле поднялся и трепетал, и Дайос знал, что наверняка выглядит еще ужаснее обычного. Но он был готов увидеть ее. Произвести впечатление. Унести из дома и сразиться с любым, кто попробует ему помешать.
Он сказал себе, что готов. Отнесет ее в безопасное место, которое гораздо лучше Альфы. Будет кормить. Докажет, что он отличный охотник, который способен ее содержать.
Дайос не позволял себе думать, куда все это может их завести. От таких мыслей ему становилось немного неловко, словно он сам не знал, чего от себя ждать.
Но эта маленькая ахромо принадлежала ему.
И он собирался ею завладеть.
Глава 6
Аня
Он вернулся.
Ундина.
Аня сидела за туалетным столиком и смотрела в зеркало, когда вода в ее бассейне внезапно пошла рябью. Больше она ничего не увидела – оставалось только надеяться, что и камеры тоже.
Ее отец уже несколько дней сидел со своими советниками в «командном пункте». Судя по всему, их волновали ундины. Они были уверены, что эти существа собираются напасть на Альфу, но отказывались рассказывать, откуда такие подозрения.
К счастью, Битси пока не забирали на осмотр, так что она была более чем способна взломать отцовскую систему. Через линзу на Анином глазу они вместе листали видео с наружных камер Альфы. И Аня наблюдала, как тот же ундина, которого она встретила в бассейне, день за днем рыщет по трубопроводу.
Иногда часами.
Аня смотрела эти видео больше раз, чем была готова признаться. Ее поражала мощь его тела, то, как он проносился сквозь воду. Иногда она замечала, как бока ундины обжигают лазеры, когда в него стреляли по команде из центра. Помимо этого, отдельно в каждую колонну был встроен собственный ИИ. Они сканировали его тело и наверняка получали куда больше информации, чем этот ундина был готов предоставить.
Он был крупнее большинства замеченных самцов. Почти пять метров от макушки до кончика хвоста, и в груди очень широк. ИИ также отметили, что, хоть двигался он быстрее прочих, ему сложнее давались повороты. Роботы изучали его манеру движения и поведение каждый раз, когда он проплывал мимо колонн, но по какой-то причине ИИ все равно не удавалось его предугадать.
«Потому что он постоянно менял эту манеру», – поняла Аня, дойдя до третьего видео. Между его визитами проходило достаточно времени, и было очевидно, что он наблюдал за колоннами. Может, он заметил, что на них начинают мигать огоньки, когда что-то подплывает слишком близко. Или следил за подплывающими к городу животными. Откуда ей было знать.
Но, глядя на то, как он прорывается снова и снова, Аня впервые за очень долгое время почувствовала надежду. Этот ундина ее не убил. Он даже не вцепился в нее. А это что-нибудь да значило, так ведь?
Он все еще пытался пробраться в город. Все еще что-то делал, забираясь так далеко в трубы, что даже ИИ терял его след.
И это был уже третий раз, когда она обнаруживала его у себя в бассейне.
Закутав плечи в шаль, она осторожно сняла Битси с головы.
– Разберись с камерами в ванной, будь добра.
Маленький дроид подскочила один, два, три раза, а потом умчалась в ванную. Аня могла только догадываться, что Битси там делала. Как правило, ее робот неплохо слушалась приказов. Особенно в отношении камер. С раздражающей системой записи во всех углах ее комнаты Битси разобралась особенно быстро. Но сейчас Ане было нужно, чтобы камеры в ее спальне продолжали работать.
Ни одна из них не видела толком ванную, приличия ради. Входить туда разрешалось очень немногим. По крайней мере, ее отец был ревнив и не позволял никому из своих людей подсматривать за ней в душе.
Никогда раньше она не была так благодарна его собственнической натуре.
Аня подозревала, что ундина может вернуться именно сегодня. Судя по всему, он предпочитал число три, и с их последней встречи как раз прошло три дня. Она понятия не имела, откуда он знал, где ее найти, но он словно всегда был в курсе, где она. В первый раз Аня увидела его в соседнем доме, когда плавала у друзей. Второй раз – тут.
И вот он снова вернулся. Ну, она надеялась, что это был он. Вода в бассейне волновалась не случайно. Битси должна была наложить поверх записи картинку пустой ванной. Проверять записи будут не скоро, так что Аня надеялась, что они увидят, как она заходит в ванную, и не станут вторгаться в ее личное пространство, если она вовремя выйдет обратно.
А если кто-то и решит просмотреть запись, то хотелось бы верить, что они не заметят подвоха в картинке.
Тяжело вздохнув, она отбросила волосы за плечо, а потом нервно заправила их за уши. Сложно было понять, чего этот ундина хотел. Но ей было любопытно, так что она ему подыгрывала.
Это существо, очевидно, было твердо настроено что-то до нее донести. Ане нравилось думать, что ундины достаточно умны, чтобы… ну, хотя бы иметь речь. Впрочем, может, у них и не было языка. В этом тоже нет ничего страшного.
В конце концов, кому, как не ей, знать, каково это – не иметь средств общения, которые есть у всех остальных.
Прошлепав босиком к ванной, Аня помедлила. Надо было сделать так, чтобы те, кто за ней наблюдает, поняли: она идет туда надолго. Если она хотела добиться от этого существа хоть какой-то информации, ей нужно было правильно рассчитать время для разговора с ним.
Что сделал бы Туз? Ее связной с другой станции – она не знала, где именно он жил, – всегда казался ей куда храбрее ее самой. Он посоветовал бы ей, например, взять с собой все, что может пригодиться в душе, и нагло врать. Устроить представление века.
Поэтому Туз и звал ее всегда Королевой Червей. Из нее должна была выйти самая убедительная лгунья на свете – по крайней мере, так он всегда говорил. Аня ведь
Фыркнув, она вернулась к столу и набрала разных принадлежностей для ванной. Никто из наблюдателей и бровью не поведет при виде количества пузырьков в ее руках, это она знала наверняка. Решат, что избалованная девчонка захотела расслабиться в бассейне и побаловать себя.
Едва перешагнув порог ванной, она бросила все на пол.
Она уже видела его. Темные каемки плавников высовывались из трубы в ее личной ванной. А если присмотреться, прищуриться как следует, можно было разобрать смотрящее на нее из-под воды лицо.
Это и правда был он. Не то чтобы Аня часто общалась с ундинами, но этого, казалось, она узнала бы из тысячи. Шрамы на плечах, мрачный блеск в глазах, все указывало на мужчину, одержимого какой-то мыслью и едва сдерживаемой яростью.
Может, поэтому ее к нему так тянуло. Он злился, она тоже злилась. Возможно, двум монстрам было суждено найти друг друга. Каждый должен был взорваться либо растратить свою ярость во взаимном столкновении и выдохнуться окончательно.
Но сейчас у нее была мысль.
Присев на корточки у края бассейна, Аня похлопала ладонью по плитке:
– Иди сюда.
Битси шлепнулась на пол на другой стороне комнаты и бросилась к ней, чуть ли не спотыкаясь о собственные ножки. Прыгнула Ане на плечо и, царапая ей кожу торопливыми движениями, залезла на голову, обхватила покрепче и надела линзу ей на глаз.
Вокруг изображения ундины в трубе дрожали слова: «Опасность. Ундина. Не приближаться».
– Теперь, значит, ты боишься ундин? А еще неделю назад требовала, чтобы тебе его показали, – пробормотала Аня и опять похлопала по плитке. – Я просто хочу, чтобы он всплыл. Поговорить.