Эмма Хамм – Стать Медузой (страница 9)

— Отлично! — Персей хлопнул в ладоши. — Ты крупный, и я уверен, что ты умеешь драться своими кулаками. Раз ты так напиваешься, это из-за несчастной любви. Или презрения. По лицу легко понять. Но ничего! Пара выбитых зубов и прогнать большую толпу — и тебе полегчает. Что скажешь?

— Почему у тебя это звучит как приключение, хотя ты хочешь, чтобы я просто сломал пару носов? — Алексиос поднялся на ноги и пошел к двери. — Просто скажи, кто они. Я все устрою.

Персей был рядом, когда он открыл дверь. Но ему не нужно было спрашивать, кто его ждал. Они стояли толпой с капюшонами на головах, следили внимательно за дверью.

Они были юными, как Персей, на пару лет моложе Алексиоса. Голод в их глазах горел слишком ярко. Они хотели драться. Только так они могли доказать себе и другим, что стали мужчинами.

Глупцы. Однажды они поймут, что драки не были связаны с силой мужчины. Это была просто сила его тела и вопрос того, сколько он мог терпеть боль.

Алексиос размял шею и разжал ладони.

— Ну же, парни. Я не могу шлепать вас всю ночь, как стоило сделать вашим мамам.

Им хватило ума не нападать по одному. Трое бросились вперед с кулаками. Они думали, что могли одолеть его вместе, не дать ему остановить других.

Двое схватили его за руки, третий хотел ударить, пока Алексиоса держали. Но они недооценили его силу. Он стряхнул двоих с его рук, словно они были муравьями. Они упали с удивленными воплями, а потом он ударил кулаком того, кто был перед ним.

Юноша упал, как камень.

Он смотрел, как двое других встали. Они посмотрели друг на друга, словно не понимали, что дальше делать, но он не дал им шанса собраться. Он схватил обоих за шеи, ударил их черепами и бросил их на землю.

Оставшиеся три парня посмотрели на него, а потом друг на друга, потом на Персея.

— Я не стал бы, — предупредил Алексиос. — Вас не учили бою, а меня учили. Забирайте друзей к матерям, и когда будете готовы, идите к кузнецу. Он научит вас биться, как я. А потом вы сможете мне отомстить. Но не сегодня.

Хот правда их беспокоила, оставшиеся три парня не хотели биться с мужчиной, который только что лишил сознания их друзей за три удара сердца.

Парень посередине указал на Персея.

— Ты должен нам деньги, Персей. Мы все равно их заберем.

— Попробуйте! — Персей закинул руку на плечи Алексиоса. — Думаю, мой друг разобьет любой ваш план.

Алексиос скрестил руки и смотрел, как парни забирали своих друзей, а потом уходили в ночь. После этого он стряхнул руку Персея.

— Так кто ты?

Персей улыбнулся.

— Давай я куплю тебе напиток, мой новый друг с силой быка. Я расскажу тебе свою историю, а ты, может, расскажешь, какую женщину потерял.

Хоть он ворчал, Алексиос не отказался бы от бесплатного напитка. И он рассказал Персею все. Все детали.

ГЛАВА 8

Роль жрицы Афины оказалась не такой, как думала Медуза. Она ожидала, что почти все дни будет поклоняться богине. Может, были странные ритуалы, о которых она не знала, но она научилась бы с подробными указаниями и часами учебы.

Вместо этого она почти все время убирала.

Она брала швабру и ведро каждый день, ходила по храму, пока он не начинал блестеть. А потом завтракала и начинала стирку с другими жрицами. После этого она снова убиралась, потому что люди пачкали пол. А еще храм был открытым спереди и сзади, и грязь приносил ветер.

Она почти закончила второй заход уборки, пот стекал в глаза. Ворча, она прислонила швабру к бедру и вытерла пот. Она ожидала не такое, но все еще была рада находиться тут.

Афины кипели жизнью. Она не понимала, как оживленно там было, пока не стала ходить по городу каждый день. Все, кого она встречала, отличались от людей, с которыми она росла. От красок их одежды казалось, что она шла по саду с экзотичными цветами.

Глубоко вдохнув, она дала солнцу играть на ее лице, пока медленно дышала. Этого она хотела. Хоть оказалось сложнее, чем она думала, она стремилась сюда.

— Вижу, ты хорошо устроилась.

Она повернулась и улыбнулась крупной женщине, подошедшей к ней с другой жрицей, которая была намного меньше.

— Сфено! То, что ты сказала Высшей жрице, сработало.

Сфено остановилась и широко развела руками.

— Что я могу сказать? Я творю чудеса.

Девушка поменьше рядом с ней фыркнула.

— Нет. Люди просто хотят убедиться, что ты будешь молчать, потому что ты не перестаешь говорить. Даже когда тебе говорят, как это раздражает.

Медуза окинула женщину поменьше взглядом. Она была милой. Хрупкая и изящная, когда ее спутница была куда больше. Ее волосы были черными, как ночь, и глаза тоже были темными. Ее кожа была загорелой на солнце, хотя ногти были розовыми. Она была, пожалуй, самой красивой женщиной из всех, кого встречала Медуза.

К счастью, эти женщины казались подругами. Значит, эта красивая женщина могла стать подругой Медузы.

Женщина моргнула и покраснела.

— Прости, я слышала о тебе от Сфено так часто, что показалось, что я тебя знаю. Это не так. Меня зовут Эвриала.

Медуза не сомневалась, что они подружатся. Она видела блеск силы в глазах обеих, и они обе отличались от обычных афинян, которых она встречала на улицах.

— Простите, если спрашивать это грубо, — начала она, — но вы обе…

— Сестры? — спросила Эвриала. — Да, это так.

— Бессмертные? — спросила Сфено. Она широко улыбнулась. — Да, наши родители бессмертные. Как ты поняла?

Медуза убрала прядь волос за ухо, стараясь не пялиться на них так, словно они изменили облик.

— Я не знаю даже. Просто вы не кажетесь людьми. Что-то в вашем облике… или в поведении.

— Или потому что мы не подчиняемся мужчинам, — ответила Сфено. — Как ты, Медуза.

Слова наполнили ее силой и решимостью. Она принимала приказы только от себя, и она долго разбиралась, чего она хотела. Это был первый шаг к становлению собой. Жрица была свободной. Женщина была чуть выше рабыни.

Сглотнув, она расправила плечи и кивнула.

— Вы правы. Я не собираюсь слушаться мужчин.

Сестры переглянулись и посмотрели на Медузу. Сфено протянула к Медузе руку.

— Идем с нами. Почему бы нам не показать тебе днем город?

Солнце уже спускалось к горизонту. Медуза не могла представить, что они хотели показать ей, но она еще не закончила работу. Она тряхнула шваброй, а потом посмотрела на пол.

— Боюсь, я еще не закончила с заданиями.

— Эти задания будут тут и утром, когда придется убирать снова. Афина потерпит ночь без натертых полов, — Сфено закатила глаза и протянула руку. — Идем, Медуза. Идем с нами.

Не стоило. Смысл такой жизни был в том, чтобы показать миру, что она была верна своей богине. Что она могла быть хорошей жрицей, когда все думали, что она была готова только быть матерью.

Но приключения звали ее. Она посмотрела на статую Афины, она будто указывала идти с двумя другими жрицами. Они все были жрицами. Они знали, как важно было поклоняться их богине, и разве она не была богиней войны? Приключения звали и их богиню.

Медуза бросила швабру и взяла Сфено за руку.

Две сестры рассмеялись и повели ее от храма. Они побежали по переулкам Афин, избегая мужчин, которые потрясенно глядели на них, и женщин, прижимающих ладони ко ртам. Жрицы не должны были выходить без спутника-мужчины, и никто не ожидал, что они будут бегать по улицам, как безумные.

Кто-то узнает в храме. Кто-то наябедничает на них.

Но, хоть сердце Медузы тревожно колотилось, две другие жрицы были наполнены смехом и восторгом. Они не переживали из-за того, что другие думали о них. Может, потому их семьи отправили их быть жрицами, а не оставили в деревне.

Наконец, они остановили ее у дома, который выглядел плохо. Стены рушились, крыша видела лучшие дни. Кто-то подпер маленькую стремянку к стене, может, чтобы починить бедную крышу.

— Ох, — Сфено указала на стремянку, Эвриала уже забиралась по ней.

На крыше могло быть опасно. Она видела с земли дыры в черепице, куда проникал тусклый свет.

— Мы провалимся, — пробормотала она.