Эмма Хамм – Пламенное сердце (страница 8)

Вытянутая рука лешего схватила Лору за голову и слишком крепко стиснула ей лоб. И тогда Лора увидела.

Воспоминания или видения – можно называть их как угодно. Эпизоды прошлого, которые стерлись из памяти.

Лора увидела дриаду в черном платье и как у нее загорелись рога. Объятая пламенем фея обхватила свои плечи, она смеялась и танцевала, пока ее крылья рассыпались в яркую золу. Мимо нее промчалась гномиха, прижимая к груди охапку угля.

– Хватит! – всхлипнула Лора, вырываясь из тисков Борового. – Хватит! Я не хочу это видеть.

– Ты должна это видеть. – Боровой рванулся вперед и попытался поймать Лору, бросившуюся от него прочь. – Ты должна увидеть все, что они тебе сделали, чтобы поверить в наш план. Ты должна в этом участвовать. Ради всех нас.

– Мне страшно, – прохрипела Лора и замерла от звука собственного голоса. Она обещала себе, что никогда больше не будет так бояться. Ее мать показала, как мало толку в этом чувстве. Лора прижала дрожащие пальцы к щекам и выдохнула медленно, глубоко, считая до десяти.

Как только Лора взяла себя в руки, она смело встретила темный взгляд Борового.

– Я приму участие, потому что иначе погибну. Других причин нет. Вам меня не переубедить.

Затравленные глаза лешего еще больше потемнели, и Лора могла поклясться, что в них клубится дым.

– Повидав то, что довелось нам с Маргарет, той броней больше не защитишься. Наши воспоминания обнажают нас, Сребровласка. Надеюсь, ты сможешь подольше прятаться за своим щитом.

Каждый вдох получался судорожным и грубым. Всеми фибрами души Лора старалась не заплакать.

Чем была та охапка углей из видения?

– Я буду участвовать в этом лишь для того, чтобы спасти себя, – пробормотала Лора, но посмотреть в глаза Боровому больше не смогла. – Что там случилось в прошлом? Мне очень жаль. Это не мои воспоминания, и мне досадно, что вы через это прошли. Могу предложить лишь собственноручно убить короля, если подберусь к нему достаточно близко. И вы мне в этом поможете.

– Да, так и есть. Я в Совете Тенеброса, и мы уже обсуждаем, как отправить королю первых красавиц. Умницы королю не нужны, предупреждаю сразу. – Боровой гладил подбородок, осматривая Лору с головы до ног. – Думаю, ты достаточно красива, чтобы соблазнить его. Но в королевстве найдутся и покрасивее. Тебе нужно чудо.

– Спасибо и на этом, – буркнула Лора. Она, может, и не первая красавица, но эльфийская кровь должна давать какие-нибудь преимущества. Должна ведь?

– Я помогу тебе. Я устрою вам встречу. Любому королю понравится вечеринка, которую организую я. А потом мы поработаем над тем, чтобы сделать все это… – Леший обвел рукой Лорино тело. – Презентабельнее.

– И только? Это вся ваша помощь?

– Я научу тебя всему, что знаю о короле, – твердо кивнул Боровой. – Только в обмен на обещание чуть больше опустить щит, Сребровласка.

– Не выйдет. Я сама во всем разберусь. – Лора двинулась к двери, сытая по горло этими абсурдными правилами.

– Ладно! – крикнул ей вслед Боровой. – Ладно. Я подготовлю тебя, и только. Этого ты хотела?

Этого. Лора, скрежеща зубами, собралась духом и продолжила наблюдать, как над их головами порхают бабочки.

– Просто научите меня, как соблазнить короля, Боровой. Как убить человека, я уже знаю.

Глава 6

Абрахас

– Абрахас, ты готов к вечеринке? – Зандер уверенно вошел в пещеру с видом человека, который мало о чем беспокоится в жизни.

Зандер был в обтягивающем наряде. Ткань цвета королевского аметиста облегала его слегка мускулистое тело. Волосы были убраны назад и зачесаны так, чтобы выставить напоказ седые пряди на висках. Весь его костюм утопал в драгоценностях, а шею украшали четыре ожерелья.

Абрахасу велели выбрать наряд с большей сдержанностью. На дракона никто не захочет смотреть слишком долго – дольше, чем на короля.

Зандер отправил слуг убедиться, что Абрахас готов. Непонятно, зачем королю тратить время, осведомляясь, собрался ли дракон на вечеринку. Разумеется, собрался.

Простой черный костюм накрахмалили слишком сильно, так что ворот поднялся до самого подбородка, слово пытался удушить своего владельца. Или это было напоминанием о том, как король вонзил нож в общее будущее. Только этим он и занимался с тех пор, как унаследовал трон от отца.

Так или иначе, Абрахас не вполне понимал, как ответить королю.

– Да, наверное.

– Ладно тебе, дружище! Хоть немного обрадуйся этой затее! Дамы глаз с тебя не сводят, когда ты в этом наряде. – Зандер махнул рукой вверх-вниз, показывая на силуэт Абрахаса. – Хотя, если честно, я не пойму, что они в тебе находят.

Король редко понимал, почему женщин интересует кто-то, кроме него. Особенно ему не нравилось, когда женщины интересовались Абрахасом. Как он однажды сказал: для красивой смертной неестественно оказываться в объятиях дракона. И это было якобы истинной причиной неприятия. Ну-ну.

Абрахас сомневался, что это правда. Зандер ненавидел все магическое и точно не хотел, чтобы дракону доставалось то, что недоступно королю. Чтобы женщина запала на дракона? Не бывать этому.

Вздохнув, Абрахас просунул палец под ворот костюма и покачал головой.

– Зандер, я не понимаю, какая у этого цель. Вы сами говорили – много раз, я осмелюсь напомнить, – что не желаете связываться ни с чем магическим. И вот пожалуйста, мы идем на вечеринку, которую устраивает одно из старейших магических существ на свете.

– Боровой не стар, – возразил Зандер. – Он молодой жеребец и надеется однажды стать дворянином. Не представляю, с чего ты назвал его магическим существом!

Неужели леший заколдовал короля, внушив ему, что он, Боровой, смертное существо? Нет, короля защищали не только Рыцари Умбры. Абрахасу скорее казалось, что Зандер предпочитает не замечать того, что леший – одно из существ, которых он хочет истребить. А все потому, что Боровой устраивал самые искусные и причудливые вечеринки. Знать их обожала, значит, леший считался полезным.

Сколько смертных могут наполнить воздух мерцающими звездами и бабочками, садящимися на ладони дев, которых король желает охмурить? Нисколько. Ни один человек на такое не способен.

А какой фокус на сегодня припас леший? Вечеринка казалась… странноватой. О ней объявили спонтанно. И хотя Зандер не сомневался в том, что Тенеброс желает показать своих невест в самом восхитительном свете, Абрахас видел лица членов местного совета. Ни один из них не горел желанием отдать свою дочь королю. Абрахас опасался, что вечеринка получится кровавой.

Зандер увидел выражение его лица и закатил глаза.

– Ты что, весь вечер намерен хмуриться? Если так, держись от меня подальше! Распугаешь всех красавиц Тенеброса. Что мы тогда будем делать?

– То же самое, что сейчас. – Абрахас подмигнул королю. – В Тенебросе красавиц нет, или вы забыли? Они там, куда мы отправляем всех недостойных жить, – в Замке Умбры и в прилегающих районах.

– Ой, точно. – Король махнул рукой. – Некоторые там довольно давно. Наверняка появились новые красавицы. Но ты поднимаешь очень важную тему, мой дракон. Мне нужно сообщить всей остальной знати, что их дочери тоже должны принять участие в смотре. Даже если я уже попробовал свою жену!

Абрахасу захотелось его ударить, превратиться в дракона и сожрать короля целиком. Только что это даст? Яйца будут навеки заперты в чертовом ящике, а он останется один до конца своих дней.

Лучше дождаться, когда у короля появится ребенок. Тогда он убьет Зандера, а девочку или мальчика вырастит сам где-нибудь в глуши. Так у него появится время убедить нового монарха открыть ящик и выпустить двух оставшихся драконов на свободу.

Осталось три дракона. Негусто для распространения рода. Возможно, Абрахас приведет малышей в мир, где их постигнет та же участь, с которой он сражается. Возможно, понимая, что их будущие дети лишь уменьшат общий магический ресурс, они станут последними в своем роде. Но Абрахас должен попытаться. Будь сейчас три особи, три ума, ищущие своих сородичей, шансы отыскать других выживших драконов увеличились бы, как и шансы отыскать забытые гнезда, превратившиеся в камни или спущенные под воду. Кто-то же спрятал своих детей в надежде, что однажды их найдут.

– Абрахас! – крикнул король.

Его имя разнеслось по залу и врезалось в Абрахаса, словно божественный клич. В глазах последнего из драконов богом, к несчастью, оказался король.

Абрахас сосредоточился на человечишке, стоящем перед ним, и растянул губы в некоем подобии улыбки.

– Да, мой король?

– Что на тебя сегодня нашло? – Зандер вскинул руки, и украшения, унизывающие запястья, зазвенели. – Дело до сих пор в яйце? Дружище, это же случилось неделю назад. Кто старое помянет, тому глаз вон.

Королю легко было говорить. На его глазах не убивали единственных детей. Ему не приходилось служить убийце и охранять жизнь этого убийцы только для того, чтобы завтра тот устроил очередную ночь пьяного безумства. Абрахас чувствовал, что воспринимает эту ситуацию слишком близко к сердцу. Таких проблем у него раньше не было. Когда он служил отцу Зандера, ему удавалось в своем отношении отделить человека от чудовища. Предыдущий король был не менее вероломным и жестоким. Однако нынешний, в отличие от предыдущего, легко пробивал внутреннюю броню и залезал в душу дракона, сколько бы раз Абрахас ни пытался совладать с эмоциями.