Эмма Хамм – Песнь бездны (страница 21)
Ей хотелось попробовать эти капли на вкус.
Черт возьми, Аня, возьми себя в руки.
Он кивком показал на что-то справа от них.
– Ой, – прошептала она. – Ты принес мне рыбы.
Битси подсветила сбоку, заставив ее снова посмотреть на ундину. И тут Аня заметила, что он опять обводит взглядом ее тело, словно вспоминает, как она выглядит под одеждой.
Черный язык облизнул губы, и она не смогла не смотреть. На миг ей показалось, что на языке у него были неровности, и ей пришлось очень постараться, чтобы не сжать ноги снова.
Извращенка. Неправильно. Это существо не должно было ее возбуждать. Тем более что она знала, какие острые у него зубы и как давно он сражается с ее народом. Он убивал людей. Наверняка убил немало. Какая же она идиотка, что решила…
Он придвинулся к ней. На ее глазах мощный хвост свился спиралью, приподняв ундину и позволив ему нависнуть над ней. Плавное движение его тела, сантиметры между их лицами, а потом километры точеных мускулов, покрытых шрамами.
Подняв руку, он осторожно провел когтями вверх по ткани ее одежды. Аня чувствовала, как кончик его когтя задевает каждую пуговицу и щелкает ею о ткань, заставляя ее вздрагивать всем телом.
Наконец его коготь легонько, почти невесомо коснулся ее шеи. От каждого прикосновения по коже рассыпалось все больше мурашек. Аккуратно тронув ее за подбородок, он заставил ее посмотреть на себя.
– Ты бледная везде, – сказал он низким, рокочущим голосом, который отдался в ее теле ослепительной вспышкой жара.
– Люди вообще везде одного цвета. – Она откашлялась, пытаясь вспомнить, как дышать. – У нас нет расцветок, как у…
Она не договорила, потому что ее отвлекли черные полосы, идущие от его ключиц вниз до темного хвоста. Потому что в этом узоре были его жабры, и они шевелились. Чуть-чуть.
Сложно ли ему было находиться вне воды? Мог ли он вообще дышать?
Она хотела спросить, но тут его большой палец коснулся ее соска. Все ее тело словно прошило молнией, и она больше не могла думать. Даже шевелиться не могла, потому что он нажал туда еще раз.
– Но не здесь, – пробормотал он. – Здесь не бледная.
Черт.
Между ее ногами так резко собралась влага, что она сама поразилась. Вот уж никогда не думала… Не мог же он знать, что делал. Не мог понимать, что люди в этих местах очень чувствительны.
Ему просто было любопытно, и прикосновения у него были совершенно невинными. Она просто слишком много думала, но ей нужно было… нужно…
Сглотнув, она кивнула, все еще не в силах пошевелиться, поскольку его рука по-прежнему лежала на ее груди.
– Спасибо за рыбу.
Когда он не ответил, она снова заглянула в его голодные глаза. В них отражалась она – женщина с ярко-розовыми щеками, и румянец разливался от горла под воротник уродской ткани комбинезона.
Он подцепил когтем отворот этого воротника.
– Ты умеешь менять цвет,
На этих словах он скользнул обратно в воду, оставив ее задыхающейся и такой красной, что кожа грозила вспыхнуть огнем.
Глава 15
Дайос
Мысли об этой женщине завладели им полностью. Даже когда Дайос не был с ней, он не мог заставить себя уплыть далеко.
Он спал над зданием. Замирал в воде, свесив хвост, как якорь, и оставался в таком положении. Даже его сны были полны ею.
Сверкание ее глаз, таких ярких и теплых, когда она смотрела на его тело. То, как ее щеки вспыхнули красным в непонятном ему предупреждении. В тот момент Дайос был более чем уверен, что это, скорее, цвет заигрывания. Может, девушка даже благоволила ему, но он старался держаться к ней боком, чтобы она не видела и не вспоминала про отсутствие руки. Чтобы ей казалось, что он спрятал ее за спину. Чтобы его уродство было скрыто из виду.
Как он ни пытался изменить свои сны, они не становились спокойнее. Она всегда ему отказывала, как и все остальные.
Слишком большой. Слишком опасный. Неподходящий партнер. Даже ахромо это понимала.
Впрочем, он ведь больше не называл ее так. Он прозвал ее
От каждой мысли о ней в его груди разливалось тепло. Вне станции он позволял жабрам трепетать от нервной дрожи так, что вода вокруг побелела. Даже плавник на хвосте дрожал ради нее, как у впервые влюбившегося мальчишки.
Раньше Дайос никогда себя так не вел. Необходимо было взять себя в руки. Убедиться, что у нее нет власти над ним.
Зачем? Этого он не знал.
Нужно было отнести ее к остальным. Познакомить с Мирой, объяснить, зачем ее похитили. В конце концов, именно для этого он и отправился в Альфу.
По крайней мере до того момента, как Дайос увидел девушку. До того, как понял, что хочет сделать ее своей. Что море толкает его к ней.
Казалось, это судьба, и он едва справлялся с собой. Был настолько ошеломлен, что с трудом дышал в темной воде, которая становилась все более мутной с каждым движением его хвоста.
Но постепенно Дайос взял себя в руки. Он вернется к калон – нет, к этой женщине – и сообщит ей, что они уплывают. Оторвет свои ледяные когти от ее одежды, когда придет время отдать ее. И не обернется. Откажется от нее, как и предполагалось. Потому что такова его роль.
Ему было предписано пожертвовать всем ради других, чтобы ничто не мешало защищать их. Не было ничего важнее его народа. Уж точно не пара.
Подплыв к строению, он вынырнул из воды, готовый приказать ей собирать вещи.
Но она уже сидела на стуле, который перемещался по всей комнате, с дроидом на голове. Ее непонятные хвосты были скрещены у нее под телом под странным углом. На лице девушки было скучающее выражение, но при виде Дайоса оно сразу стало решительным.
Он забеспокоился.
Прищурившись, он уже хотел сказать, что они уплывают.
– Меня зовут Аня, – сказала она, чересчур громко для такого помещения.
Дайос замер, мигом растеряв все слова. Он что, за все это время даже не спросил ее имени? Задумывался ли он вообще о том, что у нее есть имя? Что он мог бы звать ее как-то еще, кроме ахромо и калон?
Он все делал не в том порядке. Трепетал для нее,
Сделав долгий и глубокий вдох, он угомонил жабры и прижал когтистую ладонь к сердцу.
– Дайос.
– Это твое имя?
Он кивнул, и она свернулась калачиком, не то от облегчения, не то еще от чего. Все прояснилось, когда она взглянула на него сквозь завесу золотых волос и улыбнулась.
– Рада слышать, что у тебя есть имя, Дайос.
О.
Как же великолепно его имя звучало в ее устах. Он никогда не слышал, чтобы кто-то произносил его так протяжно, с хрипотцой. Получалось не совсем правильно, словно она пробовала его имя на вкус, и он…
Черт. Надо было уходить поскорее. Жабры на шее уже раздувались, появилось желание нырнуть в воду и срочно что-нибудь для нее убить. Хотелось вернуться с окровавленными когтями и зубами и преподнести ей добычу, которая покажет, как сильно он ее хочет. Нет, не так. Как сильно она ему нужна. Каждая капля ее внимания. Он жаждал ее взгляда на своей коже. Он был готов распластаться на песке и годами молиться богам, только чтобы снова почувствовать ее прикосновение.
– Дайос, – повторила девушка.
На этот раз она посмотрела на него, и при звуке своего имени он лишь усилием воли не закатил глаза от блаженства.
– Мне кажется, нам надо поговорить.
О, он часами слушал бы ее. Но что-то подсказывало, что она имела в виду совсем не это.
У него вышло только глухо хмыкнуть и махнуть рукой.
Она кивнула и опустила глаза обратно на свои ладони, сложенные на коленях. Он видел, как она сплетает и расплетает пальцы.
– Я была с тобой не совсем честна. Понимаю, ты меня похитил в своих собственных целях, и я подозреваю, что наши цели схожи. Ты не любишь моего отца, так ведь?
Он оскалился и низко зарычал. Как ей сказать, что он ненавидит ее отца? Что Альфа – первый город в списке тех, которые уничтожают его дом. Теперь он знал, что именно оттуда осуществляется общее руководство. Дайос хотел бы вывернуть ее город наизнанку.
Она понимающе кивнула: