Эмир Радригес – Спасители (страница 37)
-- Это было так давно, -- сказал Захар. – Что я уже и не помню.
-- А говоришь, не старый, хыхы! – гаркнул Серёга. – Памяти то ноль, на! Да кого ты лечишь, всё ты помнишь!
-- Помню я многое, -- ответил Захар. – Но если тебе всё рассказать, то кадровикам снова придётся искать кандидатов. Для новой штурмгруппы.
Олег невольно посмеялся. А вот новичкам сделалось как-то не до смеха.
-- Типа мы убежим или чё? – нахмурился Серёга.
-- Типа.
-- Не того пугаешь, дядя! – растопырил пальцы Серёга. – Я, нахрен, машина для убийств. Я этих чертяк врукопашку этими лапищами, на, раскатаю, на, понял?
-- Это хорошо, что ты такой большой, -- сказал Захар. – В группе всегда должен быть кто-то большой. У остальных будет много времени, чтобы отбежать подальше и выжить.
Серёга завис, явно скрипя мозгами, не догоняя, что старик имел в виду, и не понимая, быковать в ответ на оскорбление или порадоваться комплименту.
-- Понятно, -- сказал Олег. – А ты, Николаич. Как попал?
-- Давненько… -- ответил водила. – Можно сказать, по блату. Знакомые притянули. Им нужен был толковый водила тогда. Так что меня взяли. Ничё интересного.
-- Ты чё имел в виду, а? – спросил Серёга у Захара. Всё не унимается.
-- Группа! -- скомандовал Олег. – Идём отрабатывать взаимодействие. Этим мы прозанимаемся с вами до самого вечера. Выясним, что вы умеете. Распределим обязанности и роли. А завтра – наша первая смена. И кто знает, быть может, и первый бой…
Рассказ 7. Ковёр
В этот раз перед сном напуганные родители поставили в комнате видеокамеру. Уже третью ночь в квартире что-то происходило. Что-то необъяснимое. После всех этих ночей дети замкнулись в себе и сделались неразговорчивыми. Они больше не бесились, не игрались, озаряя всё вокруг лучиками своих улыбок. А сидели, тихо перешёптываясь, чтобы взрослые не услышали. Обсуждали зловещие темы, которые могли понять только они одни. На взрослых надеяться было нельзя. Взрослые не верят. А если бы даже и поверили…
Необычно хмурые и встревоженные, дети рисовали днём на белой бумаге чёрное нечто. Пугающие рисунки. Чёрное нечто угрожающе возвышалось над их нарисованной цветными карандашами семьёй. Как дети говорили, он и приходил к ним по ночам.
Посреди ночи к ним в спальню прибежал заплаканный сын. Он хныкал, говорил, что ему страшно. Что по квартире кто-то ходит. Что кто-то коснулся его, пока он спал.
Обход квартиры завершился безрезультатно.
-- Страшные сны, -- сказал отец своим детям. – Это всего лишь кошмары.
Он показал детям, что под кроватью нет никаких монстров. Демонстративно раскрыл шкафы – там тоже никого не оказалось. Он сказал детям не бояться. Сказал, что это призраки должны бояться людей, а не наоборот.
Но были бы это всего лишь ночные кошмары, безобидные и мимолётные, посланные мозгом из глубин тревожного подсознания…
На следующую ночь чёрную тень родители увидели уже около своей кровати. Мрачная и высокая, колючая и ужасающая. Она возвышалась над спящими и словно ждала момента, когда её чудовищные очертания заметят, когда проснувшихся охватит леденящий первобытный страх. Страх перед неизведанным…
И если бы тень не испарилась с включением спасительного света люстры на тумбочке, родители бежали бы из дома. Однако увиденное они списали, по своему скептическому обыкновению, на видения, какие может послать нам едва пробудившийся разум, ещё пребывающий на границе двух реальностей.
Дети пытались сжечь ковёр раздобытой отцовской зажигалкой и едва ли не устроили в доме пожар – мать быстро отогнала их от стенки и щедро выдрала ремнём. Дети пытались докричаться до взрослых. Говорили, что иначе ОНО убьёт всю их семью. Они винили во всём недавно приобретённый на Авито ковёр, который купили, чтобы закрывать изрисованные и ободранные обои.
На ковре действительно были странные и необычные узоры. В их очертаниях угадывался облик некоего чудовища. Однако взрослые рассудили, что чудовищ можно увидеть на любом советском ковре, если подключить фантазию.
Своё непоколебимое мнение родители стали менять после того, как обнаружили, что на всех иконах в доме святым кто-то выцарапал глаза. Дети не могли бы дотянуться так высоко… А после того, как тем же днём на полу нашли мокрые следы от чьих-то ног, ведущих через квартиру к этому ковру, решили, наконец, поставить в детской комнате видеокамеру.
И на следующее утро, когда отец воспроизвёл злополучную запись, по его спине побежала армада мурашек, руки задрожали, а дыхание перехватило от ужаса…
***
-- Как часто в детстве вы смотрели на старый советский ковёр на стене? Ночью. И видели в его узорах лавкрафтовских чудовищ? – спросил Олег у своих бойцов. Их всех срочно подняли по тревоге под конец смены и бросили на вызов. – Я вот частенько пугался ковра по ночам…
-- Каких чудовищ, на? – нахмурился и выпятил губу здоровяк Серёга.
-- Лавкрафтовских, -- сказал Олег. – Писатель такой. Лавкрафт. Про чудовищ писал. С щупальцами. Первый, кто додумался про таких писать систематически. Это сейчас в играх и фильмах ужасов куда ни глянь – чудища, похожие на гору мяса с клыками. А тогда это было ноу-хау.
-- А-а-а… -- Серёга откинулся на сидение. – Откуда ты столько всего знаешь, на…
-- Это классика, это знать надо, -- сказал Артём и поправил арафатку. – Тем более нам. Мы как раз с такой хренью и боремся.
-- Зачем читать, если жизнь всему научит, на? – сказал Серёга и шмыгнул, проглотив сопли.
-- Вот сегодня и научит, -- сказал Олег. – Потому что нам придётся иметь дело с классикой жанра.
Все в штурмгруппе уже ознакомились с присланными из Штаба видео. Одна семья снимала на камеру чертовщину, происходившую у них в квартире. Видео выложили на «Ютуб» этим утром, откуда оно разлетелось по сети, будто горячие пирожки, и набрало почти миллион просмотров, прежде чем за дело взялись специалисты. Видео забанили, удалили. Отдел информационной безопасности взялся за поиск и удаление копий, взялся разоблачать авторов, как очередных шарлатанов, желающих знаменитости.
Вот только разоблачать там было нечего. Эксперты проверили видео покадрово. Это был не монтаж.
-- Как слышно? – вдруг раздался по рации голос Калуева.
-- Слушаю, -- ответил Олег.
-- Нашим информационщикам ничего найти не удалось. Ковёр купили на Авито. Продавец отлично шифровался и не оставил следов. Значит, он что-то точно знал о своём ковре. До авторов видео тоже дозвониться не удалось. Никто не отвечает. Ни папаша, ни мамаша. Так что вы на место прибудете первыми. Действуйте аккуратно. Скорее всего, семья уже мертва.
-- Жосско… -- прокомментировал непростую ситуацию Серёга.
-- Главное, не допустите жертв среди соседей, -- продолжал Калуев. – Применяйте фонарики. И возьмите с собой лампу широкого спектра излучения. Тварь, похоже, боится света. Но это не точно. Как ворвётесь, повредите ковёр максимально. И сожгите его.
-- А взять живым? – спросил Олег. – Или без вариантов? Если мы просто не дадим твари высунуться из ковра яркими лампами, мы бы могли скрутить ковёр. И под фонарями спустить вниз. И в контейнер…
-- Живым брать не рискуйте, -- сказал Калуев. -- Это будет трудно реализовать. Опасно. У нас и так дефицит кадров. А это – не внеземная тварь, как тогда. Так что интереса особенно не представляет.
-- Вот как…
-- Спецы по символам говорят, что это древний демон, связанный с Изнанкой. Толку от его изучения будет не много, у нас такие уже имеются. Денег вам так много, как за «Бабушку» не отвалят. А сдохнуть перспектива вполне себе.
-- Понял, -- ответил Олег.
-- Пока на этом всё. Как узнаю что-то новое – сразу сообщу.
Точка вызова находилась в спальных районах, в одной из серых панельных девятиэтажек. Не центр, но всё равно народу много.
-- А я бы повязал тварь, на, -- сказал Серёга. – Чё ссать! Бабла заработаем, в почёте будем! А то, считай, новобранцы, все смотрят свысока.
-- В том и дело, -- сказал Олег, который всё-таки не хотел бы превращать в фарш свою первую операцию в роли командира отделения. – Ещё непонятно, как вы себя поведёте в стрессовой ситуации.
-- Гонишь, на! Я в окопах сидел, я в Морок попадал! – растопырил пальцы Серёга. – Какие стрессовые ситуации? Ты гонишь, что ле…
-- Ковёр сожжём, -- серьёзно сказал Олег. – Это не обсуждается.
-- И как деньги тогда зарабатывать, на?! – разозлился Серёга.
-- Потихонечку, -- сказал дед Захар.
-- А ты, на, кого ни будь ловил? За всю свою жизнь седую? А? – быканул Серёга.
-- Нет, -- ответил Захар. – Но я видел много таких же «ловцов». И до сих пор живу свою седую жизнь. В отличие от них.