Эмилия Вон – Семнадцатый (страница 20)
Футбол оставался единственным спасательным кругом в этом хаосе. Он помогал обо всем забыть, очистить мысли и вернуть хоть какую-то частичку внутреннего равновесия. Тренировки стали моим убежищем, местом, где я мог сбросить напряжение и сосредоточиться на том, что действительно важно. Однако, целиком отдаваясь игре, я начал забывать о своем теле, которое уже давно взывало о помощи. Выгоревший, истощенный, лишенный энергии и желаний, я продолжал гнаться за идеалом, пытаясь доказать всем и самому себе, что достоин места в команде.
С каждым днем, приближающим окончание контракта, я чувствовал, как напряжение нарастало. Предложения о продлении не поступало, и я все сильнее загонял себя, стараясь стать еще лучше, доказать свою ценность для клуба.
Сегодня я наконец решил дать себе долгожданный отдых. Вернулся домой с твердым намерением провести вечер в джакузи с бутылкой холодного пива и каким-нибудь фильмом с
Я не ожидал увидеть
Она появилась внезапно, будто призрак из прошлого. И черт…
Даже в самых дерзких фантазиях я не представлял ее такой. Конечно, я помнил ту хрупкую школьницу с персиковыми губками и большими глазами, сверкающими, как звезды, чьи волосы переливались оттенками спелой пшеницы. Невозможно было забыть девчонку, что столкнулась со мной в школьном коридоре в тот памятный день, который навсегда перевернул мою жизнь. Но теперь передо мной стояла женщина, чье очарование заставило бы обомлеть любого мужчину. Время превратило ее в настоящую красавицу с плавными очертаниями фигуры. Длинные стройные ноги в смехотворно коротких джинсовых шортах завораживали, тонкая талия, которую можно было обхватить одной рукой, и грудь, подчеркнутая простой белой футболкой, вызывала дрожь. Иисус, она была потрясающе горячей!
Селена Маккой всегда была самой ослепительной девочкой в нашем классе, школе,
При виде нее сердце забилось чаще, в груди разлилась знакомая боль, но одновременно с этим внутри поднялась волна раздражения. Я все еще был зол. Очень зол. Старые чувства пытались пробиться через трещины моего разбитого сердца, но я не собирался им поддаваться. Она ушла из моей жизни, и у нее не было никакого права возвращаться.
Нужно было немедленно исправить ситуацию. Я схватил телефон с комода и быстро набрал номер Мунира. Телефон продолжал звонить, но ответа не было, а Селена, казалось, даже не замечала моего раздражения.
– Что ты делаешь? – спросила она, следуя за мной по комнате.
– Исправляю это недоразумение, – ответил я сквозь зубы, нервно вышагивая взад-вперед в ожидании ответа.
– Недоразумение? – удивленно повторила она и встала передо мной, перекрыв дорогу.
– Ответь на звонок, твою мать!
Я чувствовал, как напряжение нарастает с каждой секундой. Все внутри меня завибрировало, едва мы оказались близко друг к другу. Каждый звук ее голоса будоражил чувства, которые я считал давно умершими. Они начали просыпаться, как весенние ростки после долгой зимы. Ситуация становилась опаснее с каждым мгновением и могла разразиться катастрофой вселенских масштабов, если я вовремя все не исправлю.
Я не мог этого допустить. Просто не мог.
Селена Маккой имела слишком сильную власть надо мной пять лет назад, и за эти годы ничего не изменилось, даже несмотря на ее отсутствие.
– Тебя не должно быть здесь, – сказал я, стараясь избегать ее взгляда.
– Ну, я здесь, – ответила она, разводя руками, а потом скрестив их на груди.
– Именно поэтому я намерен это исправить,
Как только эти слова сорвались с языка, я сразу пожалел о них. Воспоминания нахлынули на нас обоих, словно лавина, и мы замерли, глядя друг на друга, будто случайно открыли ящик Пандоры.
Никаких прогулок по тропинкам воспоминаний.
– Что ты собираешься делать? – спросила Селена, слегка откашлявшись, и это вернуло меня в реальность.
– Во-первых, потребую от своего агента объяснений. Потом попрошу его вернуть тебя туда, где ты была последние пять лет, и наконец найду себе помощницу.
Я чувствовал себя разъяренным быком, которому показали красную тряпку, и готов был разорвать на куски виновника своих бед. Я убью Мунира!
Как, черт возьми, стало возможно, что среди всех людей на планете он выбрал именно
– Эй! – Селена развернула меня к себе, схватив за руку. – Ты не можешь меня уволить!
Я посмотрел вниз, туда, где ее пальцы обвились вокруг моего запястья. От ее прикосновения кожа воспламенялась, и я резко отдернул руку.
– Нет, могу. Ведь я тот человек, к которому ты устроилась работать, даже не потрудившись выяснить, кто твой новый работодатель.
– Но я ведь не сделала ничего, за что меня можно уволить! – возмутилась Селена.
– Мне для этого причина не нужна.
– Не веди себя, как кретин, Диего!
Я поднял бровь и отложил телефон, поняв, что попытки дозвониться до агента бесполезны. Вероятно, он укладывал детей спать или занимался чем-то другим, чем обычно занимаются нормальные люди вечером, вместо того чтобы разбираться с девушкой из прошлого, свалившейся как снег на голову.
– Называть меня кретином было не лучшей идеей, если ты хотела сохранить работу, Маккой.
Я запустил руки в волосы, пытаясь привести мысли в порядок.
– Прости. Ты прав, – тихо произнесла Селена, глубоко вздохнув. – Но я прошу, не увольняй меня. Мне очень,
Мольба в ее голосе и едва заметное отчаяние заставили меня задуматься: почему она оказалась здесь, в моем доме, спустя столько лет, и зачем ей так нужна эта работа?
– Почему?
– Что почему? – удивленно переспросила она.
– Зачем тебе эта работа?
Она замешкалась, и я понял, что она что-то скрывает.
– Просто… Мне… – начала она, но так и не закончила фразу. – Она мне просто нужна, понятно? Ты не можешь просто взять и уволить меня потому, что зол на меня.
– Я не зол. –
Судя по ее взгляду, она прекрасно это знала.
– Ты слишком высокого о себе мнения, Маккой.
– А ты все такой же придурок,
Мы по-прежнему смотрели друг на друга, и никто не собирался уступать в этой битве взглядов. Я не мог от нее оторваться, потому что это было невозможно. Она все так же ниже меня почти на двадцать сантиметров, и выглядит еще красивее, когда злится. Верхняя губа чуть подрагивает от напряжения, а глаза щурятся, словно она пытается наложить на меня какое-то заклятие. И, честно говоря, я был готов поддаться ее чарам, как и много лет назад.
Первым отвел взгляд я, потому что понимал: в этот момент мы находились в большой опасности. Опасностью были мои возрождающиеся чувства.
– Ты не можешь просто так явиться в мой дом и мою жизнь. Это несправедливо.
– Я это понимаю, ясно? Если бы я только знала, что ты тот самый, цитирую слова твоего агента: «футболист, который не может справиться с собственным дерьмом самостоятельно», я бы не согласилась. Но раз уж я совершила ошибку и приняла предложение, я не собираюсь уходить теперь. И поскольку мы оба взрослые люди, которым предстоит работать вместе…
Я попытался перебить ее, чтобы оспорить это утверждение, но она не дала мне возможности.
– Мы
Она уселась на мой диван, подогнув под себя одну ногу, и похлопала по мягкой поверхности, приглашая меня присоединиться.
Иисус! Она была точно такой же, как прежде – импульсивной девчонкой, способной убеждать дерзким языком и взглядом больших голубых глаз.
– Ну же, давай, Чемпион. Нам еще нужно обсудить твой рабочий график на неделю.
Она собиралась вновь уничтожить меня. И, судя по тому, как мои ноги сами понесли меня к дивану, я был готов принять каждый нанесенный ею удар.
Селена была права: у нас действительно возникла проблема, требовавшая обсуждения. Но, как по мне, пять лет – слишком долгий срок, чтобы пытаться восстановить разрушенное.
Конечно, мы могли попробовать, и по решительности в глазах Селены я понял, что эта идея ее устраивала.